Патриция Хилсбург - Прощай, Эдем! Книга 1: Стефани

— А мне этого и не надо. Я могу поиметь их и на расстоянии, вот как ты с Джилли: тоже автобус, тоже дорога. Я думаю, им приятно, если на них обращают внимание красивые парни.

— Ты, Билли, прямо-таки извращенец, — сказал Чак, — все у тебя сводится к одному.

— Да, есть немного, я и не возражаю. Я действительно извращенец.

Чак испуганно посмотрел на своего друга:

— А в чем это выражается? Надеюсь, ко мне ты приставать не будешь?

— Нет, Чак, не бойся. Однажды я связался с лесбиянками.

Чак поморщился.

— Это, Билли, еще не самое страшное.

— Тебе, Чак, легко так говорить, а я не могу вспоминать об этом без содрогания.

— Это, надеюсь, было давно, Билли?

— Да, мы еще с тобой не были знакомы.

Чак облегченно вздохнул.

— У меня был приятель Фред, а у него была сестра Сильвия. Очень приличная семья. Отец у них не то профессор, не то художник — не помню. Эта Сильвия была очень красивой девчонкой, и вот однажды Фред по секрету признался мне, что она водится с лесбиянками. Я вначале ему не поверил, но потом он как-то показал мне ее в компании других девиц. Чак, было страшно мерзко смотреть, как они лижутся друг с другом.

— Да нет, — пожал плечами Чак, — по-моему, если женщина с женщиной — в этом я не вижу ничего страшного. Вот если мужчина с мужчиной — тут уж противно. Я, Билли, не могу даже перенести, если в спортзале кто-нибудь садится рядом со мной и я чувствую его потное плечо. Это непереносимо.

— А мне, Чак, было гадко смотреть на этих девушек. И вот Фред попросил меня, чтобы я наставил его сестру на путь истинный.

— И как ты чувствовал себя в роли священника?

— Это было сложно сделать, Чак. Мы с Фредом целую неделю потратили на то, чтобы разработать план. Он меня все время уверял, что лесбиянство не болезнь, что Сильвия начиталась каких-то гнусных брошюрок, книжек и внушила себе, что все мужчины — свиньи.

— Если говорить о тебе и твоем приятеле Фреде, то она была недалека от истины.

— Жаль, что я тогда еще не знал тебя, Чак, иначе бы и ты присоединился к нашей компании. Ты тоже порядочная свинья, если можешь говорить такое о своем друге.

— И что же вы придумали с Фредом? — поинтересовался Чак.

— Тебе ни за что не догадаться. Эта Сильвия не подпустила бы к себе мужчину на пушечный выстрел. Ее прямо-таки коробило, когда кто-либо пытался с ней заигрывать. А я уже просто завелся, это стало вопросом моей чести: может ли какая-нибудь девушка устоять против меня или нет. Я тогда, Чак, был не такой, как сейчас, я был стройным и подтянутым, лысины у меня еще не было. Я носил пышные длинные волосы.

Чак с нескрываемым удивлением посмотрел на своего друга, на его оттопыренные уши:

— Мне трудно поверить в это, Билли.

— Если тебя смутили мои уши, то они прятались под волосами, так что все было в порядке. Меня даже иногда принимали за девушку.

— Немудрено, — усмехнулся Чак, — если принять во внимание ширину твоих бедер.

Билли немного обиделся, но потом все-таки сдержанно улыбнулся.

— Вот это и привело Фреда к мысли переодеть меня девушкой и представить своей сестре. Мы так и сделали, Чак. Представляешь, каких усилий мне стоило преобразиться в женщину? Мне даже пришлось побрить ноги, ты не знаешь какая это мерзость! Я даже выщипал себе брови. Но самое гадкое, Чак, было, когда я принялся нацеплять искусственную грудь.

Чак вытащил пачку сигарет и предложил Билли. Тот отрицательно покачал головой:

— Нет, Чак, не буду.

— Ну смотри.

Чак закурил, а Билли продолжил:

— У меня было такое чувство, будто я перестал быть самим собой. Одно, что приятно, Чак, так это ходить без штанов — довольно прохладно. Эти женщины — хитрые, ведь они носят юбки. Половину дня мы провели с Фредом в его доме. Мы все отрепетировали и, наконец, Чак, я сам почти уверился, что я — девушка. Мы сели в машину Фреда, и он отвез меня в кафе, где обычно собираются лесбиянки и гомики.

— А где это?

— Да ты что, Чак, не знаешь? Это возле пассажирской пристани на реке.

— А-а, — вспомнил Чак, — мне что-то говорили об этом.

— А я там побывал! — гордо сказал Билли. — Фред провел меня через зал. Там сидели или усталые, или просто пьяные парочки. Это страшное зрелище: парни с парнями, девицы с девицами. Фред отыскал свою сестру и представил меня ей, намекнув, что я тоже лесбиянка. А потом он незаметно уехал, оставив нас вдвоем. Я старался как мог, даже пищал противным гадким голоском, а Сильвия ничего не заподозрила. Она была уже немного пьяна или нанюхалась какой-то дряни. Она от меня прямо-таки разомлела. Не успели мы обменяться и парой фраз, как я взял ее руку и тихонько пожал. Это произвело должный эффект. «С вами очень хорошо», — сказала она и обняла меня за плечи. Если бы она не была такой пьяной, то заметила бы, что мои плечи широковаты для девушки.

— Могла и не заметить, — скептично сказал Чак, осматривая неказистого Билли.

— Да нет, Чак, тут другое. Скорее всего это было лишнее доказательство тому, что она до этого мало имела дел даже с женщинами. Все-таки прав был Фред, наверное, она прочла какие-нибудь гадкие книжонки и внушила себе, что все мужики — свиньи, а потом решила испробовать прелести любви с одной из представительниц своего пола. На меня начали обращать внимание. Я, все-таки, Чак, страшно волновался, всё боялся, что меня разоблачат. Эти девки тогда разорвали бы меня на куски. И я шепотом предложил Сильвии поехать ко мне домой. Она тут же согласилась, но резонно сообщила, что пьяна. Я вызвался вести машину. Когда я сел за руль, она вновь облапила меня, и я всю дорогу боялся, что накладные груди сползут на живот. Когда я остановился у своего дома, то чуть не обомлел: на крыльце стояла моя соседка и с интересом рассматривала меня и Сильвию. Я испугался поначалу, что она узнает меня, но настолько вошел в роль, что соседка проводила меня и Сильвию презрительным взглядом. Скорее всего она подумала, что эти две девицы поднимаются ко мне. Но все равно, Чак, репутация у меня складывалась не из лучших.

— Как и сейчас, — заметил Чак, — они к тебе ходят целыми косяками.

— Чак, только по одной. Иногда две, но никогда больше.

— Что, Билли, старость? Слаб стал?

— Да нет, Чак, просто я уже пресытился. И вот тогда Сильвия вошла в мою квартиру. Я специально не зажигал свет. И тут снова уверился, что она не очень-то догадлива. Сильвия сразу не заметила, что моя спальня мужская, а не женская, а значит, с мужиками у нее ничего до этого не было. Я открыл свою сумочку…

— Ну, Билли, ты тогда вырядился что надо, если даже прихватил дамскую сумочку!

— Да, у меня была отличная женская сумочка. Я достал пудреницу, а Сильвия уже не в силах была больше держаться. Она набросилась на меня сзади, и ее руки плотно охватили мою фальшивую грудь. Честное слово, Чак, это была превосходная подделка! Если бы они были мои собственные, я закричал бы от боли. Она целовала меня в шею и вся прямо-таки трепетала. Бедная Сильвия! Мне стало даже ее жалко, ведь она была совсем еще новичком в области этих ужасных лесбиянских извращений. Я высвободился, включил свет и тут же погасил его. На спинке стула висел мой пиджак, а я не хотел, чтобы Сильвия подумала, будто я знаюсь с мужчинами. Я предложил Сильвии что-нибудь выпить и сказал, что принесу лед. Я выбежал на кухню, взял лед и вернулся. А в спальне, ты же знаешь, Чак, у меня всегда есть что выпить.