Любовь это... Не для меня - Галина Джулай

понимала, что такая девушка, как я, ему не пара, но мечтать ведь не запретишь. Мой страх никуда не делся, я по-прежнему уверена, что мое тело оттолкнет любого, кто его увидит. Поэтому, наверное, Ника права — я должна его отпустить. Мне нет места в его жизни. Эти мысли приносили очередную порцию боли, потому что отказываться от общения с ним мне не хотелось. Меня кидало из одной крайности в другую, и я никак не могла договориться со своей совестью и сердцем.

Больше всего мне нравились грозы. Я могла не отходить от окна, наблюдая за тем, как молния разрезает небо пополам. Слушать, как капли бьют по крыше. В такие моменты я снова думала о нем. Мне было интересно, смотрит ли он в окно? Нравится ли ему гроза? Я много чего о нем знала, а вот этого не знала.

Я разбила под окнами веранды клумбу. Родители приезжали на выходных, они развели небольшой огород, всего пару грядок с зеленью, морковью и огурцами, в теплице мама высаживала помидоры и перцы.

Пришел май, в моей коллекции было уже пять картин. Прочитано четыре новых книги. Опробованы десятки новых рецептов. Пересмотрено несколько новых дорам. Мама все чаще спрашивала, когда я вернусь домой, а мне все больше казалось, что мое место здесь. Вдали от суеты и жестокости.

На улице было тепло, а днём даже жарко, и я выходила во двор в одной футболке. Больше всего мне хотелось, чтобы скорее прогрелась вода в озере. Я очень любила плавать. Когда-то посещала бассейн два раза в неделю, и даже выступала на соревнованиях, защищая честь школы. Потом, конечно, про плавание пришлось забыть. И только здесь, на озере, вдали от посторонних глаз, я позволяла себе поплавать. Вот и сейчас, каждый день, приходя на пирс, я обязательно трогала воду, но она все ещё была холодной.

Майские праздники наполнили шумом даже это тихое место. Люди стремились на природу, со стороны общего пляжа доносилась музыка и смех. Я немного завидовала тем, кто там отдыхает. Ведь я теперь точно знала, что мне этого не хватает. Не хватает жизни, которая есть у всех в моем возрасте. Мы на прошлом сеансе обсуждали это с Татьяной Иосифовной. И этот внутренний конфликт тоже не давал мне покоя. С одной стороны, мне хотелось ходить на дискотеки и в кино, гулять с подругами и встречаться с парнями. Но те комплексы и барьеры, что росли во мне годами, не позволяли даже надеяться на такое.

Иногда я позволяла себе мечтать о том, что Илья смог бы принять меня такой. Но потом я понимала, как нелепо буду смотреться рядом с этим красивым парнем, и опять ругала себя за глупые мечты.

К середине мая температура воздуха прогрелась до двадцати восьми градусов, все только и говорили об аномальной для мая жаре, а меня это радовало. Пару таких дней и можно будет купаться.

Так и случилось. Купальника у меня не было, но то, что я здесь была одна, а к этому берегу озера подойти можно было только через наш участок, спокойно позволило мне пойти плавать в обычном белье.

Первый раз я провела в воде всего минут пятнадцать, вода ещё была холодной, но с каждым днём то ли я привыкала, то ли вода становилась теплее, мои заплывы были все дольше и дальше. Из воды я выходила бодрой и полной энергии. Я словно обновлялась, смывала с себя груз проблем, что преследовали меня. Я была счастлива.

Сегодня я тоже пошла на озеро. Сбросив с себя футболку и шорты (они принадлежали Нике, у меня таких вещей в гардеробе не было, не считая пижамы, эти она давно привезла сюда, так как в городе уже не носила, а мне пригодились, Татьяна Иосифовна была права, я стала потихоньку привыкать к себе и позволять хотя бы наедине с собой носить открытые вещи), я присела на дощатый пирс, опустив ноги в воду, подставила лицо солнцу. Сегодня вторник и в нашей деревушке опять затишье, дачники появятся не раньше пятницы. Погревшись на солнышке, я прыгнула в воду и отплыла дальше от берега. Там я повернулась на спину и, раскинувшись звездой, позволила воде покачать меня на своих ласковых волнах. Вода за день прогрелась и теперь под вечер была как парное молоко.

Из моего умиротворения меня вывел смех, который послышался вблизи, я сменила положение и хотела плыть в сторону пирса, но остановилась. На нашем пирсе стояли Ника и два парня. Узнать Илью, несмотря на расстояние, мне не составило труда.

52

Илья

После тренировки я хотел поехать к Любе домой, но тренер меня вызвал к себе.

— Шведов, это что сейчас было? — строго спросил он, как только мы зашли в его кабинет.

— Простите, больше этого не повторится, — а что я мог ещё сказать?

— Ещё бы повторилось! Вылетишь из команды и не посмотрю на предыдущие заслуги. Когда ты выходишь на площадку, все твои мысли должны быть только об игре! Не можешь переключать мысли — тебе нечего делать в спорте! Если послезавтра история повторится, уйдешь на скамейку запасных. Ясно?

— Ясно, не повторится, — потом его тон меняется.

— Всё нормально хоть?

— Да, просто новость одну узнал перед самой тренировкой, вот и…

— Ладно, ступай.

Я покидал раздевалку последним, долго стоял в душе, пытаясь понять, что мне делать. Я могу понять желание Любы не возвращаться в универ. Наверное, её состояние этого не позволит, сейчас ей нужно восстанавливаться, а не получать новый стресс в виде отработок и предстоящей сессии. Решил завтра ещё раз съездить к ней в больницу. Но обстоятельства сложились так, что ни в среду, ни в четверг попасть к Любе я не смог. Зато в пятницу я рванул туда сразу после пар.

Девушка, что вызывала больных к посетителям, несколько раз проверила списки, что лежали у нее на столе, а потом объявила, что такого пациента в отделении нет.

— А где она?

— Выписалась, наверное.

Поехать к Любе домой не успевал, нужно было спешить на тренировку. А после нее ехать в клуб.

Я уже собирался домой. Чувствовал себя ужасно уставшим. Мое внимание привлекла возня у бара. Охрана пыталась вывести кого-то из зала. Я подошёл ближе и увидел, как от Сани отмахивается знакомая, уже пьяная, рожа.

— Этого ко мне в кабинет, — обратился я к Сане. Увидев меня, Скворец только хмыкнул, но махать руками перестал. — Даша, закуску организуй, — обратился к