Аванпост - Девни Перри

прокрутились, и полетела грязь, когда он умчался с бешеной скоростью.

— Не сходи с ума! Ты врежешься в дерево! — крикнула я, хотя он и не мог меня услышать.

Не успели его задние фонари исчезнуть, как я увидела, что они возвращаются на полной скорости задним ходом. Бо оставил двигатель включенным, а свою дверцу открытой и направился в мою сторону.

— Мне нужна моя сумка.

Я вошла внутрь первой, схватила с пола его рюкзак и швырнула в него. Он поймал его и перекинул через плечо, не тратя на меня ни секунды, прежде чем повернуться.

Возможно, он и покончил с нашей ссорой, но я — нет. Я даже не знала, почему мы поссорились, но поскольку я не могла позволить себе роскошь убежать, я продолжала кричать, прежде чем он успел снова исчезнуть:

— Если ты так сильно хотел, чтобы я попала в программу защиты свидетелей то, что это было сегодня с Генри? Почему ты просто не позволил ему забрать меня?

Его ноги замерли на деревянном полу.

— Что?

— Если ты считаешь, что моя нынешняя жизнь — «полное дерьмо», тогда почему ты просто не позволил мне уйти сегодня? Генри уничтожил бы ту жизнь, которую ты считаешь такой плохой, и у меня было бы совершенно новое существование.

Бо обернулся, суровое выражение на его лице сменилось замешательством.

— О чем ты говоришь? — спросил он.

Я вскинул руки в воздух.

— А ты о чем говоришь? Ты спросил меня, как я себя чувствую, и я сказал тебе, что мне грустно, что я не могу вернуться домой. Потом ты разозлился, потому что я не хочу бросать всю свою жизнь, свою семью и своих друзей только для того, чтобы начать все сначала, как плод воображения ФБР. Даже если моя жизнь — дерьмо, Бо, это лучше, чем программа защиты свидетелей. Но если ты думаешь иначе, почему ты не отправил меня с Генри?

Его сумка соскользнула с плеча, и он обеими руками потер лицо, вздыхая:

— Черт. Мне очень жаль.

Ладно, теперь я была в замешательстве.

— За что ты извиняешься?

— Я не знал, что ты говорила о программе защиты свидетелей.

— Не знал? — Я прокрутила в голове наш спор. Если он не думал, что я говорю о программе защиты свидетелей, тогда почему он так разозлился? — Тебе нужно продолжать объяснять.

Он вздохнул и помахал мне рукой.

— Тебе нужно подойти сюда.

Я нахмурилась и покачала головой.

— Ты подойди сюда.

— Встретимся посередине?

Я сделала один шаг и подождала, пока он сделает то же самое. Шаг за шагом, мы остановились только тогда, когда мои босые пальцы коснулись его теннисных туфель.

— Почему ты всегда так делаешь? — прошептала я, когда его рука поднялась и убрала прядь волос, которую я накручивала на палец.

— Потому что тебе не о чем беспокоиться.

Бо хорошо знал меня. Мне хотелось бы тоже лучше узнать его, тогда, может быть, мне не пришлось бы задавать так много вопросов.

— Почему ты разозлился?

— Давай просто скажем, что я был расстроен тем, что у тебя не было непредубежденности.

— Хм?

— Больше никаких вопросов. — Он улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня в лоб. Затем в нос. Потом в губы. — Не двигайся.

Я хотела задать еще несколько вопросов, но он исчез из моего пространства и выбежал на улицу, заглушив свой грузовик и захлопнув дверь. Затем он вернулся, на этот раз ворвавшись в мое пространство и прижавшись своими губами к моим. Я немедленно открылась, позволяя ему взять себя в руки и исследовать мой рот своим волшебным языком.

Поцелуи сейчас. Вопросы потом.

Его пальцы лихорадочно блуждали, пробегая вверх по моей спине и по волосам, затем спустились вниз, грубо сжимая мою грудь через майку и лифчик. Возможно, он доминировал в нашем поцелуе, но мои руки исследовали его так же неистово, как и его.

Я сильно надавила на его спину, но мои пальцы не могли сравниться с четко очерченными, подтянутыми мышцами, которые тянулись от его плеч к бедрам. Мои ладони скользнули ниже, скользнув под пояс его джинсов. Когда мои руки идеально прижались к его скульптурной заднице, я крепко сжала его, притягивая его бедра еще ближе к себе, чтобы почувствовать его растущую эрекцию своим животом.

Он застонал мне в рот, вибрация послала совершенно новую волну жара в мой центр. Нуждаясь в большем, я вынула руки из его джинсов и поставила их между нами, расстегивая пуговицу на джинсах Бо и осторожно расстегивая молнию.

Одна рука нырнула в его боксеры и крепко сжала его твердый член. Мои толчки были короткими, но Бо с громким шипением оторвал свои губы от моих.

— Повернись, — приказал он.

Я немедленно повиновалась. Бо всегда предпочитал, чтобы мы смотрели друг другу в глаза во время секса, поэтому никогда не брал меня сзади. Мысль о том, что его мощные бедра врезаются в меня, пока я стою на четвереньках? Так горячо, что я задрожала, а моя киска сжалась.

Звук шуршащей одежды наполнил комнату, когда Бо разделся, бросив свою рубашку и джинсы в кучу у наших ног. Затем его руки добрались до моей майки, стягивая ее через голову, пока я стягивала шорты и трусики. Щелкнув застежкой, он расстегнул мой лифчик, чтобы я могла бросить его на пол.

— Встань на четвереньки, ангел, — прошептал он в мягкую кожу у меня под ухом.

Я вздрогнула и упала, закрыв глаза и наслаждаясь звуком того, как он называет меня «ангел» своим хриплым голосом.

Передняя часть бедер Бо прижалась к моей задней части, когда он присоединился ко мне на полу. Оглянувшись через плечо, я увидела, как он зубами разорвал упаковку презерватива, а затем опустил глаза, надевая его. Его взгляд встретился с моим, и с сексуальной ухмылкой он направил свой твердый член прямо к моему входу, пару раз потерся им о мой клитор, прежде чем прижать его к моему отверстию.

Я была так возбуждена и готова, что он вошел внутрь без всякого сопротивления. Застонав, я закрыла глаза и наслаждалась тем, как мое тело растягивается вокруг его толщины. Мне до боли хотелось, чтобы он сбросил свою сдержанность.

За последний месяц у меня сложилась теория о сексе с Бо. Когда он был внутри меня, он мог читать мои мысли. Мне редко приходилось умолять, и даже тогда мои мольбы были скорее автоматической реакцией на то, что он уже делал.

Высвободившись, Бо начал входить в меня жестко и быстро, давая мне именно то, в чем я нуждалась.