Благородный принц - Девни Перри

— Эмметт занимается хакерством в свободное время.

— А. — Я кивнула. — Но как это поможет мне? Воины не знают, что я снимала их на видео. Мне не нравится, что этот парень Кен должен был умереть, но почему так важно, чтобы мы выяснили, как?

— Информация, — сказал Люк. — Прямо сейчас у нас больше вопросов, чем ответов. Нам нужны рычаги воздействия, и чем больше мы узнаем, тем лучше будет наше положение. Потому что, даже если мы убедим Воинов, что ты не имеешь никакого отношения к краже Джеремаи, ты будешь нужна ФБР. Мне не нравится ходить на встречи с федеральными чиновниками в качестве самого тупого парня в комнате.

— Точно. — Дэш кивнул. — Если мы сможем выяснить связь между Рэймондом и Воинами, это может дать нам ключ к разгадке того, за чем охотится ФБР.

— Я думал об этом всю ночь, — сказал Эмметт, подперев пальцами подбородок. — Зачем ФБР понадобилась Скарлетт?

— Потому что они думают, что я украла наркотики? — Я пожала плечами. — Может быть, они хотят арестовать меня?

— Нет. — Дэш покачал головой. — Я на том же пути, что и Эмметт. Они не хотят тебя арестовывать. Джеремая сказал, насколько он наворовал?

— На сто тысяч долларов, — ответила Пресли.

— Для Управления по борьбе с наркотиками эта сумма ничтожна, — сказал Дэш. — Они работают, чтобы уничтожить картели и банды, а не одну мелкую сделку с наркотиками, заключенную женщиной из пригорода. Они здесь из-за этого убийства.

— Вот о чем я думаю. — Люк сжал мое колено, затем наклонился вперед. — Федералы охотятся за Воинами, но у них недостаточно улик, чтобы их арестовать. Они, вероятно, следили за ними годами. Они видят, как Скарлетт входит и выходит год спустя. Через несколько дней после того, как она покидает Эштон, Джеремая держит ее в заложниках, а затем совершает самоубийство. Ты женщина, с которой я бы хотел поговорить.

— Если она обратится в ФБР, что бы ни случилось, Воины подумают, что она крала наркотики. — Лео вскинул руки. — Она труп.

Я вздрогнула, а все тело Люка напряглось.

— Лео, — прошипела Пресли. — Единственный человек, который умрет, — это ты, потому что я собираюсь задушить тебя, если ты не сможешь держать язык за зубами. Это моя сестра.

— Они уже думают, что она украла их деньги. Если они решат, что она стала информатором, они закопают ее в землю, Прес. Просто говорю все как есть.

— Осторожнее, Лео. — Зубы Люка заскрежетали друг о друга. — Говори все как есть, но уважай тот факт, что Скарлетт сидит прямо здесь.

Лео поднял руки, затем пробормотал:

— Извини.

— Как нам переубедить их? — спросила я, поддерживая разговор в нужном русле. Сейчас важно было убедить Воинов в моей невиновности. — У меня нет доказательств, что я не крала наркотики. Это мое слово против слова Джеремаи.

— Что бы он ни сделал с деньгами, он хорошо их спрятал, — сказал Эмметт. — После… — После его смерти. — Я поискал информацию о нем, чтобы посмотреть, смогу ли я найти приток наличных. Банковские счета. Кредитные карты. Ничего необычного. Никаких следов денег.

— Их и не могло быть, — пробормотала я. — Он все проиграл в азартные игры.

Джеремая был так уверен, что разбогатеет. Он хотел доказать миру, что он сможет. Его родителям, которые не потрудились уделять ему и капли внимания в детстве и еще меньше — когда он стал взрослым.

Деньги пропали. А вместе с ними и доказательство моей невиновности.

— Мы что-нибудь придумаем, — сказал Лео, слегка улыбнувшись мне, чтобы загладить свою резкость ранее.

Это было странное чувство — получать помощь от незнакомых людей.

Никто никогда не приходил мне на помощь, пока я не приехала в Клифтон Фордж. Даже Джеремая. Он выполнял приказы Пресли и купил нам машину, но, когда дело дошло до драки, он не спас меня.

И я была достаточно женщиной, чтобы понимать, что нуждаюсь в спасении. Я просто очень надеялась, что эти мужчины знают, что делают.

— Спасибо, — выдохнула я.

Дэш кивнул и встал.

— Давайте уже пойдем. Оставляем машину. Мы будем на связи.

Все прошли через гостиную и кухню.

Пресли не отпускала мою руку с тех пор, как мы начали разговаривать, и ее хватка была такой же сильной, как всегда. Она потянула меня за руку, отстраняясь от остальных.

— Скажи только слово, и мы вытащим тебя отсюда, — сказала она тихим голосом. — Шоу и я поговорили, и, если ты хочешь начать новую жизнь, мы можем это осуществить. Европа. Австралия. Куда бы ты ни захотела поехать, мы с этим разберемся.

— Нет. Нет, если только мне не придется. Я не хочу отказываться от тебя. — И я не хотела отказываться от Люка.

— Хорошо, — выдохнула она. — Я надеялась, что ты это скажешь.

Если я собираюсь расстаться со своей жизнью, то, черт возьми, я заберу с собой кого-нибудь из Воинов. Я пойду в ФБР. Сомнительно, что они смогли бы снабдить меня новой личностью, такой же удобной, какую может позволить себе Шоу Вэланс, но, по крайней мере, для этих ублюдков в Эштоне будет хоть какая-то справедливость.

— Будь осторожна. — Я притянула ее к себе, чтобы еще раз крепко обнять.

— Ты тоже. Я не могу поверить, что ты была здесь все это время.

Это были лучшие месяцы в моей жизни. И если бы все это рухнуло сегодня, я была бы благодарна за каждую секунду.

— Могу я кое в чем признаться?

— Э-э… конечно. — Она отпустила меня, наморщив лоб.

— Я думала, что достаточно храбра. Как и ты.

— Я не храбрая, Скар.

— Нет, храбрая. Я нет. Это правда. Я готова это признать. Когда я, наконец, ушла из дома, это был мой шанс постоять за себя, и я его упустила. Ты воспользовалась своим десять лет назад и преуспела. Я потратила свой на Джеремаю, потому что мне не хватило смелости наладить свою собственную жизнь. И долгое время я чувствовала вину за это. Завидовала тебе. Я разочаровалась в себе. Я не бесстрашна и не независима. Я боюсь будущего. Я была такой в детстве. Я такая сейчас.

— Зачем ты мне это рассказываешь? — прошептала она.

— Потому что я хочу, чтобы ты знала, как мне жаль, что моя нехватка смелости причинила тебе боль. Я не хотела этого. Ты простишь меня?

Глаза Пресли наполнились слезами.

— Прощать нечего. Тебе не нужно объясняться.

— Да, нужно.

Люк появился рядом со мной, его рука обвилась вокруг моих плеч.

Я и не подозревала, что он слушал. Когда я посмотрела мимо него, они все слушали. Я покраснела, меня охватило смущение, но потом я