Любовь на грани смерти - Юлия Гойгель

неудобно добираться до места работы. Да и про дядю Диму вы всё правильно тогда сказали. Он знает меня с самого рождения, но поверил в то, чего бы я никогда не сделала. Хочу попробовать сама. С нуля. Одной. В том месте, где меня никто не знает.

Бесов открывает дверь. На диване в холле сидит Стас и смотрит на нас.

— Мы ещё поговорим об этом, — предупреждает Леон.

Все втроём идём в столовую. Сегодня воскресенье и посторонних людей в доме нет. Что-то из готовых блюд ставлю разогреваться на электрическую плиту, что-то в микроволновку. Достаю большой поднос и нагружаю его чистой посудой. Пусть сервировка самая простая, но всё это нужно отнести в столовую из кухни. Интересно, на Каролину и Влада тоже накрывать? Никто ничего мне не сказал. А сама спрашивать не решаюсь. Ещё подумают, что ревную.

Аккуратно поднимаю поднос. Очень тяжёлый. Лучше немного отставить. Всё равно всё не влезло и придётся идти два раза. С моими навыками ношения бьющихся вещей лучше не рисковать.

— Не убирай. Можешь ещё поставить. Я занесу, — Стас, как всегда, появляется за моей спиной бесшумно. Хорошо, что поставила поднос обратно на стол. Иначе бы уронила. — Это же не всё?

— Не всё. Я не знаю, на Каролину и Влада накрывать?

— Накрывать. Они уже в столовой.

Нагружаю очередной поднос, когда слышу за своей спиной шаги. Не Леон. Его я узнаю из тысячи. Стас очень быстро вернулся. Действительно проголодался.

— Можете забирать, — не оборачиваясь, произношу я. — Теперь всё.

Знакомые руки обнимают меня за плечи, крепко прижимают к горячему телу. Я узнаю не только прикосновения, но и аромат парфюма.

— Что ты делаешь, Влад?

— Я соскучился, Лиза, — жарко шепчет мне в волосы Васильев. — Я очень по тебе соскучился. Возвращайся ко мне, будь моей девушкой. Я во многом… Я во всём был не прав. Ты не могла забыть, как хорошо нам было вместе.

— Влад не нужно, — пытаюсь выбраться из его рук. — Пусти меня. Не дай Бог, кто увидит. Мы не вместе. Мы никогда не были с тобой вместе.

— Ты с ним из-за денег? Да, Лиза? Он тебе рассказал, что компания принадлежит ему?

— Рассказал. Но дело не в деньгах. Прекрати, Влад!

Васильев не слушает меня и лишь крепче держит в своих руках. Убрав с плеч волосы жадно целует в шею. Что мне делать?! Кричать? Звать на помощь? Что тогда будет? Кому поверит Леон, мне или брату?

— Тише, Лиз. Денег нам на двоих хватит. У меня, конечно, не так много, как у Леона, но я урежу свои траты. Ни шага без тебя не сделаю.

— Влад, отпусти! — я всё же толкаюсь ногой в его колено. — Не нужны мне ничьи деньги. Я с ним не из-за них. Мне… мне самой нравится.

Я никак не могу подобрать подходящего слова. Влад с силой разжимает мои руки и трясёт запястьями, где ещё заметны царапины от ножа. Они не болят, и я совершенно про них забыла, иначе бы надела платье с длинным рукавом.

— Что тебе нравится, Лиза? Вот это? — он суёт мне прямо в лицо мои собственные руки. — Кто тебе нравится, монстр? Ты же нормальная, Лиза! Тебе всего хватало со мной!

— Отпусти, Влад. Не трогай меня. Не нужно.

— Деньги! Такая, как и все, — морщится Васильев и, с силой повернув мою голову, собирается поцеловать.

— Не смей! Я закричу! — предупреждаю мужчину.

— Кричи! Только кому поверят? — ухмыляется младший брат.

— Мне всё равно, кому, — шиплю я. — Но и ты меня трогать не будешь!

— Отпусти её, — раздаётся за спиной негромкий голос Стаса. — Влад, я кому сказал! Отойди от неё. Немедленно!

Зло сверкнув глазами, Влад пулей вылетает из кухни. Я невольно тру пальцами левое запястье, которое мужчина сжал особенно сильно.

Перед Стасом я оправдываться не буду, чтобы он не думал. Но настроение испорчено окончательно.

— Покажи, — Стас смотрит на две мои руки, тоже замечает тонкие порезы. Но ничего не говорит. Открывает кран с холодной водой.

— Подержи под ней руку, чтобы синяк не выскочил, — советует Горыныч. Достаёт из морозилки лёд и прикладывает к запястью. — И старайся больше не провоцировать Влада.

— Провоцировать? Это не я за ним сзади пошла!

— Не ты. Но впредь будь аккуратнее. Сама знаешь, какой Леон вспыльчивый, — неожиданно мягко напоминает мужчина.

— Разбирайтесь скорее с договором, чтобы я смогла вернуться домой и уволиться из компании. Так всем будет лучше! — в свою очередь напоминаю я.

— Ставь, что ещё нужно отнести. Я сейчас вернусь, — произносит босс охраны и выходит из кухни.

Я жду, пока растает лёд и, вытерев руку, выхожу следом.

Глава 37. Сливки с клубникой

Обедаем в полном молчании. Каролина сидит рядом с Владом, а я — со Стасом. Леон несколько раз смотрит в мою сторону, но ничего не говорит. Даже, если заметил моё плохое настроение, скорее всего решил, что это из-за нашего разговора в коридоре.

Влад уходит первым, Каролина семенит за ним сзади.

— Каролина, останься и помоги Лизе убрать со стола, — приказывает Бесов. Та не смеет ослушаться и, недовольно морщась, начинает мне помогать.

Стас относит тяжёлые подносы с грязной посудой на кухню. Леон отвечает на какой-то важный звонок и тоже отходит в сторону. Оставшись одна, начинаю мыть посуду. Почти заканчиваю, когда приходит Бесов. Я понимаю, что это он, даже не слыша его шаги.

— Почему Каролину не оставила себе помочь? — спрашивает мужчина.

— Я, что, её старшая сестра или надзирательница? Ушла и ушла, мне одной лучше. Никто не путается под ногами. Вы были заняты. Какая разница, ждала бы я вас или домывала посуду. Как раз всё закончила.

Споласкиваю руки и промокаю чистым полотенцем. Мужчина привлекает меня к себе и касается губ своими губами. Я отвечаю на его поцелуй. Забываюсь.

— Может, ты куда-нибудь хочешь, Лиз? — спрашивает начальник. — Ты говори, не молчи. Театр, ресторан, клуб. На улице дождь, поэтому просто погулять не получится.

Я пожимаю плечами:

— Мы же покушали. Что ещё делать в ресторане? Я не привыкла ко всем этим развлечениям. И в театр последний раз ещё в школе ходила. Всем классом. Там мне понравилось. А потом времени не хватало. И компании подходящей не было. Один раз с однокурсницей выбрались. Но, буквально, за день до похода она гриппом заболела. А я одна так и не решилась пойти. Вам же охрану тащить с собой нужно. Может, когда-нибудь позже?

— Можно и позже, — он задумчиво смотрит на блюдо с крупной спелой клубникой, стоящее на