Прекрасный каратель - Каролайн Пекхам

чувствуя, что приближаюсь к животному в его естественной среде обитания и не желая его беспокоить. Когда я открыла раздвижную дверь, он посмотрел на меня, и его глаза замерцали в свете гирлянд, разбросанных по крыше. Его взгляд опустился на мое декольте, талию, разрез на ноге, и я подняла бровь.

— Закончил пялиться? — спросила я, и его рот расплылся в ухмылке.

Он рванулся вперед, поймал меня за руку и закружил под своей рукой.

— Как ты думаешь, белла, нам подходит одежда моих родителей?

— Это принадлежало твоей матери? — Я посмотрела на платье с комом в горле.

Он притянул меня ближе, скользя пальцами по моей талии.

— Оно просто лежал в шкафу, ожидая появления мотыльков. Я думал, что устрою вечер.

— Как предусмотрительно с твоей стороны, — сказала я легко.

Он протянул мне ром, и от него исходил аромат специй, вторгшийся в мои чувства.

Я взяла бутылку, сделав глоток и поморщилась. Алкоголь обжег меня изнутри и ухмыльнувшись, сунула бутылку обратно.

Я высвободила свои пальцы из хватки Рокко, подошла к краю балкона и посмотрела на открывающийся вид. За исключением того, что на самом деле, я думала как спуститься вниз. Сливная труба справа от меня выглядела как приличная опора. Я могла бы спустить по ней прямо на землю. Если бы не соскользнула из за ледяной корки, покрывшей ее…

Рокко встал рядом со мной, упершись локтями о снежные перила, и глубоко вдохнул через нос. Он выдохнул, и пар сорвался с его губ, пленив меня на мгновение, пока я изучала его точеные черты. Он точно знал, насколько он красив, но мне было интересно, знал ли он, насколько он притягателен. Чем дольше я смотрела на него, тем больше мое тело умоляло быть ближе к нему. Глубоко внутри я чувствовала притяжение его души. Но почему я чувствовала что-то подобное к Ромеро, не говоря уже о том, что он мой похититель, было выше моего понимания.

Мой взгляд скользнул по тонкому шраму на его шее чуть выше воротника рубашки.

— Как ты это получил? — спросила я, инстинктивно пытаясь дотронуться. Он наклонил голову, позволив моим пальцам провести по линии, и я отдернула руку, не понимая, зачем мне это нужно. Любое прикосновение с ним, должно быть насильственным, а не нежным. И уж точно не нежный.

— Пуля, — сказал он небрежно, словно это было обычным явлением. — Один сантиметр левее, и я был бы наименьшей для тебя проблемой, белла. Конечно, я бы все равно преследовал тебя из могилы. Но не так эффектно, как делаю это во плоти, не так ли?

— Это то, чем бы ты занимался, если бы был мертв, Рокко? — холодно спросила я, снова поворачиваясь лицом к окну и наблюдая, как снежинки падают с неба.

— Несомненно, — сказал он с ноткой веселья в голосе. — На этой или любой другой земле я буду твоим ночным кошмаром.

— Ну, может быть, ты бы уже преследовал меня из могилы, если бы я вспомнила снять предохранитель на том пистолете четыре года назад.

Он неприятно рассмеялся, и я украдкой взглянула на него.

— Даже если бы ты сняла его и сделала выстрел, скорее всего, стене позади меня потребовалась бы операция на сердце. Ты бы ни за что не попала в меня.

— Ты был в трех футах от меня! — Я повернулась к нему в гневе.

Он сделал глоток из бутылки с ромом.

— В двух, и ты бы все равно промазала. — Он легко ухмыльнулся, и я прикусила щеку изнутри, чтобы его улыбка не заразила меня.

Я отмахнулась от него, выхватила ром из его рук и сделала большой глоток.

— Ты просто не можешь признать, что я убила бы тебя в тот день.

— Даже если бы ствол твоего пистолета уперся мне в лоб, ты все равно промазала. Судьба хотела, чтобы мы оказались здесь, принцесса. — Он постучал костяшками пальцев по перилам, сбив полосу снега. — Разве ты не чувствуешь это?

— Судьба — ерунда. Если бы ты в тот день ты сжал мою шею посильнее, тебе бы нечем было шантажировать моего отца.

— Кажется, я припоминаю, что сжал как надо.

Внезапно мир стал слишком тихим, когда его слова захлестнули меня, их тяжесть сдавила мое сердце.

— Лжец, — практически потребовала я. Я снова повернулась к нему, глядя на него сверху вниз, пытаясь понять правду по выражению его лица.

Он наклонился ближе и пожал плечами.

— Или, может быть, я просто стесняюсь своей неудачи.

Я расслабилась, что было глупо, но все, что я знала о Рокко, зависело от того дня. Тот единственный момент, когда он пытался убить меня. Для меня было важно ненавидеть его. И мне нужно было ненавидеть его. Это было единственное, что удерживало меня в здравом уме в этом месте.

— Возможно, меня будет не так то просто убить, когда ты попытаешься в следующий раз, — пробормотала я, отворачиваясь от него.

— Тебе нравится вести болезненные разговоры? — Его шаги удалились от меня, и я хмуро посмотрела на деревья внизу. Ветер холодил мне щеки, и меня пробрала дрожь.

— О чем, по-твоему, я должна говорить в этом месте? О сказках и котятах?

— Как насчет вибраторов и секс-качелей? — предложил он, и мне понадобились все силы, чтобы не рассмеяться.

Я взглянула на него через плечо и увидела, что Рокко вошел в горячую ванну полностью одетым, в обуви и во всем остальном.

— Что, черт возьми, ты делаешь?

Он погрузился в пузырьки, с ухмылкой вытянув руки вдоль края ванны.

— Присоединяйся.

— Нет, — сразу сказала я.

— Кажется, там холодно, — прокомментировал он.

Я нахмурилась, глядя на темнеющее небо, а ветер холодил мою открытую кожу. Часть меня умоляла лечь в ванну. Та часть, которая была пьяной и безрассудной. Я не могла убежать прямо тогда, и я морозила свою задницу. Конечно, эта часть меня тоже раздевалась и с жадность глазела на рот Рокко, так что мне приходилось держать ее под контролем.

Я медленно прошла к джакузи, прежде чем забраться полностью одетой. Я не произнесла ни слова и со вздохом погрузилась в подогретую воду. Рокко сел напротив, раздвинув ноги и поставив ступни по обе стороны от меня. Он опрокинул в рот бутылку рома, половина которого была уже выпита.

В его глазах мелькнуло озорство, он поставил бутылку на край ванны. Его взгляд пронзал меня.

— Ты ненавидишь меня, принцесса? — Он склонил голову.

— Да.

Нет. Иногда. Всегда.

Рокко убрал ноги с моего сиденья и двинулся ко мне в воде, сбросив пиджак, так что он плавал позади него.