Патрик Санчес - Подружки

– Мы все еще ждем, когда увидим твое имя на афишах, – улыбнулась Джина.

– Все может статься. Я работаю в самодеятельном театре и только что подписала контракт с модельным агентством.

– Потрясающе!

– Называется «Спектра моделс». У них офис в Балтиморе, – с гордостью похвасталась Кэти. – Ой, девочки, мне надо поздороваться с Лорой. Потом еще поболтаем.

Когда Кэти отошла и уже не могла их слышать, Линда тихо сказала Джине:

– Модель – с такой-то задницей? Какую одежду она будет показывать? Для коров, что ли?

– Вообще-то я слышала о «Спектра моделс». Это агентство посылает всяких толстух ходить по супермаркетам и подбирать так называемых потенциальных моделей. Они вручают какой-нибудь девушке свою бизнес-карту и говорят, как чудесно она выглядит, просто создана для карьеры модели. Придя в агентство, девушка узнает, что ей необходимо оплатить какое-то смехотворное обучение, которое якобы подготовит ее к модельному бизнесу. Научиться ходить по подиуму там стоит около тысячи баксов. Глупо, но Кэти попалась на эту удочку.

– Откуда ты столько знаешь об этом?

– Не помню. Видела в новостях или еще где-то, – небрежно бросила Джина, заливаясь краской.

Вечер набирал обороты. Джина и Линда разглядывали собравшихся, время от времени перебрасываясь парой слов со старыми знакомыми. Дэнис и Роза вдвоем присели за столик и обсудили все вопросы, интересные гомосексуалисту и лесбиянке. Через двадцать секунд темы для разговора были исчерпаны, и заскучавшие собеседники томились в ожидании своих подруг.

Наконец девушки вернулись за столик. Джина села рядом с Дэнисом, а Линда рядом с Розой. Джина тут же нашла интересное занятие: она указывала своему спутнику на одноклассников, в которых подозревала гомосексуалистов, и с интересом выслушивала мнение знатока. Ее всегда восхищала способность Дэниса вычислять геев, не перекинувшись с ними и парой слов. Парня, показавшегося Джине завзятым донжуаном, Дэнис уверенно объявлял «голубым», причем он ни разу не ошибся. Джина пыталась выведать у приятеля его секретный метод, но тот лишь пожимал плечами, отвечая, что это не внешние признаки и не логические умозаключения, а только интуиция, прием невидимых сигналов неким радаром. Девушка не знала, правда ли это, но могла поклясться, что Дэнис не обменивался с испытуемыми никаким универсальным знаком или жестом, принятым среди гомосексуалистов и тайным для человека традиционной ориентации.

Они успели обсудить добрую половину однокашников Джины и Линды, когда к их столику приблизилась Дженни Парке.

– Дэнис, что ты здесь делаешь?

– Привет, Дженни. Я здесь с приятельницей. – Дэнис указал на Джину.

– Джина Перри! Как поживаешь? Откуда ты знаешь Дэниса?

– Мы с ним старые друзья.

– Вот как? Я его давняя клиентка. Никто в городе не подберет женщине цвет волос лучше, чем Дэнис.

«Вот черт! – мелькнуло в голове у Джины. – Если Дженни так же болтлива, как и в высшей школе, через пять минут все узнают, что Джина Перри пришла на встречу выпускников в сопровождении парикмахера-гомосексуалиста».

– Кажется, ты ни словом не обмолвилась, что собираешься на вечеринку, когда я утром делал тебе укладку, – обратился Дэнис к Дженни.

– Но как же, я сто раз об этом говорила.

«Черт, придется иногда прислушиваться к болтовне клиенток», – подумал Дэнис.

– Сто раз, Дэнис, – как-то слишком ласково произнесла Джина. – Она сказала об этом сто раз, а ты не удосужился мне сообщить. Ах ты, маленький паршивец, – прибавила Джина, чувствуя, что краснеет. Ей было яснее ясного, что скрывается за фальшивой улыбочкой Дженни – желание раззвонить всему выпуску, что Джипе Перри не с кем было прийти на вечер. Ей наверняка не терпится улизнуть из-за стола и поделиться новостью с окружающими.

– Ну, рада была увидеть вас, ребята. Вот так дела, столкнуться с собственным парикмахером на вечере выпускников. Пойду здороваться с другими, а позже мы непременно поболтаем еще.

– Конечно-конечно, – сладким голосом отозвалась Джина и повернулась к Дэнису. – Отлично, Дэнис, просто лучше некуда. Теперь она знает, что я пришла с гомосексуалистом.

– Полегче, Джина, а то вообще одна останешься.

– Извини. Я понимаю, ты оказал мне услугу, но у меня были свои планы на этот вечер, и такого провала я не ожидала.

– Почему тебя волнует, что подумают эти люди? Ты их больше никогда не увидишь.

– Не знаю, – ответила Джина.

Сама посуди: каждый из присутствующих занят собственной персоной. Каждого заботит только то, что говорят именно о нем. Поверь мне, никому нет дела до тебя. А если даже они на секунду отвлекутся от созерцания своей особы и посмотрят в твою сторону, то увидят потрясающую молодую женщину с прекрасными светлыми волосами… благодаря мне, конечно… и с необыкновенно красивыми ногами, не хуже, чем у Тины Тернер. Ну и, конечно, пожелают, чтобы у них был столь же красивый спутник, как у тебя. Джина улыбнулась:

– Ты просто прелесть.

– Джина, ты красивая девушка, тебе идет буквально все. Еще бы капельку ума, чтобы ты знала себе цену…

Джина задумалась над словами Дэниса о том, что она хороша собой и у нее точеные ноги. Она почти поверила в то, что привлекательна, однако привычка считать себя некрасивой опять одержала верх.

«Как бы я хотела, чтобы ты был прав», – с тоской подумала Джина, глядя на Дэниса.

Больной

– Господи, ну можно побыстрее, я умираю с голоду, – торопила Шерил Питера, надевавшего ботинки. Купер уехал из города по делам, а с Питером Шерил не виделась уже недели две. Заняться ей было нечем, и она, позвонив Питеру, предложила вместе пообедать.

– Джина убьет меня, если узнает, что я куда-нибудь ходил сегодня вечером.

– Подумаешь, большое дело.

– Я должен был сопровождать ее на сегодняшнюю встречу выпускников, но утром чувствовал себя совсем больным. Мне действительно было плохо, когда я позвонил и предупредил ее, что не в состоянии пойти.

– А сейчас тебе стало лучше, и ты собираешься всего-навсего поесть. Кроме того, как она узнает? – говорила Шерил, когда они выходили из квартиры.

Шерил надо было наведаться в свой офис в Фоллз Черч, поэтому они поехали в Виргинию, собираясь перекусить где-нибудь там.

– Вон «Руби тьюздейс». У них неплохой салат-бар, – предложила Шерил.

Шерил, ты же знаешь, я не люблю салат-бары. Множество людей, каждый со своими микробами, толкутся над общими блюдами с пищей. Не стоит туда идти. У меня все еще изжога после ужасного буфета, где мы обедали вместе с Ширли в прошлом месяце.

– Тогда давай зайдем сюда. – Шерил указала на маленький неприметный ресторанчик, скромно притулившийся среди десятка магазинов, построенных вдоль шоссе. – Смотри, на вывеске написано, что ресторану уже тридцать лет. Там наверняка вкусно готовят.