Нежеланный брак - Катарина Маура

— Я хочу, — шепчу я, больше себе, чем ему. — Я хочу впустить тебя. Я просто не знаю, как.

Глава 35

Дион

Я вздыхаю с облегчением, когда контракты наконец-то подписаны, раздражение пробегает по моему позвоночнику. Четыре дня бесконечных переговоров, и я едва видел свою жену, несмотря на то что она была здесь, — все ради планов расширения Луки.

— Мы могли бы сбить цену еще немного, — ворчит Мария.

Я бросаю на нее взгляд:

— И на это ушел бы еще один день. Оно того не стоило.

Она хмурится, пока мы выходим из переговорной. Я владею этим зданием, поэтому мы сохранили все в рабочем состоянии, но большую часть нашего ключевого персонала пришлось переместить.

— Этот один лишний день мог бы сэкономить нам несколько сотен тысяч.

Я пожимаю плечами.

— У меня нет проблем с деньгами, — бурчу раздраженно. По правде говоря, мне просто хочется провести время с Фэй и показать ей город, в котором я жил столько лет. Мне плевать, сколько это будет стоить.

Она замолкает, следуя за мной в мой кабинет, и я поворачиваюсь к ней лицом. У нее явно есть что-то, что она хочет мне сказать, и я бы предпочел покончить с этим как можно скорее. Фэй попросила показать ей мой лондонский офис, и я не хочу, чтобы она приехала сюда, а я все еще работал. Я не заставлю ее ждать.

— Ты в последнее время какой-то другой, — наконец произносит Мария. Я приподнимаю брови, не зная, что на это ответить. — Твоя работа стала более небрежной, чем обычно, и ты рассеян. Я волнуюсь за тебя, Дион. Ты не похож сам на себя.

Я вздыхаю, раздражение улетучивается.

— Мария, — тихо говорю я. — Прости, если считаешь, что качество моей работы упало. Я уделю больше внимания деталям и прослежу, чтобы это не отразилось на наших сделках.

Она кивает.

— Это из-за нее? Я никогда не видела, чтобы ты так себя вел рядом с кем-то.

— Фэй, — поправляю я, почему-то раздраженный тем, как она говорит о моей жене в третьем лице. — В каком-то смысле да. Я всегда уходил с головой в работу, потому что у меня не было ничего, кроме нее. Теперь это не так.

Она знает, что я не планировал позволять браку влиять на мою жизнь, так что ее беспокойство можно понять.

— Я хочу, чтобы у нас все получилось, — наконец признаюсь я, больше себе, чем ей. Я знаю, что недостоин ее, но, может быть, если я буду стараться… Я чувствую, что мы с ней одной породы, что мы оба ищем что-то, и нашли это друг в друге. Может, я никогда не буду достоин такой, как она, но, черт возьми, я хотя бы попробую.

— Понимаю, — произносит Мария, и выражение ее лица остается непроницаемым, пока она подходит ко мне. Она берется за мой галстук и поправляет его, задумчиво скользя ладонью по гладкой ткани. — Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, Дион, — говорит она наконец. — Я видела, что между вами что-то есть… в самолете. Это была не просто страсть. Это было нечто большее. Ты искал у нее утешения, и она дала его, будто по-настоящему тебя понимала.

Стыд пронзает меня, пока я смотрю на свою помощницу. Я вообще забыл, что она там была, и, без сомнения, она все слышала.

— По поводу этого, — тихо говорю я. — Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя некомфортно, и пойму, если больше не хочешь летать с нами. Я могу организовать для тебя другие варианты.

Она похлопывает меня по галстуку и качает головой:

— Все в порядке, Дион. Я не об этом. Меня беспокоит, что ты путаешь чувство долга и верность с чем-то большим, особенно когда страсть тоже играет свою роль. Я боюсь, что ты просто примиришься с этим браком, и вы оба будете всю жизнь гадать, что могло бы быть… или, что еще хуже, упустите то, что действительно должно было случиться. — Она ненадолго замолкает. — Но, возможно, я ошибаюсь, потому что ты стал спокойнее, чем когда-либо. Она явно влияет на тебя, даже если это сказывается на работе.

Я смотрю на нее, улавливая искреннюю заботу в ее глазах, и чувствую, как что-то внутри смягчается:

— Мария…

Дверь открывается, и входит Фэй. Она тут же замирает, ее взгляд падает на нас, а затем задерживается на руке Марии, сжимающей мой галстук. Мария мгновенно отступает и выходит из комнаты, но Фэй не двигается, даже когда дверь за ней закрывается.

— Фэй, — тихо произношу я, и каждая клетка моего тела твердит, что нужно быть осторожным.

Она сжимает зубы и поднимает подбородок, в ее глазах мелькают боль и предательство. Я напрягаюсь, делаю шаг к ней и качаю головой:

— Что бы ты там себе ни надумала, я могу тебя заверить — это не так. Она просто поправляла мне галстук.

— Зачем? — спрашивает она, и в ее голосе слышится дрожь.

Я обхватываю ее плечи руками и улыбаюсь своей жене, чувствуя, как по позвоночнику растекается довольное, почти порочное удовольствие. Черт. Я обожаю, когда она ревнует. Это случается настолько редко, что я смакую каждый такой момент.

— Не знаю. Наверное, он был криво завязан.

Она с отвращением смотрит на мой галстук и хватается за него, ее пальцы слегка дрожат. Она будто колеблется, а потом и вовсе стягивает его, на секунду сжимая ткань в руке, прежде чем уронить ее на пол. Я с трудом сдерживаю улыбку — уверен, это только разозлит ее еще больше.

— Тебе он не нужен, — отрезает она. — Рабочий день закончился. Нечего его поправлять.

Я прикусываю губу, наслаждаясь этим до безумия.

— Посмотри на меня, — тихо говорю я.

Она поднимает глаза, в которых мелькает тень сомнения, будто ее собственная реакция застала ее врасплох. Я обожаю, когда она теряет контроль, за который цепляется так отчаянно. Смотреть, как трещит ее маска, — истинное удовольствие.

— Скажи мне, что тебе не понравилось, как она меня трогала, и этого больше не повторится. Просто скажи, Фэй.

Ее губы чуть размыкаются, и по лицу пробегает что-то неуловимое.

— Мне это не нравится, — шепчет она. — Мне действительно не нравится, когда она так близко к тебе, Дион. Мне не нравится, что между вами двоими так много истории, и мне не нравятся все слухи, которые вас окружают. Мне ничего из этого не нравится.

Я улыбаюсь. Не могу удержаться.

— Умница. А теперь скажи мне, чего ты хочешь, — подталкиваю