Линда Николз - Счастливая ошибка

– Привет, мама! – бодро поздоровалась Мэгги и, обернувшись к сыну, смотревшему мультфильмы, попросила: – Сделай, пожалуйста, звук потише.

– Ну наконец-то, – сказала мать, и Мэгги почудилось, что ее голос заполнил не только телефонную трубку, но и всю квартиру. Такое же ощущение у нее возникало, когда она разговаривала с Джиной. – Я уже собиралась вешать трубку. Почему ты так долго не подходила к телефону?

– Я была занята, а Тим смотрел мультфильмы.

– Понятно… Ну что ж, поздравляю тебя с днем рождения, дорогая.

– Спасибо.

– Расскажи, как ты поживаешь, – потребовала мать, – а то я все время тревожусь о тебе, особенно после того, как получила последнее письмо.

– Ты обо мне тревожишься? – изумилась Мэгги.

– Естественно, – сухо отозвалась мать.

– Но почему?

Удивлению Мэгги не было передела. Нет, это только ее мать, впервые за четыре года получив от дочери полное бодрости и оптимизма письмо, может заявлять, что она тревожится за ее судьбу! Неужели она написала что-нибудь лишнее? Мэгги напрягла память, пытаясь вспомнить, что именно она сообщила родителям. Нет, все в порядке… Она восторженно рассказала о поездке на ферму, о знакомстве с замечательными людьми – Джо и Кэрол, родственниками доктора Голдинга…

– Я дала прочесть письмо твоей сестре Джули, и она согласилась со мной, – ответила мать.

– В чем? – удивилась Мэгги.

– В том, что этот, с позволения сказать, доктор… – Мать выделила голосом последнее слово. – Этот доктор очень странно проводит курс лечения. – И сделала многозначительную паузу, очевидно, для того, чтобы Мэгги осознала важность услышанного. – Да… Так вот, мы с Джули крайне обеспокоены тем, что этот психотерапевт использует тебя в своих неблаговидных целях, – продолжала она уже угрожающим тоном. – Такое случается сплошь и рядом, дорогая. Взять хотя бы недавнюю публикацию в журнале "20/20". Там прямо говорится о том, что всякие недостойные люди, присвоившие себе право называться учеными-психотерапевтами, используют молодых и доверчивых женщин для… своих нужд. – И она снова сделала паузу, давая дочери вникнуть в смысл произнесенной ею фразы.

– Мама, о чем ты говоришь? – возмутилась Мэгги. – Какие нужды? – Она не хотела слышать про глупости, которые пишут в журналах о психотерапевтах. – Этот доктор совсем другой! Он… он очень добрый и порядочный человек.

На мгновение перед внутренним взором Мэгги промелькнули лицо Джейка, его добродушная улыбка, внимательный, полный сочувствия взгляд голубых глаз… и исчезли, словно испугавшись строгого голоса матери:

– Мы с Джули очень боимся, как бы ты не совершила серьезную ошибку, Мэгги. – Вздохнув, она добавила: – Опять не совершила.

Кровь прилила к щекам Мэгги. Так, начинается… Мать никогда напрямую не укоряла ее за то, что она осмелилась родить ребенка без мужа, но и не упускала случая высказать по этому поводу какое-нибудь ехидное замечание.

– Маргарет, сегодня я опять разговаривала с Бобби Семплом, – сообщила мать. – И он мне признался, что по-прежнему любит тебя и ждет твоего возвращения. Несмотря ни на что.

– Зачем ты с ним разговаривала? – возмутилась Мэгги. – Разве я просила тебя об этом? Да я даже и думать не хочу о Бобби!

– Однако вы переписываетесь, – заметила мать.

– Ну и что?

– Значит, что-то вас связывает.

– Но только не то, о чем ты думаешь!

И зачем она отвечает на его дурацкие письма? Разве Мэгги когда-нибудь всерьез думала о Бобби, как о будущем муже?

– А вот Бобби постоянно о тебе думает, – словно угадав ее мысли, сказала мать. – Вспоминает тебя, мечтает о будущем.

– Мама, я тебя очень прошу: предоставь мне право самой распоряжаться собственной жизнью!

– Знаешь, Маргарет, – задумчиво промолвила мать, – таким молодым и неопытным женщинам, как ты, сложно распознать истинные намерения мужчин, а они очень искусно умеют их маскировать под благородные.

– Мама, я не люблю Бобби Семпла! – настойчиво произнесла Мэгги. – Не любила и не люблю.

– Зачастую чувство возникает не сразу, оно формируется постепенно лишь после того, как люди проживут вместе какое-то время и лучше узнают друг друга! – возразила мать.

– Я не хочу формировать никаких чувств! – бросила Мэгги. – И ждать, когда узнаю человека получше!

– А как ты относишься к этому доктору? – вдруг строго спросила мать. – Ты его любишь?

– Не знаю! – в отчаянии выкрикнула Мэгги. – Не знаю! Может быть.

Прижимая телефонную трубку к уху и продолжая слушать громкий, с требовательными интонациями голос матери, Мэгги внезапно подумала о том, что она знает ответ на этот вопрос. Точнее, знала, и уже давно.

После разговора с матерью у Мэгги испортилось настроение, не хотелось ни рисовать, ни читать. Но и смотреть на унылый пейзаж за окном тоже надоело. Погода портилась, солнце скрылось за облаками, пошел мелкий моросящий дождик. Выходить в такую погоду на улицу гулять? Никакого желания. Хотя, как однажды с улыбкой ответила миссис Уивер на вопрос Мэгги, зачем она под дождем возится с цветами в саду, "люди – не сахар. От дождя не тают".

Наверное, она права. Мультфильмы закончились, и теперь Тим играл с котенком, размахивая перед ним яркой ленточкой, которой была обвязана коробочка с медальоном, подаренным миссис Уивер. Мэгги с озабоченным видом присела на диван и стала сосредоточенно думать, чем же ей заняться. Время – половина одиннадцатого утра, а она до сих пор так и не решила, как провести выходной. Привести в порядок квартиру? Неплохая идея. Может быть, уборка отвлечет ее от неприятных мыслей, вызванных недавним разговором с матерью, и поднимет настроение. А через пару часов, возможно, погода улучшится, и они с Тимом выйдут погулять.

Мэгги встала с дивана и направилась в ванную комнату взять "Аякс" и "Лизол", но в этот момент раздался звонок в дверь, и зазвучал радостный голос Тима:

– Мама! Иди сюда скорее! Посмотри, кто к нам пришел.

Мэгги бросилась в коридор и увидела на пороге улыбающегося Джейка. Тим радостно прыгал вокруг него.

– Мама! К нам приехал Джейк! – повторял он и счастливо смеялся.

В одной руке Джейк держал горшок с цветком, а в другой – нарядный пакет с эмблемой художественного салона.

– Тим, нельзя самому открывать дверь, – сказал Джейк, вручая цветок и пакет Мэгги. – Особенно если ты один дома. Больше так не делай. Договорились?

Удивленная неожиданным визитом, Мэгги смотрела на Джейка широко раскрытыми глазами и не могла произнести ни слова. От волнения сердце ее билось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Наконец она опомнилась и смущенно пробормотала: