Елена Веснина - Большие перемены

— Я все равно не усну. Буду всю ночь ворочаться и думать о том, что произошло между Лешей, Катей и Машей.

Буравин повторил:

— Поля, я же пообещал, что во всем разберусь. Я обязательно поговорю с Катей и выясню все подробности.

— Надеюсь, с тобой она будет более откровенна, чем со мной.

— Я тоже. Слушай, а у Маши ты не спросила, из-за чего она была расстроена?

— Попыталась. А в ответ услышала: не хочу объяснять, пусть Леша сам все объясняет!

Буравин хмыкнул:

— Нормальный ответ для современной молодежи.

— Но Маша никогда так не поступала! Мне вообще показалось, что она была не в себе. Вылетела, как ураган. Плачет, дрожит, а в глазах — ужас!

— Да, Маша всегда была — само спокойствие и терпение, — согласился Буравин. — Сколько она для Лешки сделала, прежде чем он ее оценил.

— И я так рада была, когда они решили пожениться!

— Еще бы. Хоть Катя и моя дочь, но я понимаю, что Маша подходит Леше гораздо больше. Так почему же у них ничего не складывается?

— Надеюсь, еще сложится. А если бы Катя не вмешивалась, то все и так было бы нормально.

Буравин пообещал еще раз:

— Полина, я поговорю с Катей. И если она виновата — я это так не оставлю.

Они так и не поговорили о себе самих. Мысли обоих были заняты детьми, их проблемами и тревогами.

Катя пришла домой. К ней снова вернулось плохое настроение. Она разделась, с досадой расшвыривая свои вещи по комнате. Обеспокоенная шумом, к ней заглянула мать.

— Катя, что случилось?

— Ничего. Все нормально, — нервно отозвалась дочь.

— Ну кого ты хочешь обмануть? Я же тебя насквозь вижу. Ты что, с Костей поссорилась? — старалась заглянуть Кате в лицо Таисия.

Катя ответила со смешком:

— Мама, разве с ним можно поссориться? Его — в дверь, а он — в окно. Костя, как рыба-прилипала, всегда рядом.

— Мне кажется, ты ошибаешься.

— Почему это?

— Даже если тебе удавалось манипулировать им долгое время, это не значит, что так будет всегда, — объяснила мать.

— Ой, да ладно. Куда он денется? — пренебрежительно отмахнулась Катя.

— Туда же, куда делся Алеша. Я давно хотела с тобой поговорить о Леше, но никак не могла выбрать подходящий момент.

Катя отвернулась от матери, чтобы та не увидела ее слезы:

— Вот и не надо!

— Катя, выслушай меня. Мне кажется, ты до сих пор скучаешь по Алексею. Ты так нервно реагируешь на все, что с ним связано. И к тому же хранишь в настольной книге его фотографию.

— Мама, прекрати!

— Дочка, я ведь тебе добра хочу. Раз ты решила, что Алеша — в прошлом, так и не отступай. Выбрось его из головы и из сердца.

Катя в сердцах выкрикнула:

— Да я давным-давно выбросила! Я теперь к нему близко не подойду! Пусть о нем его Машенька заботится!

— Ты что, виделась с ним сегодня? — удивилась Таисия.

— Нет. Этого мне только не хватало, — поспешно ответила Катя.

Таисия понимающе кивнула:

— Значит, виделась. Но если Костя узнает, что ты тайком бегаешь к Леше, ты его потеряешь. И останешься, как старуха из сказки, — у разбитого корыта.

— Мам, а ты не у разбитого корыта? Папа тебя долго терпел, а потом — раз, и ушел. А ты, насколько я знаю, ни к кому тайком не бегала. — Катя умела ударить по самому больному месту.

Таисия резко осадила ее:

— Не смей так со мной разговаривать. Ты не имеешь права нас судить.

— Но тогда и ты не суди меня! Я сама решу, как мне вести себя с Костей.

Таисия попробовала объяснить иначе:

— Катюша, пойми меня. Я хочу, чтобы ты не повторяла моих ошибок. Ты не представляешь, как это тяжело, когда тебя бросают! Если бы можно было все вернуть назад!

— А почему ты думаешь, что нельзя? Мне кажется, что у вас с папой еще не все потеряно.

— Хотелось бы надеяться, — вздохнула Таисия.

— Если Полина Константиновна вернется к мужу, то и отец вернется к тебе. Правильно? — вдруг спросила Катя.

— Полина вернется к Борису? Ты что-то знаешь и не говоришь мне? Катя, не томи.

— Я сегодня была дома у Кости. И видела там Полину Константиновну.

— Что она там делала? — подняла брови Таисия. Катя пожала плечами:

— Наверно, пришла проведать детей и мужа. Пирожков принесла.

— Пирожков? Ну надо же, какая забота! А как она на тебя отреагировала?

— Засмущалась. Никак не ожидала меня там встретить, — хмыкнула Катя.

— А Борис дома был? — продолжала выпытывать Таисия.

Катя покачала головой:

— Нет. Судя по всему, Полина Константиновна пришла без предупреждения. Втайне ото всех.

— Значит, у наших молодоженов не все благополучно, раз мы к бывшему мужу бегаем. Значит, есть надежда. Есть! — радовалась Таисия.

— А это случайно не ты только что объясняла мне, как нужно прошлое забывать? — язвительно поинтересовалась Катя. — Что ж сама не хочешь отпустить своего любимого мужчину к другой женщине?

— Катя, одно дело — ухажер без году неделя, а другое — муж, с которым двадцать пять лет прожила. Есть разница?

— Может, и есть. Через двадцать пять лет скажу, — пообещала Катя и вышла из комнаты.

Инцидент со смотрителем навел Буряка на мысль о том, что все произошедшее было не случайным. Он размышлял о странном поведении смотрителя, когда в кабинет зашел Марукин:

— Здравия желаю, Григорий Тимофеевич!

— И ты не болей, Юрий Аркадьевич.

— Я тут слышал, вас начальство вызывало. Казнить велят или миловать? — поинтересовался Марукин.

Следователь вздохнул:

— Казнить. Получил выговор из-за выходки Родя. Говорят, должен был предвидеть и предотвратить.

— Понятно. А из-за чего вы с Родем сцепились? Это он на вас набросился?

— Ну не я же на него! К ногтю я его прижимаю — вот он и злится. У меня есть против него улики, понимаешь? — начал объяснять следователь.

— Это вы про тот рюкзак? — уточнил Марукин.

— Ну да. Я его на маяке нашел. И принадлежал он профессору Сомову — руководителю экспедиции, который пропал в 1999 году.

— А где этот рюкзак-то был? В каморке или в подвале?

Следователь насторожился и закрыл папку с документами, лежавшую перед ним на столе:

— Не важно. Сейчас речь не об этом. Я тут хочу следственный эксперимент провести. Поможешь?

— Конечно, а что за эксперимент? — с готовностью кивнул Марукин.

— Хочу смотрителя на маяк отвезти. Знаешь, как урки говорят: за какое место лох хватается, там у него и деньги лежат. Может, и Родь таким образом себя выдаст.

— Это вы здорово придумали!

— Главное, чтоб начальство не узнало. Я ведь рюкзак без ордера добыл. И еще драка эта глупая. Сам понимаешь!

— Да будьте спокойны, Григорий Тимофеевич! Я — никому ни слова! Могила!