Глория Нейджи - Дом в Хамптоне

Я должен сейчас покинуть вас ничего не объясняя. И не могу сказать тебе когда и как я дам знать о себе. Пожалуйста, прошу тебя, не ищи меня. Поверь мне, я должен так поступить! И знай, что я люблю тебя и думаю, что поступаю правильно. Покажи эту записку Гарри и Джине и моему любимому сыну. Я всех вас очень люблю.

Донни».

Они молча сидели за кофе. Время шло. Им нечего было сказать друг другу. Словно что-то очень устойчивое, надежное и нужное в их жизни неожиданно развалилось на куски у них на глазах. Донни исчез! Они были потрясены.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ГЛАВА 8

Рикки Боско шагал взад и вперед по своему офису, окна которого выходили на статую Свободы и Всемирный Торговый Центр. Его нетерпение росло. У сексуальной одержимости свои издержки: все летело к черту — и работа, и домашние дела. В довершение всего он решил устроить обед для родителей Катарины, которые на неделю приезжали в город и проводили уик-энд в Хамптоне.

Он провел все утро в телефонных переговорах с кузеном, который владел агентством по занятости в Хемпстеде, пытаясь найти помощницу.

Обычно ему помогали секретарша или Мэтч, но секретарша уехала отдыхать, а Мэтч он не хотел видеть.

В последнее время она ведет себя очень странно. Наверняка, она подозревает о его романе с Катариной! Но сцен, слава Богу, не устраивала. Только несколько мрачных саркастических фраз…

— Да, Рикки. Я нашел кое-кого. Она ничего — прекрасно готовит, очень хорошо держит себя и привлекательна внешне.

— Отлично. Кто она? Латиноамериканка? Филиппинка?

— Нет. Китаянка с Ямайки.

— Ладно, присылай. Я хочу на нее посмотреть.

Рикки уселся в кожаное кресло и поставил ноги на эбонитовую подставку. Ему было не по себе. «Как сможет он лавировать изо дня в день между Катариной, Мэтч и Джоем?!»

Казалось, он мог бы порвать с Мэтч, это сняло бы большую часть напряжения. Но как бы он ни был безумно влюблен в Катарину, он не способен это сделать. Отчасти потому, что Мэтч забавляла всех, к тому же она взяла на себя обязанности хозяйки. Он выглядел бы дерьмом, прогнав ее. Да это нарушило бы и его конспирацию. Джой не дурак…

Рикки потянулся.

Хватит о Мэтч. Размышления расстроили его. Он знал, что она любит его. А любит ли его Катарина — это еще неизвестно. Ведь он мог оказаться и «не ко двору», как говорят. Он был реалистом и знал, что большой секс еще не означает большую любовь.

Говорила ли она, что любит его? Нет. Но ведь и он ей не говорил этого. Высокие слова… Огромные замыслы. Большие разногласия. Он должен прийти в себя и посмотреть на все это, как на бизнес. Тогда он будет в порядке. Может быть, он еще не разобьет о скалы свою лодку. Интересно, как он и Катарина смогут ускользнуть от остальных в этот уик-энд?!

Боже! Его член наливается при мысли о ней! Он ее распечатал, и теперь она стала подобием лампы Аладдина. Ей всегда мало! Она видела в нем своего рода сексуального гуру. Катарина не могла припомнить ничего похожего на теперешнее состояние… Но Рикки опасался, что она может перенести свои новые забавы на Джоя и перестанет нуждаться в нем.

Их роман продолжался меньше двух месяцев… Всякое может случиться — они могут расстаться, она может забыть его… Вот почему он предложил финансировать дерьмовый фильм Джоя. Прочная, продолжающаяся связь — ей нужен его член, а ее мужу — его кошелек: если бы он его не поддержал, то неизвестно что бы у него получилось.

Рикки опустил длинные ноги и встал, глядя на статую Свободы и на город через реку. Он знал, что все его мечты могут рухнуть. Он слишком много на это поставил… Рикки не имел права на ошибку.

Встретив родителей Катарины в аэропорту имени Кеннеди, Рикки привез их на свою виллу. Дав им немного отдохнуть, он приступил к показу своих владений.

— А вот и бассейн, — сказал он и обмер, лишившись дара речи.

У бассейна, развалясь в кресле, сидела в бикини Мэтч. Вокруг плетеного стола расположились в одинаковых белых водолазках и черных ортопедических туфлях, с сигаретами в углах рта все ее семеро старых уродливых теток.

Мэтч решительно встала и протянула руку родителям Катарины.

— Привет, я — Мэтч, а это мои тетки. Эй, девушки! Продемонстрируйте ваши манеры.

Семеро сестер с трудом передвигая ноги, подошли. Зрелище их вместе с Мэтч напоминало голливудскую Белоснежку и семь гномов. Это было уже слишком!

Мэтч, явно наслаждаясь разыгрываемой сценой, сказала:

— Рикки, я все собиралась познакомить тебя со своими тетушками, и вот они здесь. Это вот Винни, Минни, Эвтерпа, Эвниса, Ольга, Перл, Миртель. Они приехали на уик-энд. Тетушки никогда не бывали дальше Бруклина. Правда, девочки?

— Правда, — дружно произнесли сестры, даже не потрудившись вынуть изо рта сигареты.

— Да, Винни, расскажи, пожалуйста, что сказал тебе кондуктор, когда вы приехали на станцию Пенн.

Винни вытащила сигарету изо рта и затушила ее о белоснежный мраморный борт бассейна.

— Я спросила кондуктора: «Идет ли этот поезд до Хамптона, или мы должны переодеться в Квинсе?..» А он ответил: «Нет, вы можете не снимать свою одежду».

Тетки нашли это ужасно смешным — они затопали крошечными ножками и захохотали. Рикки и родители Катарины ошеломленно молчали.

Вдруг раздался мужской смех — это Джой Риверс подошел к ним и остановился рядом с Мэтч. Он смеялся до слез, по достоинству оценив шутку Мэтч.

— Порядок, девочки. Назад за карты. Светский долг исполнен.

Сестры-горгульи поняли, что аудиенция закончилась, и вернулись к игре. Мэтч снова уселась в свое кресло. Джой Риверс, не переставая улыбаться, вернулся к своему шезлонгу, а Рикки Боско пошел к себе, чтобы принять теплый душ и дождаться встречи с Мэтч.

Мэтч переоделась в раздевалке у бассейна и погнала стадо «девочек» на станцию, когда Джой перехватил ее и уговорил остаться.

— Боже, да ты самая шикарная женщина, которую я когда-либо встречал, — сказал он, отводя ее за угол гаража, подальше от ее остроглазой семейки.

Слезы выступили у нее на глазах.

Джой прижался к ней и она почувствовала, как твердеет его пенис.

— Боже! Боже! Что ты со мной сделала?! Я не вынесу. Безумие какое-то. Мы все должны поменяться партнерами и зажить нормально!

Мэтч медленно отодвинулась и посмотрела ему в глаза.

После вечера у Коуэнов она избегала встречи с ним. Ее пугало неожиданное чувство доверия и нежности к Джою. Секс с Рикки всегда был отстраненным. Она просто поставила перед собой цель и пыталась достичь ее, используя единственное имеющееся у нее оружие. Но с Джоем… О ней никто не заботился, всю жизнь она была предоставлена самой себе, и она привыкла к этому. И вдруг… Мэтч не знала, что сказать. «Будь что будет!», — решила она в конце концов.