Эйлин Гурдж - Леди в красном

— Поймали что-нибудь? — спросила она, кивая на пластмассовое ведро у него в руках.

— Только морских звезд.

— А я и не знала, что они съедобные.

— Я вообще-то не собирался их готовить, это они довольно прожорливые. — Он пояснил, что для морских звезд и прочих хищников его не так давно созданная устричная ферма — это не что иное, как огромная закусочная. — Вот я и сокращаю их число, чтобы дать моим ребятам шанс выжить. Можете не беспокоиться, — заверил он, — я не понесу их в сувенирную лавку, а выпущу в залив. — Он указал на ту сторону бухты.

От работы на воздухе у Колина появился румянец. В последнее время он вообще стал лучше выглядеть, плюс ко всему на лице была написана умиротворенность.

— Очень великодушно с вашей стороны, — сказала она с улыбкой. — Должно быть, хорошо, что они не сопротивляются. Я имею в виду, это не та схватка, что описана в «Старик и море».

— Не уверен. — Он достал из ведра морскую звезду, с которой капала вода, и сказал: — Вот эта, например, выглядит весьма устрашающе. Не хотел бы я, чтобы она дотянулась до меня одной из своих присосок. — Он помахал рукой, словно в знак протеста, и бросил чудовище снова в ведро. — А как вы смотрите на то, чтобы проехаться в одно место и показать этим ребятам их новый дом?

— Я готова, только если не придется брать в руки ничего скользкого.

— Вся грязная работа будет на мне, — сказал он, поднимаясь по тропинке. Шеп бежал следом. Похоже, пес свыкся с ролью домашнего любимца и воспринимал Колина если не как хозяина, то по крайней мере как союзника. Он благовоспитанно дождался приглашения и только потом запрыгнул в «вольво» Колина и устроился на заднем сиденье.

Поездка заняла от силы полчаса, и к обеду они вернулись назад.

— Надеюсь, вы не очень торопитесь, — сказал Колин, когда они вышли из машины. — Я мог бы придумать что-нибудь к пирогу, который вы принесли.

— У меня сегодня выходной, — напомнила она. У нее был огромный список дел, которые еще предстояло сделать, но сейчас для нее не было лучшего занятия на вечер, чем провести его с Колином.

— Я готовлю не так хорошо, как вы, но могу изобразить какой-нибудь простенький салат из креветок, — сказал он, заходя в дом через черный вход, снимая в прихожей сапоги и обувая старые мокасины.

На кухне он принялся выкладывать на стол кульки с зеленью и всевозможные бутылочки со специями.

— Я могу чем-нибудь помочь? — спросила она.

— Нет, посидите пока. У вас сегодня выходной, и я не позволю вам работать. — Он махнул рукой на стулья в старой кухонной нише, где она и устроилась, с улыбкой наблюдая, как он неуклюже рвет листья салата, режет овощи и чистит отваренные креветки.

— Вкусно, — похвалила она, отправляя в рот первую порцию. — А то, что мне и пальцем не пришлось пошевелить, чтобы это приготовить, делает все еще вкуснее.

— Вы внесли свою лепту, принесли десерт. Как вы догадались, что я обожаю тыквенный пирог?

— Вообще-то он из сладкого картофеля, — засмеялась она.

— Какая разница, от этого он смотрится не менее аппетитно. Нужно будет заказать его в следующий раз, как я приду к вам в ресторан.

— Этого пирога нет в меню. Я готовлю его только для членов семьи.

Он улыбнулся, и от этой улыбки у нее запылали щеки.

— В таком случае я вдвойне рад.

Выпив кофе с пирогом, они вышли на улицу. Было довольно прохладно, но после нескольких недель дождливой, тоскливой погоды солнце, пробивавшееся сквозь тучи, казалось неожиданным подарком. Закутавшись в куртки, они уселись в кресла на крыльце и, закинув головы, наслаждались его благословенными лучами. Шеп дремал, вытянувшись на старом дощатом полу у ног Колина.

Как обычно, разговор зашел о Джереми.

— Кантвелл требует установить дату судебного заседания, — сказал Колин. — Не знаю, сколько я еще смогу это затягивать. Я подал ходатайство о продлении срока, чтобы суметь опросить как можно больше свидетелей, но не уверен, что судья мне его предоставит.

— И что тогда? — взволнованно спросила Эллис.

— Будем надеяться, что наши доказательства окажутся весомее.

Глядя в его обеспокоенное лицо, она спросила:

— Что такое? Вы чего-то не договариваете?

Помедлив секунду, он сказал:

— Я только что получил заключение по составу доказательств изнасилования от нашего специалиста. Это судмедэксперт из Спокана, я вам о нем говорил. Это неплохой специалист, — поспешно заверил он. — Просто я надеялся, что полученное заключение будет более убедительным.

— Но если доказательства изнасилования не совсем убедительны, значит, и доказательства обвинения недостаточно весомы?

— Это зависит от того, кого из экспертов присяжные сочтут более надежным.

— А этот врач из Спокана, что он собой представляет?

— Вообще-то это женщина. Она кажется мне весьма компетентной и, кстати, во многом похожа на вас. Сильная и решительная.

Эллис несколько смущенно рассмеялась.

— Забавно. Хотя зачастую мне кажется, что я даже не знаю, какой ботинок на какую ногу нужно надевать.

— В таком случае, внешность обманчива.

Колин улыбнулся, и в уголках его глаз залегли крошечные лучики-морщинки.

Эллис обдумывала каждое его слово, словно трогала сияющие сокровища, на которые случайно набрела. Неужели у него действительно создалось такое впечатление? Но она не могла предаваться долгим размышлениям и вновь перевела разговор на дело Джереми, спросив:

— Какова вероятность того, что суд будет справедливым?

— Зависит от обстоятельств. — Колин нахмурился, глядя вдаль, на бухту.

— От каких?

— Оправдаются или нет наши подозрения относительно вашего приятеля Оуэна. — Он поглядел на нее. — Вы что-нибудь выяснили?

Эллис вспомнила неприятный разговор, который состоялся у них с Гарри, и покачала головой.

— Пока ничего, но я работаю над этим. — Ей была противна сама мысль о том, что придется идти к Дениз в надежде, что у сестры больше шансов повлиять на мужа. Но другого выхода Эллис не видела. Она вздохнула. — Проблема в том, что пока у нас на руках не будет убедительных доказательств, никто не поверит, что за всем этим стоит Оуэн. Особенно сейчас, когда все активно сочувствуют ему из-за отца.

— Это создает нам дополнительные трудности, — согласился Колин.

— Думаете, они смогут докопаться до правды? — спросила она из чистого любопытства.

— Убийство, произошедшее полвека назад? Нет ни оружия, ни свидетелей, ни даже подозреваемых. — Колин покачал головой. — Они скорее раскроют тайну исчезновения Амелии Эрхарт[27].

— Наверное, вы правы. И все же я не перестаю думать: а вдруг он сейчас на острове? Убийца, я имею в виду. Случайный прохожий на улице, с которым можно столкнуться и пройти мимо, не придав этому никакого значения. Может, даже кто-то знакомый.

Возможно, как и она, этот человек не был закоренелым преступником, а просто сломался под давлением обстоятельств. Странно, но мысль об этом ее почему-то утешила. Это означало, что не она одна способна на безрассудные поступки.

— Даже если он все еще жив, сейчас это уже старик, — заметил Колин. — Мы даже не знаем, он ли это. Может, это была она.

Она задумчиво кивнула.

— Может, какая-то женщина, с которой у него была связь. Он мог пообещать, что бросит ради нее жену, а когда выяснилось, что он лжет, она могла страшно разозлиться и застрелить его. Прямо как Джин Харрис и тот диетолог[28].

Он с улыбкой повернулся к ней:

— Так вы считаете, что это было убийство на почве ревности?

— Я слышала, что он был тем еще ловеласом.

— Если это так, то ваша версия имеет смысл.

Оба умолкли, и долгое время был слышен лишь шум ветра в кронах деревьев, словно шепчущих о чужих секретах, да крики чаек. Спустя некоторое время Колин сказал:

— Это было любимое дедушкино место. Ему нравилось сидеть здесь после дня, проведенного за мольбертом. Особенно в хорошую погоду.

— Ему, наверное, было одиноко без вас, — сказала она, представляя длинные зимние месяцы затворничества в этом отдаленном, пустынном месте.

Колин пожал плечами.

— Возможно. Но он никогда этого не говорил. Он не хотел, чтобы я чувствовал себя виноватым в том, что не навещаю его.

— А ваш отец? Он часто приезжал?

Колин редко говорил о своей семье. И Эллис только сейчас поняла, как мало о нем знает.

— Нет. Никогда. — Из того, как резко это прозвучало, стало ясно, что за этим, по-видимому, стояла застарелая вражда. — Бабушка об этом позаботилась. Она настроила против него моего отца.

Эллис сочувственно вздохнула:

— Наверное, развод был просто безобразен.

И она подумала об их с Рэнди разводе — случившееся больше напоминало медленное угасание чувств.