Богатая и любимая - Елена Зыкова

class="p1">Этот время экономил, лишних слов не говорил. Разом выложил перед Дашей свой вариант сотрудничества с холдингом на следующие три года. Даша, так же разом, обнаружила, что хитрый Штраус передергивает. Условия договора по отношению к уже действующему он изменил очень незначительно и даже незаметно. Но два пункта ставили холдинг «Гиппократ» в очень уязвимую позицию. Однако Даша сделала вид, что ничего не заметила, и сказала воодушевленно:

— Прекрасно, герр Штраус! Я изучу договор внимательно и жду вас в пятницу в это же время, мы завершим дело в официальном порядке.

Штраус не скрыл своей радости:

— А после того как подпишем, я приглашаю вас в ресторан отеля «Президент-палас»!

Шикарное предлагалось местечко для завершения сделки. В этом отеле кучковались не только президенты, но бизнесмены, бандиты и мошенники самого высокого, международного полета.

— Хорошо, — ответила Даша. — Пусть будет «Президент-палас».

После того как герр Штраус удалился, Даша вызвала Шемякина, протянула ему договор немецкого варианта:

— Алексей Иванович, я вас попрошу, проштудируйте этот договор сами и покажите его нашему юрисконсульту. На мой взгляд, наш фашист собрался нас слегка нагреть.

— Вот как? — удивился Шемякин. — Раньше он был безукоризненным в деловых отношениях.

— Верю. Он Владимира Дмитриевича боялся и уважал. А теперь решил, что новый президент — неопытная невежда. И здесь можно половить рыбки в мутной воде. Пригласил меня в ресторан отеля «Президент-палас», дешево купить решил.

— Надо пойти, — уверенно произнес Шемякин.

— Может быть, и пойду.

— Не «может быть», Дарья Дмитриевна, а обязательно.

— Это еще почему?!

— Я давно уже хотел поговорить с вами по этому поводу. Разрешите быть откровенным?

— Конечно, Алексей Иванович.

— Дарья Дмитриевна, вы ведете себя в общем плане неправильно, ошибочно и в ущерб интересам холдинга.

— В каком смысле?

— Ваша жизнь замкнулась на работе в офисе. А она должна быть значительно многогранней и шире, чем вы считаете.

— Я вас не понимаю, Алексей Иванович.

— Вам нужно принимать такие приглашения в «Президент-палас». Вам нужно изредка посещать ночные клубы. Вы обязаны быть постоянной клиенткой самого модного и престижного салона красоты и иметь самого знаменитого визажиста. Одеваться вы должны у самых известных и раскрученных кутюрье. Хотя бы раз в месяц посещать казино и проигрывать там некоторые суммы.

— Проигрывать?!

— Обязательно. Если вы подумаете, то сами поймете, почему вам положено не выигрывать. Ни в коем случае вам нельзя превращаться в штатную участницу всех этих тусовок. Только редкие, но эффектные посещения всех указанных злачных мест.

— Зачем все эти судороги? — поразилась Даша.

— Эти судороги затем, что вы должны создать свой имидж, свое реноме. Затем, что во всех указанных местах вы постепенно обрастете нужными знакомствами и необходимыми связями, которые вам Владимир Дмитриевич не успел передать.

— Так он существовал именно по такой модели?

— А как же иначе?! Откройте сейф и возьмите там черный конверт. Вы наверняка найдете там несколько членских клубных билетов, визитные карточки владельцев популярных ресторанов и весьма высокопоставленных лиц. Без этого, Дарья Дмитриевна, бизнес невозможен.

— Вы не преувеличиваете?

— Да что вы, Дарья Дмитриевна! Все люди родственного бизнеса хоть и конкурируют, ненавидят друг друга, но встречаются в саунах, спят с одними и теми же девочками, которые ходят по кругу, и при этих встречах достигают консенсуса в спорных вопросах и вырабатывают общую тактику. — Он заколебался, словно не решался закончить, и Даша попросила:

— Продолжайте, Алексей Иванович, коль скоро начали. Все это крайне интересно для меня…

— Хорошо. Для этой же пользы дела, вам, Дарья Дмитриевна, как бы это выразиться поаккуратней… следует завести, ну не то чтобы роман, но какие-то отношения с личностью достаточно известной. Вам нужен спутник для посещения всех указанных мест. Артист, режиссер, какой-нибудь деятель телевидения, журналист или бандит с именем — мафиози.

— Что ж, мне этого спутника отлавливать, как медведя в лесу?

— Не волнуйтесь, он нарисуется сам, едва вы начнете светскую жизнь. Только не воспринимайте его всерьез. Он работает по родственной задаче, такой же, как у вас. Поймите же, что этим олухам тоже лестно появляться с вами — хозяйкой холдинга «Гиппократ»! Вы все еще недооцениваете себя.

— Вы меня ошеломили, Алексей Иванович, — потерянно ответила Даша. — И с чего, по-вашему, мне следует начинать?

— Греф всю эту систему отлично знает. Он и раскручивал Владимира Дмитриевича, ведь тот тоже объявился здесь неофитом. Но Греф стесняется вам об этом рассказать.

— Придется играть по этим правилам? — тоскливо спросила Даша.

— Придется, Дарья Дмитриевна, — улыбнулся, посочувствовав, Шемякин. — Тут уж ничего не поделаешь. Хотя бы лет пять. А потом надобность в такой суете отпадет.

— Что еще?

— Я давно ношусь с идеей, что холдингу надо взять шефство над кем-нибудь. Над подводной лодкой Северного или Тихоокеанского флота, над детским приютом, завести штатного священника, поверьте, такие ходы производят на общество очень сильное впечатление.

— А зачем нам это?

— Реклама. Расширение нашей зоны безопасности. В идеале было бы неплохо, если б вам удалось занять место в какой-нибудь властной структуре при правительстве, Госдуме или еще что-то в этом роде.

— Для страховки?

— Для укрепления своих позиций. Об этом мы вынуждены заботиться каждый день.

Подал сигнал селектор — Сергеев попросил приема.

— Вы уже вернулись из Лондона, Николай Александрович?

— Да. С отчетом.

— Через десять минут, — сказала Даша.

— Последнее на сегодня, Дарья Дмитриевна. — Шемякин открыл свой потертый кейс. — На ваше имя уже начали поступать письма с просьбами и мольбами о помощи. Это обычное явление. В большинстве случаев клянчат и вымогают деньги штатные попрошайки. Бездельники и мошенники. Они рассылают такие письма массированно, всем известным бизнесменам, банкирам, знаменитым артистам. В этом деле они преуспевают и способны выдавить слезу даже у крокодила. Я эти письма сортирую. И когда мне кажется, что натыкаюсь на что-то достойное внимания, когда человек находится действительно в катастрофическом положении, то передаю его президенту холдинга, то есть теперь вам. На ваше усмотрение.

— Много приходило таких просьб Владимиру?

— Штук по сорок в месяц.

— Он на них реагировал?

— Выборочно.

— Выдавал финансовую помощь?

— По-разному. Иногда ездил к просителю сам, для проверки видимо. Иногда вызывал в офис.

— Дайте письма, я возьму их с собой домой. Попробуем придерживаться той же системы. Фонды у нас на эту помощь есть?

— Конечно.

Сергеев вошел через назначенные десять минут. В своей обычной полувоенной форме, подтянутый и сдержанный. Поздоровался на военный манер и сел в кресло.

— С приездом, Николай Александрович.

— Слава богу, долетели. Сперва нас в Питере посадили, Москва неизвестно почему не принимала.

— Встретились с Катей?

— Разумеется. Давайте я по порядку все доложу.

Он извлек из кармана блокнот, раскрыл, глянул и закрыл:

— Дела