Девственница мафиози - Мила Финелли

мои губы. Его руки обхватили мои ягодицы, прижимая меня к его твердому телу, и я ощутила волны тепла, прокатившиеся по всему телу. Я покрутила бедрами, ища трения.

— Я не могу дождаться.

Он снова взял мои губы, его язык нашел мой, а я провела руками по его груди и ребрам. Затем я оказалась в воздухе, отнесенная на кровать, где моя спина соприкоснулась с матрасом. Все еще целуя меня, он устроил свои бедра между моими и потерся эрекцией о мой клитор. Мое тело смягчилось под его, отбросив все сопротивление, готовое к тому, что должно было произойти.

Господи, как же я этого хотела.

Он прижался ко мне, и мы оба застонали, словно два существа, охваченные необузданным жаром. Я не могла думать ясно, мои руки сжимали его, прижимая его как можно ближе. Его язык скользил по моему, наше дыхание сделало воздух между нами влажным и горячим. Никакого страха или сомнений, только чистая тоска и желание.

Его рука опустилась между нами, и я почувствовала, как он стянул с себя трусы, горячая кожа встретилась с моей. Его пирсинг касался моего живота, пока его губы скользили вниз по моей челюсти к горлу. Грубые, итальянские слова и мольбы лились из его уст, пока его бедра ритмично двигались.

— Ты мокрая? Могу ли я войти в тебя сейчас?

— Да. Пожалуйста, поторопись, — прошептала я, мое тело горело от нетерпения.

Он приподнялся на коленях, широко раздвинул меня, затем схватил трусики обеими руками и разорвал ткань одним движением. Я почувствовала, как мои бедра задрожали, и мне казалось, что я схожу с ума. Затем он обхватил свой член в кулаке и приставил его головку к моему входу.

— Это будет быстро и жестко, bambina (малышка). Потом мы повторим, и я сделаю это лучше для тебя, я клянусь, — прорычал он, и я почувствовала, как он толкается вперед, растягивая меня. Я ахнула от переполняющего ощущения. Он был таким толстым и твердым, его пирсинг скользил по моей влажности, и я крепко зажмурилась от удовольствия. Так хорошо. Так, так хорошо.

Теперь я понимала, почему женщины сходят с ума, когда находят мужчину, как Джакомо. Боже мой.

— Ты чувствуешь это? — Он толкнулся еще сильнее, заполняя меня глубже. — Твое тело принимает меня. Оно знает, что сейчас произойдет, знает, что я собираюсь сделать его очень, очень счастливым.

Он слегка отстранился, а затем вошёл полностью, заставив меня выгнуться под ним. Мой разум затуманился от мощного ощущения, заставившего меня одновременно тянуть его ближе и пытаться вырваться.

— О, Боже, — прошептала я.

Он наклонился ко мне, опираясь на локти, его дыхание щекотало моё ухо. Я чувствовала каждый его вдох и стон, когда он начал двигаться внутри меня.

— Блядь, ты такая мокрая. Такая мягкая. Я два дня не думал ни о чем, кроме того, как трахнуть тебя, — проговорил он хрипло.

— Я тоже, — выдохнула я. — Я дважды мастурбировала, думая об этом.

Он застонал и ускорился.

— Это самая горячая вещь, которую я когда-либо слышал. Ты представляла себе, сколько спермы я для тебя припас? Как я собираюсь подарить тебе ребенка в ближайшие дни?

— Да, — выдохнула я, потеряв контроль.

— Я не могу… — Его движения стали неистовыми. — Cazzo (Ебать), мне нужно… Madre di dio (Матерь Божья).

Его тело напряглось, мышцы сократились, и я почувствовала, как он кончает, пульсируя внутри меня. Он прижался лицом к моему горлу, словно хотел стать частью меня. Я наслаждалась тем, что могу заставить этого сильного мужчину потерять контроль.

Несколько секунд спустя его дыхание начало успокаиваться, но он продолжил медленные, почти ленивые движения, словно смакуя момент.

— Я никогда раньше не кончал в женщину, — прошептал он мне на ухо. — Мы такие скользкие вместе, прекрасный беспорядок. Тебе нравится, bambina (малышка)?

— Мммм, — промычала я. — Продолжай.

— Я заставлю тебя кончить, не волнуйся. Я просто хочу чувствовать нас двоих еще немного. Можешь сказать, сколько я тебе дал? Это были литры, mia piccola moglie (моя маленькая жена).

Его тело оставалось твердым, и он снова начал двигаться. Я провела ногтями по его плечам и вверх к волосам, чувствуя, как он содрогнулся от моих прикосновений. Осмелев, я прошептала:

— Мне нужна каждая капля.

С громким шипением он резко двинул бедрами, и я громко застонала, его.

Он внезапно отстранился и скользнул ниже, устраиваясь между моих ног.

— Мне нужно это увидеть, — прошептал он, опустившись между моих бедер. — А потом я попробую это на вкус.

Мой клитор запульсировал от его слов. Это было сыро, грязно и безумно возбуждало. Он раздвинул мои половые губы большими пальцами и изучающе посмотрел на меня.

— Ты распухла и покраснела. Черт, это горячо, — наклонившись, он всосал мой клитор в рот. Вспышка удовольствия пронзила меня, и я почти подскочила.

— Моя жадная жена, — он ласково целовал меня, его слова смешивались с моим дыханием. — Она так нуждается в моем языке.

— Да, — выдохнула я. — Пожалуйста, не дразни меня.

Он замычал в горле и двинулся ниже.

— Посмотри на эту киску. Из неё капает моя сперма, — пробормотал он, вводя два пальца внутрь меня. — Я хочу оставить всё это внутри тебя. Может, купить тебе пробку, чтобы сохранить его глубоко внутри?

Мысль об этом заставила меня сжаться вокруг его пальцев, тело инстинктивно отзывалось на его прикосновения.

— Тебе это нравится, — мрачно прошептал он. — Моей женщине это очень нравится.

Он медленно вынул пальцы, но я схватила его за руку, отчаянно прося:

— Не уходи… ещё нет. Пожалуйста!

— Успокойся, я просто сделаю фото. А потом заставлю тебя кончить.

Он встал с кровати и подошел к своим джинсам, наклоняясь за телефоном. Глядя на его напряженные мышцы и тяжёлый член, свисающий между ног, я поняла, что каждая женщина, с которой он был, вероятно, всё ещё вспоминает о нём, думая, как он великолепен.

Он забрался на матрас и разблокировал телефон.

— Раскройся, Эмма. Теперь сдвинься вправо, чтобы свет мог поймать всю мою сперму, просачивающуюся из твоей дырочки.

Мой рот пересох, возбуждение вскипело в моей крови, и я сделала, как он сказал. Он нажал кнопку, делая фотографии, но я не жаловалась. Мне было все равно, запечатлел ли он мое лицо в кадре, я была настолько вне себя от похоти.

— Смотри, — он поднес телефон к моим глазам. — Посмотри, какие мы охренительно горячие вместе.

Я увидела свой вход, мокрый от нас двоих, и мне пришлось признать, что это было сексуально. Как будто мы были созданы, чтобы подходить друг другу, и в результате наши соки смешались на моей