Дрянная помощница для мастера (СИ) - Свободина Виктория

– Садись в машину, быстро, – мрачным тоном приказывает мне… Богдан? А потом, не дождавшись от меня никакой реакции, берет в охапку, тащит и сажает в машину. Захлопнув дверь, возвращается к той компании, добивает тех, кто еще бодр и желает драки, но таковых оказывается немного. Богдан дерется яростно, быстро и эффективно. Минуты не прошло, как он садится за руль, и мы уезжаем. 

Богдан едет и всю дорогу меня отчитывает, ругает, злющий до невозможности, а я и ответить ничего толком не могу, меня тошнит, особенно на поворотах. 

– Останови, – прошу я слабым голосом. Неожиданно, но он послушался сразу, съехал на обочину возле небольшого пролеска. 

Вышла и долго дышала свежим воздухом. В животе постепенно успокоилось, обошлось. 

– Воды дать попить? – рядом оказался Богдан и впихнул мне в руки бутылку с водой. Жадно пью. – Садись в машину. 

Отрицательно машу головой, мне тут получше, но Богдан все равно утаскивает меня к авто, сажает на край сидения, дверь оставив дверь открытой. 

– Рита, вот что ты творишь, а? 

– А ты? – устало прикрыв глаза и откинувшись головой на спинку сидения, спрашиваю я.

– А я что? 

– Следил за мной? 

– Я домой вам позвонил, Катя сказала, что ты с подружками встречаешься, но задерживаешься и на звонки не отвечаешь. 

– Угу, ну а дальше как нашел? Я Кате не говорила, куда дальше поеду. 

– Я позвонил тебе, потом Марку. Никто до тебя дозвониться не смог, но он отследил твое местоположение. Знает твоих подруг и через их аккаунты в сети нашел место, где вы гуляете. Вы, девочки, очень любите фотоотчеты, еще и с геолокациями. Молодцы. Так что у вас там с Марком случилось? Почему телефон отключила? 

– Он разрядился. 

Распахнула глаза и увидела лицо Богдана прямо над собой. Близко-близко. Криво улыбнулась. 

– Ты такой заботливый и хороший. Беспокоишься о жене брата, так заботишься о племяшках… хочешь меня поцеловать? 

Богдан резко отстранился. 

– Подышала воздухом? Поехали, – грубым тоном отвечает Суворов. 

Хмыкнула. 

– Трус. 

Берусь за ручку двери, чтобы закрыть ее, но Богдан молча рванул дверь на себя, не дав мне этого сделать. 

Утром просыпаюсь с дикой головной болью. Не сразу понимаю, где я и что я. О, я дома. Рядом в своих кроватках мирно спят девочки. Страдальчески кряхтя, выбираюсь из постели и иду в душ. Что вчера вообще было? 

Воспоминания возвращаются неохотно и урывками. Что-то кажется полным бредом и игрой сознания. Сидели в баре, кажется, я перебрала. А дальше… на меня реально напали какие-то гопники, или это мне по пути домой в такси приснилось? Да ну а как бы я от них спаслась? 

Неожиданно вспоминается лицо Богдана крупным планом и… Мы там случайно не целовались? Да ну, нет, не было такого. 

Фух! Как я домой попала, совершенно не помню. Просто черная дыра. Отныне даю торжественное обещание. Никаких затяжных посиделок с подругами в баре, и все свои психологические проблемы решаю либо в одиночестве, либо с соответствующими специалистами. Не надо мне больше таких приключений на пятую точку. 

После душа приняла таблетку, но легче не становится, гложут смутные сомнения. Решила позвонить Богдану, чтобы уточнить, что вообще было, а чего не было. Или лучше сначала Катюше. Она ведь тут должна была быть, когда я приехала. 

Беру телефон из сумочки, ставлю на зарядку, включаю и понимаю, что я все-таки вчера крупно накосячила. Куча сообщений о пропущенных от мужа, Богдана, Кати, няни и даже мамы. Ой-ей. Еще и набрать никого не успела, а мне уже звонят. Марк. Ох, сейчас ругаться будет. 

Очень неохотно, но отвечаю на вызов. 

– Алло, – настороженно и хрипло тяну я. 

– Доброе утро, Рита, – сухо произносит в ответ Марк. Судя по его тону, не такое уж доброе, во всяком случае, у него. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Привет. 

– Хорошо вчера погуляла? 

– Ну… наверное. Я местами некоторые моменты немного не помню, правда. Ты очень сердишься? – спрашиваю, ожидая в ответ чуть ли не объявление о разводе. Тон у Марка уж очень подозрительный. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Я взял билеты, завтра возвращаюсь. 

Новость выбила из колеи. 

– Ого! Так рано. Это из-за того что я в бар с девчонками поехала? 

– Нужно будет все подготовить, через два месяца мы переезжаем жить в Америку. 

Если бы я не сидела, то точно бы упала. 

– Э-э, надолго? 

– Навсегда. 

– То есть ты принял это решение, даже не думая посоветоваться со мной? 

– Тебе очень хочется остаться? – спрашивает Марк с непонятной интонацией и ответа не ждет. – Да, я уже принял решение за нас. 

Марк сбросил вызов. Нормально вообще? Перезваниваю, он отвечает, но говорит, что занят, на встрече, все разговоры уже после его возвращения. У-у. 

Проснулись малышки, и мне стало уже не до Марка. Дома тихо, сонно, спокойно. Никого, кроме нас с девочками и Агаты. Позвонила Кате, она отчиталась, что я вчера пришла никакущая, одна, забрала малышек, видимо, на автомате их уложила и почти сразу сама завалилась спать. Катя поехала домой, потому что ей завтра на занятия. 

Да уж, весело. Долго не решалась, но все-таки набрала Богдану, когда мелких кормила. Зря боялась, телефон у Суворова недоступен, наверное, тот отсыпается. Немного страшно. А вдруг там у нас что-то все-таки было? Мне кажется, я помню его лицо над собой. Близко-близко. Бр-р. Посмотрела на малышек. 

– Девочки, к нам завтра папа приезжает! – радостным тоном произнесла я. 

Никакой реакции. Каши свои сосредоточенно ковыряют. Они уже почти все съели, больше балуются. Марина добралась до пачки с детским печеньем и теперь сосредоточенно опускает в кашу одну печеньку за другой. Экспериментатор. Карина заныла, ей тоже надо научный опыт провести, а Марина печеньки не отдает. М-да, Агата и то больше заинтересовалась новостью о возвращении Марка. И я тоже решила провести эксперимент. 

– Завтра дядя Богдан приедет. 

Малышки тут же посмотрели на меня, сразу оживились, заулыбались, стали хлопать в ладошки, забыв о печеньках. М-да. Что бы у нас там с Марком ни случилось, а общение с дядей Богданом, похоже, пора сокращать. 

Ждем Марка на следующий день, к вечеру. Готовлюсь к тяжелому разговору. Я не готова дальше жить так, как сейчас. Если Марк не согласен, то… развод? Немного смешно, потому что сейчас мы и так словно отдельно живем, а он изредка появляющийся в жизни девочек папа. В общем, переживаю, но все равно подготовилась, нарядилась, и девчонок тоже. Пусть знает, как забывать о трех таких красавицах. 

Неспокойно. Время тянется так медленно, и у меня все внутри прямо булькает от напряжения. Чтобы немного отвлечься, включаю телевизор, попадая на новости. Я их не слушаю почти, думая о своем, подбирая аргументы. Эфир прерывает срочное сообщение. Где-то над нашей страной упал очередной самолет. Ужасная новость, конечно. Летел самолет из Америки и… 

На этом моменте стала вслушиваться в то, что говорят по телевизору, внимательнее. Когда упал? Рейс какой? По коже побежали мурашки. Нет, такого просто не может быть. Ага, назвали. Беру телефон, Марк отправлял мне в сообщениях номер рейса. 

Телефон выпадает из рук. В глазах темнеет, и только огромной силой воли заставляю себя не выпасть из реальности, потому что мы с девочками одни дома, за ними надо следить. 

Внутри меня, в душе словно вмиг появляется страшная пропасть. Ужасная ноющая пустота и полное ощущение неминуемого. Глаза застилают слезы. Дрожащими руками кое-как записываю появившийся на экране телевизора номер, а потом звоню Марку. Абонент вне зоны доступа. 

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

После звонка по экстренному номеру телефона позвонила няне, попросила срочно приехать, а затем набрала Богдану. К счастью, на этот раз он оказался доступен, хотя ответил с явной неохотой, хмуро, но когда узнал, зачем я звоню… Богдан приехал раньше няни. Вместе мы ее дождались и после поехали в аэропорт узнавать подробности. Я прорыдала всю дорогу.