Кэтлин О'Рейли - Как продать душу: Краткое руководство для светской львицы

Белая и пушистая Меган была замечена в «Капитале». Несмотря на то что наша душечка всеми способами старалась остаться неузнанной, надежным источникам удалось установить как ее личность, так и личность мужчины, который страстно целовал ее в шею. Им оказался не кто иной, как Джейми Макгрегор, всем своим видом выражавший щенячью преданность. Интересно, Меган действительно нашла единственную любовь или она просто состоит в Обществе защиты животных? Следите за развитием событий, оставайтесь с нами!

Новости от Вездесущего Тони. Мой любимый мюзикл «Чертовы янки» признан лучшим и удостоен римейка. Бесподобную Ди в кулуарах уже называют лучшей актрисой мюзикла. Так что, мои дорогие, постарайтесь приобрести билеты до июньской церемонии награждения: после того как Ди получит статус примадонны, билетов вам не видать как своих ушей.

Мамуля вернулась со спиритического сеанса живой и невредимой да еще с сувенирчиками. Мне бы вполне хватило стеклянного шара и футболки, но это показалось мамуле банальным, и теперь я — счастливая обладательница свечей и кукол вуду, больше похожих на бред скульптора-авангардиста, за который он рассчитывал получить кучу денег, а получил кучу тухлых помидоров. Я, однако, поддерживаю свой новый имидж настоящей леди, смирившейся с жирной задницей, и не выбрасываю все это добро в окно (что вообще-то свойственно ньюйоркцам).

— Какая прелесть! — с нежной улыбкой произносит Тактичная Ви.

Явный прогресс!

Я завербовала еще одного клиента, таксиста из Эфиопии. Он вез меня в Бруклин через Стейтен-айленд и попал под горячую руку. Теперь таксист проклят, а я через тридцать шесть часов получу возможности третьего уровня. Тогда-то Шел у меня попляшет, а то она совсем зарвалась. Просто до смерти хочу поставить ее на место.

Постановка произойдет за ланчем в «Дэвидбурк и Донателла». Обычно я в этот ресторан не хожу, но в моей жизни произошли известные изменения. Как знать, может быть, кухня фьюжн — именно то, что мне сейчас подойдет? И вообще, еда — лучшее средство по борьбе с последствиями кризисов.

В ресторане меня поджидает мамуля. Одна.

— А ты что здесь делаешь? — удивляюсь я.

— А я очень серьезно отношусь к своей работе.

— На Шелби-то? Не гони картину.

— Это очень ответственно — быть личным помощником. В мои обязанности входит сопровождение Шелби на все светские мероприятия.

— Ну и где твоя Шелби? — кривится Ви.

Шельма Шелби навешала мамуле этой лапши. Ненавижу ждать. Самое же скверное: пока я тут жду, Шел, не будь дурой, вербует каких-нибудь токсикоманов и того и гляди окажется на восьмом уровне. Ладно, признаюсь, погорячилась. Шелби насобачилась вербовать души, мне с моими заморочками до нее далеко.

Мамуля барабанит пальцами по столу — ей хочется курить. За спиной я быстренько стряпаю никотиновую жвачку и протягиваю мамуле.

— У Большой Б деловая встреча. Она сказала, что придет прямо сюда, — произносит мамуля.

— У Большой Б?

— Ну да. Тебе разве никогда не хотелось назвать Шелби на эту букву? А остальным можно расшифровывать как Большое Будущее. По-моему, Шел не повредит прозвище. Да и мне не помешало бы как-нибудь поэффектнее назваться. Есть предложения?

Прозвища, которые я то и дело даю мамуле, в основном непечатные. Однако побоище в ресторане в мои планы не входит, и я быстренько меняю тему.

— А с кем у Шел деловая встреча?

Уж не затевают ли они с Люси за моей спиной какую-нибудь пакость? Очень может быть. А мне по фигу.

— Не знаю. Вроде с Люси, фамилию я не расслышала. Понятия не имею, кто это.

— Ах, Люси! Та еще стерва. С ней лучше не связываться.

Мамуля не слушает. Она ерзает на стуле, и до меня доходит, что дело не в абстинентном синдроме.

— У тебя что, шило в одном месте?

Мамуля понижает голос до шепота, а сама таки стреляет глазами по всем посетителям мужского пола.

— Гадалка предсказала, что сегодня я встречу свою настоящую любовь.

— Мам, ты чего? Ты была замужем сорок пять лет. Ты недавно наняла жиголо. Тебе не кажется, что настоящая твоя любовь — либо папа, либо Генри?

— Кому кажется, тот крестится. Что же мне теперь, похоронить себя заживо?

— Я снова разговаривала с папой, — вру я.

Папа установил определитель номера, и пока я не окажусь на седьмом уровне (управление поведением), мне не удастся заставить его снять трубку.

Мамуля напрягается, в глазах мелькает надежда.

— И что он сказал?

— Мама, он скучает по тебе. Ты должна вернуться домой.

— Ни за что, пока эта шлюха не уберется из нашей постели.

Тут в зал влетает Шелби. На голове у нее черт-те что, каблук сломан. На четвертом уровне могла бы и получше выглядеть.

Шелби плюхается на стул и залпом выпивает мой коктейль.

— Я чуть не погибла!

— Неудивительно. За такие туфли и умереть не жалко.

Взгляд у Шелби безумный.

— При чем тут туфли! Меня чуть не убили!

Мамуля даже забыла о предполагаемой встрече настоящей любви. Еще бы: у Шелби вид, будто она только что вырвалась из бутика «Прада» в первый день распродажи.

— Расскажи толком, Шел.

— Я шла по Пятьдесят седьмой улице, шла себе, никого не трогала. И когда я оказалась под большим красным тентом — ну, вы знаете, — как откуда ни возьмись появилась эта фигня. И пролетела в дюйме от моей головы!

Шелби слегка разводит большой и указательный пальцы, словно неправильный рыбак.

— Что конкретно пролетело?

Вы же помните, я люблю подробности.

— Шар для боулинга.

Меня разбирает смех.

— Ой, Шел, не гони!

— Да кто гонит? Мне чуть череп не размозжило! Шар был номер десять, не меньше. Такой здоровый, синий, блестящий. От бордюра кусок откололся, а бордюр ведь каменный! — Шелби прижимает руку к сердцу. — Я смотрела в глаза смерти. Черт. Мне нужно выпить.

Я подзываю официантку и заказываю порцию виски. Алкоголь, по моему глубокому убеждению, лечит все болезни и даже помогает от смерти.

Тут в разговор встревает мамуля.

— Шелби, ты в сорочке родилась. Но твой шар — это еще что! Вот рядом со мной однажды приземлился кусок горгульи. Просто откололся и рухнул. Каково? А тебе нужно сходить к мадам Фортуне. Она — лучший медиум в Нью-Йорке. Она мне рассказывала, что у нее был рак, а в один прекрасный день опухоль исчезла сама собой. Врачи в один голос называли это чудом. Однако Фортуна в чудеса не верит. Она говорит, мы все умрем, но ты обвела Смерть вокруг пальца, а значит, она будет тебя преследовать. Наверняка это происшествие — не последнее. Мадам Фортуна поможет тебе уберечься.