Эстер Браун - Маленькая леди в большом городе

– Разумеется, происшествие в парке отнюдь не облегчило мою задачу. Я мечтала сделать из Рика благовоспитанного джентльмена, но теперь все знают, что он распускает руки в общественных местах и не стыдится ходить в синяках!

Ее лицо озаряла столь приятная улыбка, что казалось, она видит во вчерашнем и несомненные преимущества. Я невольно улыбнулась в ответ и немного успокоилась.

– Да. Зато вы теперь точно знаете, он не лгун: не написал в резюме, что владеет приемами сценической борьбы, поскольку так оно и есть!

Пейдж снова засмеялась.

– Что верно, то верно!

Спрашивать прямо: «Так вы не сердитесь?», подобно персонажу из книжки про Нэнси Дрю, я не желала: с отца после этого вопроса обычно соскакивала притворная доброжелательность, и разражалась буря. С другой стороны, я чувствовала, что в моих интересах уйти возможно раньше.

– Понадобится моя помощь, – сказала я, с облегчением подводя разговор к финалу, – пожалуйста, звоните. Я дам вам свой лондонский телефон.

Пейдж удобнее села и чуть выпятила нижнюю губу.

– Оставлять все, как есть, нельзя, сами ведь понимаете. А действовать надо быстро. – Она уперла кулак в стол. – Я подумала, может, вы согласитесь помочь мне справиться с последствиями.

– Последствиями?

– Да. Задача любого агента – выяснить, чего человек хочет, и исполнить его желание, – сказала Пейдж. – Или, в случае неудачи, подумать, какое его требование ты хотел бы удовлетворить и претворить его в жизнь.

– Угу…

Если честно, я не совсем поняла, что она имеет в виду.

– Послушайте, Мелисса, только между нами, сегодня мне позвонили уже с двух киностудий – ни та ни другая до вчерашнего конфликта не проявляла к Рику ни малейшего интереса. Представляете? В общем, так: давайте из этого скандала извлечем выгоду!

До меня стало доходить, что она замыслила. Создать Рику другой имидж – прагматично и смело. Ну и ну! Я сама загорелась блестящей идеей.

– Хотите превратить его в рыцаря-экстремала? – спросила я. – Благородного героя?

Пейдж помедлила с ответом.

– Трудно объяснить… Скорее в сорвиголову.

– Что?

– Да! В сорвиголову! Такими бывают поэты. В настоящего актера – несгибаемого, пылкого, отчаянного…

– Грубого? – прибавила я шутливо.

– Да, и грубого тоже, – подхватила Пейдж. – Грубого, мрачного, бесцеремонного… Пусть будет тертым калачом, что прошел огонь и воду, повидал убогие улицы Лондона, Англию. Короче, подобием Гая Ричи!

– Пейдж, – произнесла я, стараясь выразиться помягче, – Гай Ричи не выходец из трущоб – его мать и мою маму стрижет один парикмахер.

– Ну и что? – Пейдж хлопнула в ладоши. – Это нам знать не обязательно. Главное, сделать Рика сорвиголовой. Опасным и в то же время благовоспитанным!

Я напрягла мозги, придумывая сравнения.

– Как… хм…

– Да, да… как… э-э… – Пейдж поджала губы и вдруг указала на меня пальцем. – Как никто! Пусть ни на кого не походит! В этом и будет самая соль. Пусть чем-то напоминает Колина Фаррелла, чем-то…

– Гарольда Шипмана?

– Кого-кого?

Я вздохнула.

– Английская шутка. Послушайте, Пейдж, вы отлично придумали! Желаю успеха!

– Мелисса, мне нужна ваша помощь– Пейдж посмотрела на меня со всей серьезностью. – Пожалуйста.

– Нет, нет, – пробормотала я, уже чувствуя, что снова сдамся.

– Неужели вам не интересно поучаствовать в столь захватывающем проекте? Вы ведь давно знаете этого парня! И уже взялись за него. Он ваш друг – от того, как сложатся обстоятельства теперь, зависит вся его дальнейшая судьба Вы ведь понимаете?

Голос Пейдж звучал гипнотически монотонно. Она задавала вопросы, но ответов на них не ждала.

– Вообще-то мы весьма плохо знакомы, –ухитрилась вставить я, однако Пейдж продолжала, сверкая глазами:

– Знаю, у вас отпуск, и все прекрасно понимаю. Но грош мне цена как агенту, если, получив бесценную возможность набраться у вас опыта, я не ухвачусь за нее, ведь так? Вы сами сказали, что умеете заставить мужчин освободиться от комплексов, смелее двигаться к цели. Вам не кажется, что жизнь дает вам исключительный шанс? Что касается финансовой стороны вопроса, мы готовы предложить весьма выгодные условия. Скажу по секрету, Мелисса, меня умиляют ваши несовременные манеры. – Она шутливо пригрозила мне пальцем. – На мой вкус, благодарственные письма, что вы отправили Бонни и другим девочкам, более чем актуальны и в наши дни.

От изумления я чуть не раскрыла рот. Откуда она знает про письма? И если слух дошел до нее, не дошел ли и до Синди?

– В этом вы с Риком удивительно схожи. А попросить я хочу вас вот о чем: просто будьте с ним рядом, когда я занята, помогайте советами, подсказками. У вас так ловко получается выходить из щекотливых положений!

– Но, Пейдж, я приехала лишь…

Пейдж по-ребячьи округлила глаза.

– Я буду обращаться к вам только в тех случаях, когда у самой не будет времени. Не исключено, что не позвоню ни разу. Можем ни о чем конкретном и не договариваться.

Джонатан придет в бешенство.

– Джонатан придет в бешенство, – твердо сказала я.

– Он что, принимает решения за вас? – с усмешкой спросила Пейдж. – Прекрасно знаю, какими бывают мужчины! А Джонатан лишь лает, но никогда не укусит. Может, просто будете говорить ему, что идете на встречу с другом? Мелисса, прошу вас! Готова поспорить, Джонатан втайне гордится, что вам по плечу любая проблема. Друзьям он при малейшей возможности рассказывает, какая вы у него особенная.

– Правда? – спросила я не вполне уверенно.

Было никак не привыкнуть к мысли, что все эти люди знакомы с Джонатаном гораздо дольше, чем я. Впрочем, он с утра до вечера пропадал на работе. Я могла встречаться с Годриком хоть каждый божий день, Джонатан ничего не узнал бы.

– Конечно, правда. – Пейдж опять пригрозила мне пальцем. – Ему по душе женщины, которые заняты собственными делами. Независимые. В этом секрет здоровых отношений. Нет, серьезно, знаете что? Мне кажется, мы не случайно столкнулись с вами на вечеринке! С судьбой шутки плохи. Вы нужны Рику. И мне. Возможно, и для вас самой начнется совершенно новая жизнь.

Наконец она замолчала и, как птичка, склонила голову набок, ожидая ответа.

Господи. Может, я правда обязана отплатить Годрику за рыцарский поступок в парке? И потом, должна помочь ему просто как землячка – рекомендациями, беседами.

– Ладно, – решительно сказала я. – Однако спокойствие Джонатана для меня куда важнее репутации Годрика – имейте в виду. – Я помолчала, строго, почти как на Храбреца, глядя Пейдж в глаза. – Стократ важнее.