Мой светлый луч - Лора Павлов

И теперь мы все собирались отпраздновать ее свадьбу с мужчиной ее мечты. Эти выходные были расписаны по минутам, мама устроила все с размахом.

Вчера прошел девичник для местных друзей и родственников, и ее подруги из Магнолия-Фоллс тоже приехали заранее, чтобы поддержать ее.

Лулу приняли как члена семьи. Она сдружилась с моей мамой, а Эмерсон не раз созванивалась с ней по видеосвязи, чтобы посоветоваться по поводу нарядов.

Она вписалась в нашу семью так, будто всегда была ее частью.

Конечно, именно та девушка, которая впервые по-настоящему подходит... — та, с которой мне не суждено остаться.

Может быть, именно поэтому все и казалось таким безопасным: я знал, что это не может никуда привести.

Хотелось верить, что я увяз так глубоко только потому, что знал — она уедет.

Хотелось бы.

Но внутри я чувствовал совсем другое.

И, кажется, сестра тоже что-то заподозрила. Мы с ней пошли в Green Basket за петрушкой, которая нужна была маме для ужина после репетиции.

Эмерсон попросила меня составить ей компанию, но я уже тогда заподозрил подвох, потому что, выйдя из магазина, она предложила пойти домой длинным путем — вдоль реки.

— Готова к завтрашнему дню? — спросил я.

Она улыбнулась:

— Готова с того самого дня, как он сделал мне предложение.

— Я так рад, что ты дождалась и нашла того, кого заслуживаешь, Эм.

— Я тоже. Знаешь, это смешно. Я переехала в Магнолия-Фоллс после того, как отменила свадьбу с Коллином, и в последнюю очередь искала там любовь. Но, может, так и должно быть.

— Что ты имеешь в виду?

— Помнишь, папа говорил, что с мамой у него сразу все было по-другому? Что их связь была не похожа ни на одну прежнюю? У меня с Коллином такого не было, но я думала, что это нормально, потому что мы знали друг друга почти всю жизнь. Мне не с чем было сравнивать, пока я не встретила Нэша. А с ним все оказалось совсем другим.

— Логично. Все сложилось так, как должно было. Я рад за тебя. Ты заслуживаешь свою сказку. Свое «долго и счастливо». Все эти романтические сопли, — усмехнулся я.

— А ты? Ты не думаешь, что тоже этого заслуживаешь?

Я приподнял бровь:

— Не всем нужно одно и то же. Я вполне счастливый человек, не переживай.

— Я и не переживаю, Рейф. Я за тебя никогда не волновалась. Но я никогда не видела тебя таким.

Она пожала плечами, когда мы сели на лавку у тропинки, глядя на реку.

— Каким таким? Я думал, это твои свадебные выходные. Ты специально затащила меня сюда, чтобы устроить психологическую сессию? — усмехнулся я.

— Нет, я серьезно. Ты всегда был веселым, но с Лулу ты другой. Я не думала, что ты вообще можешь быть еще счастливее, чем был. — Она улыбнулась. — Но с ней у тебя какое-то спокойствие. Как будто вы знакомы всю жизнь.

— Мы просто хорошо ладим. Я же говорил тебе: все началось с притворства. Может, мы просто отличные актеры.

Она повернулась ко мне:

— Да брось, Рейф. Там нет никакого притворства. Причины, по которым вы все это начали, давно отпали. А вы все еще живете вместе. Ты же помнишь, как сбежал, когда Шерри Карлтон предложила поехать в отпуск на две недели после трех месяцев встречаний? А с Лулу ты спокойно живешь под одной крышей. Очевидно, что тут что-то глубже. Мы все это видим.

— Шерри Карлтон хотела слишком быстро двигаться вперед. Мне никогда не нравилось оставаться у нее, потому что у нее было три кота, а ты знаешь, что я не люблю всяких хитрых пушистиков, — я подмигнул, и она рассмеялась. — И я всегда с осторожностью пускал женщину в свой дом, потому что если не хочешь оставаться на ночь, уже не скажешь: «Мне пора домой». Ты уже дома.

— А сейчас ты живешь в доме Истона с Лулу. По слухам, у вас там вовсе не раздельные спальни. Все свободное время проводите вместе, и я вижу, как ты на нее смотришь. И как она на тебя смотрит тоже вижу. Хватит делать вид, что это неважно. Чего ты боишься?

Блядь. Ну конечно, только сестра могла задать такой вопрос.

Я выдохнул:

— Послушай, Эм, не буду врать. Я не ожидал, что все так повернется. А когда повернулось, просто решил не заморачиваться. Она напоминает мне минимум раз в день, что уезжает. Осталось три недели, и она уедет в Париж минимум на полгода, а то и на год. Я живу здесь. Мы договорились, что все закончится, когда она уедет.

— И как тебе с этим?

— Если честно, я стараюсь не думать об этом. Мы изначально знали, что всему этому придет конец.

— Но ты ведь не знал, что почувствуешь к ней такое. Или я ошибаюсь? Это не серьезно? — она смотрела прямо мне в душу. А я уже знал ответ. Я жил с ней, прекрасно зная, что она скоро уедет.

Кто вообще согласился бы на такую сделку?

Только тот, кто влюбился по уши и просто хочет быть с ней столько, сколько возможно.

— Какая разница? У нее большие мечты, и я это уважаю. Она поедет в Париж, запустит свой бизнес, а моя жизнь здесь. Так что разбирать наши чувства смысла нет. Никому от этого легче не станет.

— Ты же со мной разговариваешь. Я не говорю, что ты должен все это анализировать с ней или с кем-то еще. Но ты мог бы просто сказать мне, что чувствуешь. Ведь, наверное, нелегко всё время быть тем парнем, который якобы всегда в порядке. Тем, кого ничего не задевает. Тем, кто всегда справится. — Она сжала мою руку. — Я сама пыталась быть такой долгое время, Рейф. А потом моя жизнь рухнула, и я поняла, что нет ничего плохого в том, чтобы быть не в порядке. Если ты чувствуешь то, о чем я думаю, то тебе будет больно, когда она уйдет. Я просто хочу, чтобы ты знал: ты всегда можешь поговорить со мной.

Черт. Неужели теперь меня так легко читать?

— Я сам на это пошел. Я знал, во что ввязываюсь. Никто меня не заставлял.

— И что, теперь ты должен страдать в одиночку? Когда вы все это затевали, ты не знал, что почувствуешь вот это. Так что ничего страшного, если тебе больно от того, что она уезжает. И ничего страшного, если ты хочешь, чтобы она осталась.

— Никогда не скажу ей этого, — сказал я резко, сам удивившись, насколько