Запрети тебя любить - Кира Сорока

посмотрев на меня, продолжает со сталью в голосе: – Собирайся, Варь. Пока тебе только семнадцать, и мне решать, где мы будем жить. И я решила! Так что прямо сейчас мы уезжаем. У тебя полчаса, чтобы собрать сумку!

Глава 30

Остап

Всхлипывая, Варя проносится мимо меня и тут же захлопывает дверь своей комнаты. Я остаюсь стоять на месте и смотрю на её мать, не скрывая презрения. Да, сейчас я презираю её, потому что она забирает у меня мою снежинку. И себя я тоже презираю, потому что бессилен.

– Не смотри так на меня, Остап, – женщина выставляет руки перед собой, словно пытается защититься. – Вы ещё слишком молоды и многого не понимаете...

– Не забирайте её, – мой голос предательски хрипит. – Прошу Вас, не забирайте Варю!

Я спускаюсь вниз по лестнице и останавливаюсь в шаге от Вариной мамы.

– И как ты себе это представляешь? – она всплёскивает руками. – Где я должна её оставить? Здесь? С Денисом? На каких основаниях?

– Нет, со мной! – выпаливаю тут же. – Я квартиру сниму... Мне уже есть восемнадцать, у меня это получится! Я и школу могу бросить, чтобы больше работать! Я смогу прокормить нас с Варей!

Кажется, от моих слов у неё голова идёт кругом, но я с пылом продолжаю:

– Мы могли бы пожениться, когда Варе исполнится восемнадцать! Вам только нужно оставить её здесь, со мной!

Для себя я решил, что скрывать наши отношения от своей матери буду только до рождения ребёнка. А потом всё ей расскажу, и будь что будет! Это ведь моя жизнь! Мама свою жизнь выстраивала так, как сама хотела, вот и я тоже буду!

– Нет, Остап, – резко отвечает Варина мать. – Она моя единственная дочь. И пока должна быть со мной! Если ваши чувства так уж сильны и крепки, значит, вы сможете преодолеть это расставание и можете надеяться, что когда-нибудь будете вместе.

Но в её взгляде я вижу глубочайшие сомнения на этот счёт.

Она обходит меня и, прежде чем подняться наверх, бросает:

– Прости меня, Остап, что наговорила лишнего. Мне, и правда, жаль и тебя, и твою маму. Надеюсь, у вас всё будет хорошо.

Она бесшумно поднимается наверх, а я долго смотрю ей вслед. Мозг совсем отказывается воспринимать эту новую реальность. Вроде бы ещё полчаса назад всё было хорошо, и мы с Варей наслаждались друг другом... Но теперь её забирают от меня. Просто безжалостно обворовывают нас! И происходит это чертовски быстро!

Я захожу в комнату снежинки в тот момент, когда она со слезами на глазах застёгивает дорожную сумку. Девушка устало опускается на неё и, спрятав лицо в ладонях, начинает рыдать уже в голос.

У меня явно что-то с сердцем, потому что я чувствую, как невидимая рука сжимает его, причиняя непередаваемую боль.

– Варя... – опускаюсь на колени перед ней и пытаюсь заглянуть в глаза. – Не плачь, слышишь? Это не конец!

Мне приходится силой оторвать её руки от лица, чтобы посмотреть в прекрасные голубые глаза. Обхватив щёки ладонями, подушечками больших пальцев стираю слёзы и тут же накрываю губы девушки своими. Целую с отчаянием и тут же отстраняюсь.

– Это не конец, – повторяю настойчиво. – Да, сейчас ты уедешь. Но ведь не навсегда же! Когда тебе исполнится восемнадцать, ты сама сможешь решать, где тебе жить. Или, например, в какой вуз поступать. А до этого момента мы будем постоянно созваниваться. Слышишь меня?

Она кивает, но в её взгляде я чётко читаю сомнение. Согласен, нам будет сложно на расстоянии, ведь мы и помирились-то относительно недавно. Но после того, что между нами было, я точно знаю, что мне больше никто не нужен. И если бы мог прямо сейчас поехать с ней, то обязательно бы поехал.

– Остап... – шёпотом произносит Варя. – Мне как будто сердце напополам разрезают прямо сейчас.

– Я чувствую то же самое...

По щекам Вари продолжают бежать слёзы, и я тоже готов расплакаться. Сейчас я даже мать свою ненавижу за то, что она рассказала правду Наде. И Аверина ненавижу за то, что заварил всю эту кашу!

– Снежинка...

Покрываю поцелуями её мокрые от слёз щёки.

– Эй, снежинка... Я же не сказал тебе самого главного...

– Чего именно? – взволнованно спрашивает Варя.

– Я тебя люблю, – произношу шёпотом.

Именно так мы и договорились. Ведь о нашей любви пока говорить можно только шёпотом.

Её глаза вмиг наполняются новой порцией слёз, и она кусает губы, чтобы не дать рыданиям вырваться наружу. Шепчет в ответ:

– Я тебя люблю, Остап.

Мы утопаем в глазах друг друга, а потом я притягиваю Варю к себе и обнимаю. Она зарывается лицом в мою футболку и остаётся там до тех пор, пока её мама не появляется на пороге комнаты. Это происходит слишком быстро...

– Я буду в машине, – говорит она дочери и сразу уходит.

Мы слышим, как стучит по ступенькам чемодан на колёсиках, и как закрывается входная дверь.

Да, мы знали, что так может случиться. Что Надя не простит Аверина за постоянную ложь, за другую женщину, за ребёнка, который вот-вот родится, за взрослого сына, который уже есть. Знали! А теперь я знаю, что будет дальше. Но пока сохраню это втайне от Вари.

Я вновь целую её, и она с жаром отвечает на этот поцелуй. Последний...

Снежинка встаёт. Беру сумку за ручки и поднимаю с пола. Мы молча спускаемся вниз. Варя окидывает гостиную взглядом. Последним...

Выходим на улицу, и я ставлю её сумку в багажник машины. Открываю дверь для снежинки, помогаю ей усесться.

– Эй, у тебя же всё ещё есть мой номер? – говорю я преувеличенно оживлённым голосом.

Варя кивает, и я шепчу ей на ухо:

– Хорошо. Потому что я рассчитываю свести тебя с ума своей болтовнёй, поняла?

Она улыбается сквозь слёзы. Я прижимаюсь губами к её виску... Зажмуриваюсь... А потом отступаю. Захлопываю дверь, но продолжаю смотреть на Варю сквозь стекло. Машина трогается, открываются ворота, но я иду рядом и продолжаю смотреть на Варю. Авто выезжает на дорогу...

Вот теперь слёзы текут и у меня, но я быстро вытираю глаза, чтобы скрыть это. И вновь смотрю вслед своей снежинке. Последний раз?..

Нет!

Глава 31

Три