Сердце пацана - Ядвига Благосклонная

сторону Кощея и паренька. — Это младший сын Мурчика — Демьян.

— Фигасе, — неподдельно удивился и стал пристально его рассматривать.

Бабы его наверняка заценили. Недаром, официантки туда-сюда щеголяли по залу, вертя своей задницей и улыбочками с намеком на нечто большее. Волевой подбородок, сам был крепко сложен, взгляд как у хищника и кривая усмешка. Что-то у них с Мурчиком общее было. Хоть и насколько мне было известно, младший сын отрекся от семейного «бизнеса» и вел исключительно легальные дела.

— Что, на много влетели?

— Вытяжка сгорела. Электрика полетела, к чертям собачьим. Теперь нужно все переустанавливать. Налоговики недавно приходили разнюхивали что да как, вот и приехал.

— Мда, дела…

Это, безусловно, все было занимательно, но почему сейчас он сидел рядом с Кощеем меня интересовало больше. К слову, этот сосунок не был столь борзый, как со мной. Приосанился, башку в плечи вжал и что-то сквозь зубы варнякал. Должно быть, у этого пацана был авторитет среди мажоров. Важная шишка, походу.

Отвернувшись, дабы так палевно не пялиться, отпил воды.

— А надолго этот фраер сюда залетел? — вскользь полюбопытствовал.

— Кто знает, никто ничего не говорит.

Тут же подошел недовольный, как черт, Шурик. Потребовал виски и залпом осушил стакан, со злобой косясь в сторону своего брата. Звон битой посуды раздался на все кафе. Обернувшись, я застал интересную картину.

Демьян прижимал голову Кощея к столу. Абсолютно невозмутимо говорил, но судя по раздраженному и брыкающемуся Кощею, приятного в его словах было крайне мало.

А вот и гены, поспели…

Даже если этот пацан и был чист на руку и не водился со своими родственничками, то в прошлой жизни был палачом. Не обращая внимания на зрителей, он сжимал шею своего собеседника, продолжая говорить. И только когда тот повиновался — отпустил, довольно оскалился и громко отченикал:

— Дамы и господа, все гады проучены, жрем дальше! Приятного аппетита! — подмигнул и под восхищенные взгляды дам, направился к нам.

Женщины, кажется, готовы были в агонии бросаться на его шею и умолять о ночи, вопреки тому что этот пацан был редкостным хамом.

Глазами я проследил за Кощеем, что потирая свою шею, отчалил.

— Братец, алкоголизм неизлечимая болезнь. Завязывал бы ты с этим, — язвительно произнес. Шурик лишь протестующе фыркнул.

— Артур, мы так и не закончили, — обратился уже к бармену.

— Посчитай смету в конце смены. Составь список новых напитков и коктейлей, которые стоит внести в меню, — раздавал приказы.

Артурчик лишь вяло кивнул. Лишняя работа его явно не вдохновляла. Затем его взор пал на меня. Он хотел уже отдать приказ, но сощурился.

— Демьян, — протянул мне руку.

— Наслышан, — усмехнулся, пожимая руку. — Герман.

— Был на вашей игре, — почти с уважением покачал головой, — вы натянули этих сучек. Поздравляю!

— Спасибо, — зачастую я не привык к поздравлениям в этом логове.

— Дегтярев здорово поработал над вашей командой, — упомянул тренера. Он еще что-то хотел добавить, но новоиспеченного шефа позвали на кухню и он вынужден был откланяться.

Дежурная беседа оставила после себя некую недосказанность и настороженность. Он так ловко усмирил ерепенившегося мажора, что не оставалось сомнений, при всем своем обаянии этот парень был опасен, хитер и имел деловую хватку. Возможно, мне удастся заключить с ним сделку и получить компромат на Кощея? Об этом стоило хорошенько подумать.

И я думал.

Думал, пока завозил матери лекарства, пока объяснялся, подобно маленькому мальчонку, где меня носило, пока ехал обратно к Дуньке.

Первым что я услышал, ступив за порог был громкий заразительный смех.

Это еще что такое?!

Пройдя по коридору, я остановился у открытой комнаты, облокотившись на косяк.

Мой стеснительный мышонок сейчас с силой нажимал на джойстик, активно ерзая и выражая целую радугу эмоций на лице.

— Так тебе! Получай! Получай! — закричала она и подпрыгнула на месте. — Знай наших! — вскочила, когда последним ударом убила своего врага.

— Новичкам просто везет, — показал ей язык Червь. В его глазах читался восторг. Он глядел на Бобрич так, как обычно это делал я. С восхищением. Мышь очаровала геймера, за то время что меня не было. Во дела…

— Да ладно тебе, Олежка, — улыбнулась и потрепала за плечо. — А хочешь я тебе чай приготовлю?

Что за…? Какой нафиг Олежка?! Какой чай?! Эй, я вообще-то тут стою! Я тоже чай хочу!

— Хочу! — отозвался оперативно.

Еще бы, сукин сын!

— Я мигом! — шустро повернулась и наткнулась на меня.

— И я хочу, — капризно заявил.

С улыбкой она подплыла ко мне, шепнув:

— Привет.

Намереваясь пройти, Бобриха сделала шаг, но моя рука опустилась на косяк, блокируя ей проход.

Недоуменно она уставилась на меня.

— Что…

Обхватив руками ее талию, заключил в крепкие объятия, зарылся носом в волосы, вдохнул родной запах. Несмело ее ручки опустились на мои плечи. Её было крайне мало. Жадно притянул ее еще ближе, еще теснее. Запечатлел на щеке легкий поцелуй.

— Вот так нужно здороваться, — отстранился. — Три сахара, мышь, — подмигнул.

Кивнув, она в мгновение ока упорхнула на кухню. Наверняка, я застал ее врасплох.

— Червь, не зарься на чужое, — пройдя в комнату и плюхнувшись на старый потрепанный диван, отрезал.

— Герыч, ты че? И в мыслях…

— Знаю я, что у тебя в мыслях. На харе все написано, — рыкнул. — Я предупредил.

Олежа засопел, но ничего не сказал. Протянул мне джойстик и включил игру.

Плазма и плейстейшн, пожалуй, стоили как половина этой задрипанной халупы. Игра сбросила напряжение, а горячий чай и Дунька скрасили мой вечер. Девчонка за целый день поднатаскалась в игре. Несколько раз уделала меня и теперь счастливо улыбалась. Через некоторое время к нам присоединились вчерашние задроты, а к ним и еще несколько. В итоге, получился балаган и к полуночи жилище ожило.

Аида

Кто бы мог подумать, что эти затурканные ребята, выглядевшие как хиппи в лучших их временах, могли оказаться такими шумными и отвязными. Нас было около десяти человек,