Без имён - Аля Кьют

налил кофе из большого кофейника. Я покивал ему в знак благодарности.

- Ты что-то решил, да? – проницательно предположил он.

Я кивнул, чувствуя себя неудобно, но правильно. Как-то стыдно отказывать президенту, но придется.

- Да, Андрей. Я не останусь в Росси. У меня компания и дом. Я привык к Ирландии. Хочу жениться на Алиске и жить спокойно. Я свою карьеру уже сделал.

- Знал, что откажешься, - вздохнул Громов.

- Но у меня есть для тебя кандидат, который подойдет не хуже. Именно она удержала бизнес здесь, в Москве. Именно у нее амбиции соответствуют твоему предложению. Карина Верден.

Громов с интересом поднял брови.

- Спасибо. Я подумаю, - проговорил он.

- Разумеется, у тебя есть её телефон? – уточнил я на всякий случай.

- Разумеется.

Улыбка Андрея в этот момент была бесценна. Я не выдержал и снова нагло брякнул:

- Какой же ты самодовольный хрен.

- Даман нравлюсь, - подмигнул президент. – Они за меня голосуют. Таня кстати голосовала, в отличие от некоторых.

Я заржал, как конь. Андрей же собрал тарелки, чашки и запросто вымыл посуду.

- Ладно, поехали. Я и так тут с тобой просрал тонну времени. Знал бы, что откажешь, высадил бы на МКАДЕ.  А Зориных отправил бы паромом через Питер на перекладных.

- Спасибо, что не этапом.

- Пожалуйста.

Одеваясь, я не прекращал смеяться. Но едва мы сели в машину, стало не особенно весело. Андрей все время разговаривал по телефону: постоянно что-то координировал, решал, отдавал приказы. Я не завидовал ему ни капли. Напротив, убедился, что правильно отказался от работы под его опекой.

Меня доставили сразу в прокуратуру. Там встретил Сергей. Дознание было долгим и неприятным. Разумеется, одним днем все не кончилось. Карину тоже вызывали. Мы рассказывали о Жене, участке и махинациях Крыловых долго, муторно, по сто раз. Я остался в Москве. Единственным, что меня поддерживало, были разговоры с Алисой. Мы созванивались каждый день. Она некоторое время оставалась в Лондоне с отцом, а потом Торнтоны уговорили их поехать в Шотландию. Мне нравилось слушать восторги Алисы. Она бывала в Англии, но не выезжала за границы Ло. Разумеется, Эдинбург и удел Торнонов потрясли её совсем иной красотой.

Меня просили не уезжать из страны, а то бы я уже давно рванул к Алисе хоть на выходные. Это были долгие два месяца. Пожалуй, я бы сдох от тоски, если бы в один прекрасный день ко мне не заявилась Карина.

- Ты отдал мое резюме президенту или что? – заорала она, едва я открыл дверь съемной двушки на окраине Москвы.

- Воу, детка, полегче. Я тебя и так слышу. Слышал. Возможно даже буду слышать, если ты убавишь звук.

- Убавить? – Карина перешла на вопль. – Как я убавлю, Верден? Меня отвезли к президенту сегодня.

- В баню? – уточнил я на автомате.

- Какая баня? Ты совсем рехнулся тут один? Президент проводит собеседования в бане? Наверно в общественной, да? Каждый четверг и вторник – мужской и женский день соответственно.

Я хохотнул, решив не рассказывать ей о своем собеседовании.

- Нет, мы были в ресторане Казарина. В том самом, помнишь? – стала рассказывать Карина, не нуждаясь в моих ответах.

Она скинула шарф и перчатки на столик, тряхнула волосами.

- У Казарина хороший ресторанчик. Он тут в двух кварталах. Я там обедаю иногда, - откровенничал я.

- Да, а я вот там обедала с президентом Андреем, мать его, Громовым.

- Закрылись на спецобслуживание?

- Нет, он просто прошел в вип-кабину через служебный ход.

- Как интересно.

- Интересно? Я чуть не умерла. Президент, Саш! В обычной забегаловке. Представляешь?

-  С трудом, - соврал я.

После бани я представлял Громова где угодно, хоть в дальнобойной шашлычной на сто пятом километре.

- Так чего он хотел?

Карина посмотрела на меня недовольно и подозрительно, но не стала допытываться об отсутствии должного удивления. Она решила ответить по сути:

- Он сказал, что ты за меня поручился и предложил мне работу.

- На какой должности?

- Это государственная тайна.

- Понял. Больше не спрашиваю об этом. Ну а ты что?

Карина всплеснула руками. Сдается мне эта излишняя эмоциональность в ней бурлит только для вида. Она уже все решила. Я мог и не спрашивать.

- Что я? Я не знаю, Сань. Это же…

- Круто? – предположил я.

- Страшновато.

- Брось, - я закатил глаза. – Круто и опасно – твое второе имя и фамилия. Уже согласилась?

- Да, - призналась она со стоном и легким налетом вины. - Как же я с ребенком буду видеться?

- Он ведь в пансионе, Карин. В каникулы в любом случае.

- Это немного грустно.

- Ему там нравится. Отпусти парня.

Она закивала, хотя и погрустнела сразу. Я приобнял её за плечи, стараясь утешить.

- Так надо, дорогая. Не привязывай к себе сына из-за смерти Женьки. Отпусти.

- Знаю, Саш. Это правильно. Но я так боюсь…

- Одиночества?

- Угу.

- С новой работой тебе вряд ли будет одиноко.

- А компания и московский офис? – она все еще цеплялась за глупости.

Или за все, что связывало её с Женей.

- Я возьму на себя и Москву. Это не сложно. Думаю, Алиса мне поможет.

- Она там в порядке?

Я отпустил Карину и свалился в кресло. Ответил, но не сразу.

- В порядке, конечно. Скучает только. Плакала.

- Скоро все закончится, Сань. Еще немного. Последнее слушание и будет вердикт.

Теперь пришла моя очередь грустно соглашаться, принимая