Летиция Болдридж - Страсть и власть

— Я нахожу ваше замечание грубым и неуместным, миссис Вентворс.

— Извините, я не хотела вас обидеть.

— Мы с мужем искренне поверили рассказу Грега Уиллиса, миссис Вентворс. Он честный и интеллигентный молодой человек. Он сказал нам, что все основные идеи были его, и вы отказались оплачивать его работу, — продолжала Матильда. — Нас с мужем возмутило, что вы шесть лет эксплуатировали его мозги, выдавая его идеи за свои, и даже не возместили соответствующей денежной компенсацией его участие в работе агентства. Это и заставило его прийти к нам, поскольку он разработал весь план, сделал важную работу по данному проекту. Его идеи превосходны! Мы довольны сотрудничеством с этим милым джентльменом, и нам неприятно, что вы обманывали нас, принижая значение вклада Грега Уиллиса. Это очень неприятная история! Я никому не стану рассказывать об этом, уверяю вас, надеюсь, Грег Уиллис поступит так же, но вам следует подумать о своей репутации. Вы мне нравились, поэтому мы будем обо всем молчать. Я не хочу, чтобы эта ошибка поставила крест на вашей дальнейшей карьере.

— Меня настолько ошеломило ваше известие, — сказала Марийка устало, — что не имеет смысла сейчас продолжать разговор. Я перезвоню вам позже.

Марийке нужно было время обдумать ситуацию. Она проиграла эту телефонную битву, обвинения были, очевидно, абсурдными, возможно, ей и не следует продолжать сотрудничество с фру Шоколад, которая грызла конфеты даже во время их беседы.

— Не вижу смысла в дальнейших разговорах, миссис Вентворс, — последовал жесткий ответ.

— И все-таки я вам позвоню. — Марийка интуитивно почувствовала, как ей нужно себя повести, чтобы не упустить свой шанс все прояснить. — Вы очень справедливая женщина. Вас хорошо знают в деловом мире, ценят ваш опыт и искусство вести дела. Вы руководите одной из крупнейших компаний в мире по производству продуктов питания. — Марийка представила, как меняется выражение лица Матильды, слушающей все ее комплименты. — Поэтому я хотела бы вам перезвонить, когда немного успокоюсь, чтобы объяснить вам, как это произошло. Прошу вас снова поговорить со мной позднее.

— Хорошо, договорились.

Они обе повесили трубки. Марийка пересказала суть беседы Гортензии и попросила свою помощницу срочно созвать совещание персонала.

Марийка предвидела негодование своих сотрудников по адресу "этого сукина сына" и попросила всех не распространяться о случившемся за стенами конторы, поскольку это их внутреннее дело.

— Мы все должны хранить в тайне. Хотя бы ради того, чтобы против нас не возбудили судебное преследование. Пресса сотрет нас в порошок. Уверена, что Грег уже поведал свою лживую историю кому-нибудь из журналистов.

— Если дело попадет в суд, — согласился с ней Энтони, нам придется платить большие судебные издержки, и пока дело будет расследоваться, какая-нибудь другая маркетинговая фирма перехватит контракт с "Люксфудс", но мы должны быстро действовать, чтобы разрешить эту проблему.

— Если кто-то и способен действовать быстро, так это вы, Марийка, — произнес Стефен слабым голосом, он таял просто на глазах.

— Спасибо, вы — чудесная команда. Мы должны выиграть эту битву.

Все разошлись по своим кабинетам. Поздно вечером, когда Марийка уже лежала в своей постели, анализируя последние события, она вынуждена была поставить себе низкую отметку. Сколько крупных провалов! Никогда еще ей не было так трудно. И главное — у нее пропал аппетит к жизни, всегда выручавшая ее энергия.

Самая главная потеря — Джонатон. И не обстоятельства были тому причиной, а виновата она сама, ее глупость, невнимание. Она рассталась с человеком, который был добр к ней, заставил ее жить в полную силу, который любил ее по-настоящему. Никто другой так не понимал ее, Марийку Вентворс.

Теперь еще вдобавок она потеряла многомиллионный контракт из-за одного подлеца, затесавшегося в ее команду. Где же ее ум, прозорливость? Почему она давно не выгнала Грега? Куда делась способность быстро принимать решения и сразу действовать? Исчезла вместе с уверенностью в собственные силы. Такого раньше не случалось, она всегда была уверена в успехе. "Вот она, мудрая, очаровательная, красивая, талантливая, не совершающая ошибок, Марийка Вентворс!" — подумалось с горечью. Кругом провал!

Она должна вернуть контракт с "Люксфудс", должна. Но как? Где же ты, Джонатон Шер, черт возьми? Как ей нужен был сейчас его совет, его сильные руки, сжимающие ее в своих объятиях.

В трудные моменты жизни она всегда включала внутренние резервы, у нее открывалось второе дыхание, но сейчас ее выбило из колеи, не было сил бороться.

Она ворочалась в постели, не могла найти удобное положение и расслабиться. Только через два часа она кое-как заснула.

Всю неделю Марийка не появлялась в агентстве. Гортензия несколько раз справлялась о ее самочувствии у Лайзы, Марийку она не хотела тревожить.

Как только она появилась в конторе, сразу попросила Гортензию соединить ее по телефону с "Люксфудс". Она велела своей помощнице остаться в кабинете во время разговора с Матильдой Кауфман — ей нужна была моральная поддержка.

— Матильда, спасибо, что согласились со мной переговорить.

— Доброе утро, Марийка. — Ее голос звучал не слишком приветливо.

— Прошу вас и вашего мужа рассудить нас, кто говорит правду, а кто лжет.

— Я вас не понимаю.

— Предлагаю простое решение. Пригласите меня и Грега Уиллиса к себе и задайте нам одни и те же вопросы каждому отдельно. И вы поймете, кто действительно разрабатывал проект рекламной компании "Императорских сладостей".

— Какого рода вопросы?

— Сами решайте. Ни я, ни Грег не должны знать, о чем вы будете спрашивать. Главное — выяснить, как возникла ассоциация с образом Наполеона, как родилась мысль использовать его императорскую символику, как планировалось провести пресс-конференцию в момент появления новой продукции на рынке и так далее.

Марийка понимала, что, по крайней мере, два вопроса она уже предложила, назвала Матильде.

— Интересная мысль — что-то вроде небольшого экзамена? — Матильда осмысливала предложение Марийки. — Хорошо, так и поступим — это будет объективно.

— Вы имеете репутацию справедливой и разумной женщины в деловом мире, Матильда, — Марийка понимала, что лишний комплимент дела не испортит.

Гортензия ударила в корабельный колокол.

— Для чего ты это делаешь? — улыбнулась Марийка.

— Потому что ты вернулась и снова работаешь. Уверена, что ты вернешь этот контракт.

— Я никогда не сомневалась в твоей логике.