На краю несбывшихся надежд - Оксана Алексеевна Ласовская

— Неужели это правда? — попятилась я, чувствуя себя и вправду круглой дурой.

— Правда-правда! Димка месяц назад развелся, дом продал, купил квартирку недалеко от вас и каждый день звонит, приходит, все надеется на новости от тебя!

— Сонька, что же я натворила… — закрыла лицо руками я. — Что же я натворила… Я же думала…

— Ладно, — сбавила обороты подруга. — Успокойся. В общем-то, я понимаю тебя. Нервы сдали, ты была не в себе. Как было, так было. Не кори себя, еще не поздно все исправить. Иди к нему.

— Нет, — отшатнулась я. — Я не могу! Боюсь!

— Чего?

— Он меня не простит.

— Глупая! — припечатала Соня. — Да он любит тебя!

— И я люблю его… — прошептала я. — Больше жизни…

— Ну, вот и иди.

— Нет, я домой, — проявила твердость я. — Я… Я должна подумать, все взвесить.

— Лучше бы ты все взвесила тогда! — вышла из себя Сонька. — Прекрати уже думать только о себе — я, я, я! Подумай о Диме! Если любишь его, так и иди к нему!

Соня открыла сумочку, вытащила блокнот и, написав адрес, всунула листок мне в ладонь.

— Вперед! — развернувшись, она быстро пошла в противоположную сторону.

— Соня, подожди! — бросилась я за ней, вспомнив, что не спросила у нее о Степе и их отношениях, но подруга только ускорила шаг.

Оставшись одна, я развернула листок и прочитала:

— Улица Володарского, дом двадцать пять, квартира семьдесят четыре.

Через полчаса я уже стояла рядом с домом, где теперь жил Дима, и переминалась с ноги на ногу, не решаясь войти. Холодный ветер пробирался под куртку, и я вся покрылась мурашками и стучала зубами. Наконец, набравшись смелости, шагнула к подъезду и потянула на себя тяжелую дверь. Один этаж, второй, третий. Наконец стою у нужной квартиры с бешено бьющимся сердцем. Неужели я сейчас увижу его?

Протянула руку и нажала на звонок. В квартире раздалась звонкая трель, а через минуту в глазке метнулась тень и загремели замки. Дверь распахнулась, и я увидела Диму. Он стоял на пороге в джинсах и футболке, со взлохмаченными волосами. Такой знакомый, родной и любимый…

— Мира… — выдохнул он и попятился, словно увидел привидение. — Мира, ты?

— Я, — кивнула я. — Пустишь?

— Ты еще спрашиваешь?

Я переступила порог, закрыв дверь у себя за спиной, и несмело взглянула на него. В его глазах читалось смятение, беспокойство и… радость. Да, с каждой секундой его глаза вспыхивали все ярче и ярче, и, наконец, он, не сдержавшись, шагнул ко мне и заключил в объятия. Я прижалась щекой к его плечу и закрыла глаза, не веря, что это происходит на самом деле. Я ведь давно попрощалась с мыслью, что мы можем быть вместе. Неужели еще не все потеряно?

— Прости меня, — прошептал Димка, отстраняясь и заглядывая в мои глаза. — Прости.

— Это ты меня прости, — подала голос я. — Я такая дура. Я заставила вас переживать, я… Я эгоистка, страшная эгоистка. Сонька права, я думаю только о себе.

— Нет, нет, ты ни в чем не виновата! — Дима стал покрывать мое лицо поцелуями. — Это все Алена, она написала то злосчастное СМС! Я должен был предугадать это, я ведь знал, что она ни перед чем не остановится! Бедная моя девочка, я представляю, что ты пережила!

— А я представляю, что пережили вы все… — слезы опять покатились по моим щекам, но на этот раз от жалости к близким.

— Забудь, — попросил Димка. — Давай вообще забудем все и начнем сначала?

— Все забудем? И нашего сына тоже?

— Мира, его не вернешь, — прижавшись головой к моей голове, прошептал Дима. — Мы будем помнить о нем, но надо жить дальше.

— Да, ты прав, надо жить дальше… — эхом отозвалась я, вдруг впервые за все это время почувствовав, что действительно хочу жить дальше…

Димка осторожно отодвинул прядь моих волос и коснулся губ губами. В его взгляде сквозила щемящая нежность. Мои ноги сделались ватными, я обмякла в его руках, а голову словно заволокло туманом. Дима подхватил меня на руки и толкнул дверь в комнату.

Новый год мы встречали у Антонины Викторовны. В гостиной был накрыт богатый стол, хозяйка сидела во главе, мы, сбившись тесной компанией, пристроились напротив. Сонька и Степка не расставались ни на миг, постоянно держась за руки. Брат признался мне, что сделал Соне предложение и теперь они дружно ждут его восемнадцатилетия, когда смогут вступить в законный брак. Я не стала возражать. Моя подруга очень изменилась — от взбалмошной, капризной девчонки, меняющей парней как перчатки, не осталось и следа. Да и Степка рядом с ней возмужал и превратился в настоящего мужчину. Эти отношения обоим пошли на пользу.

Мы с Димкой съездили в деревню, я хотела познакомить его с мамой и, наконец, помириться с ней. Но, к сожалению, мне это не удалось. Мама нашла себе нового мужа, точную копию Василия, и теперь вдвоем с ним напивалась до беспамятства. Полагаю, она даже не поняла, кто и зачем к ней приезжал. Я была расстроена, но не удивлена: в глубине души я не сомневалась, что так и будет.

Вскоре мы подали заявление в ЗАГС, через месяц у нас должна состояться свадьба. Я переехала к Диме в тот же день, хотя Антонина Викторовна очень не хотела меня отпускать, ведь в квартире ей предстояло остаться одной — Степан и Соня сняли квартиру и тоже стали жить самостоятельно. Чтобы нашей любимой хозяйке было не так одиноко, мы оставили ей Пушка и Рыжика, так что теперь она полновластная хозяйка всего нашего зверинца. Впрочем, у меня для нее есть сюрприз, которого она явно не ожидает.

— Ну что, наливайте шампанское! — хлопнула в ладоши Антонина Викторовна, привлекая наше внимание.

Димка поднялся и, быстро откупорив бутылку, выпустил пробку в потолок.

— Ура-а-а-а!!! — дружно завопили Соня и Степа. Шампанское, маняще пенясь, разлилось по бокалам.

— Позвольте мне сказать слово, — Антонина Викторовна поднялась, держа в руке свой бокал. Мы притихли, глядя на нее.

— Все мы знаем, каким тяжелым был этот год, — вздохнула она. — Каждый из вас, ребята, пережил то, что изменило вас. Вы стали взрослее, мудрее. Но, как говорится, хорошо то, что хорошо кончается. К счастью, мы все-таки собрались все вместе, за одним столом. Все живы и здоровы, а это самое главное. Давайте выпьем за то, чтобы наступающий год был счастливым для нас всех. И чтобы в следующем году мы собрались вот так же, все вместе. А может, даже и чтобы нас стало больше.

При