Рожу от хорошего парня. Срочно! - Лина Филимонова
А сегодня за окном льет дождь.
Я сижу в кофейне, смотрю на посетителей, забегающих к нам с капающими зонтами, в промокшей одежде, замерзших и несчастных... Они пьют наш фирменный капучино, едят свежие круассаны, аромат которых разносится по всей кофейне. И уходят более счастливыми, чем пришли.
А на меня эта магия не действует…
- Лер, я тут новый вариант детского меню разработал, - подходит ко мне Денис.
- А чем старый был плох?
- Этот лучше! Я многое изменил. Посмотри.
- Потом, - отвечаю я, глядя в окно.
- Лера….
Денис не уходит.
- Что?
- Слушай, я это…
- Да что такое? - раздраженно спрашиваю я.
- Я бросил пить. Теперь вообще ни капли. Никогда. Ни бейлиса в какао, ни рома в кофе. Полная завязка.
- Ну…. молодец.
У меня звонит телефон. Я уже не дергаюсь. Знаю, что это не Алекс.
И я права. Это мама.
- Лер, как у тебя дела?
- Всё хорошо.
- Точно?
- Конечно. А что со мной может случиться?
Мама не знает ничего . Ни о моем диагнозе, ни о метаниях между мужчинами, ни о полной дурости и драматизма истории с Алексом.
- Не знаю, но что-то у меня какие-то предчувствия… о тебе.
- Какие?
- Сама не пойму. Давай сегодня встретимся. Я заеду к тебе в кофейню или где ты будешь?
- Заезжай. Я в кофейне.
Сижу дальше, смотрю в окно.
И думаю… Может, ещё пару кофеен открыть? В прошлый раз мне это помогло.
Но в прошлый раз все было по-другому…
О! Я знаю! Мне нужно открыть детское кафе! Прямо сейчас начну составлять бизнес-план.
***
- Как там твой сосед? - спрашивает мама.
- Кто?
- Сосед. Саша. Хороший парень.
- С чего вдруг ты о нем спрашиваешь? Тебе же нравится Дмитрий.
- Кто сказал?
- Ты всегда говорила.
- Лер, ну ладно, - мама обнимает меня и гладит по голове. - Я знаю.
- Что ты знаешь?
- Я Алене звонила. Она мне сказала. Вернее, я из нее клешнями вытянула. Без подробностей. Просто…. Ты и Алекс… Я за тебя переживаю!
- Не надо. Правда. Всё хорошо.
- Не похоже.
- Я справлюсь.
- Конечно, справишься. Ты у меня сильная девочка. И я сильная. Но… Наступает день, когда вдруг понимаешь, как тебя зае… задолбало быть сильной.
Я в шоке открываю рот. Моя мама никогда не использует таких выражений!
- Мам, у тебя всё хорошо?
- У меня все просто обалденно!
Она улыбается. И я верю. У нее все классно…
Ее телефон звякает. Она смотрит на экран и по ее потеплевшим глазам я догадываюсь…
- Это Борис?
- Да. Он за мной заедет.
- На мотоцикле?
- Не знаю. Скорее всего, на машине.
Мы едва успеваем выпить ещё по чашке кофе, как мама, глядя в окно, произносит:
- А вот и он. Подъехал.
- Он зайдет? - спрашиваю я.
В окно не смотрю. Смотрю в чашку. У меня там такой интересный узор из кофейной гущи. Нечто, похожее на загнутую вверх турецкую саблю. Кажется, это называется ятаган…
- Лер, смотри, кто здесь.
Меня выводит из задумчивости голос мамы. Я поднимаю глаза. И вижу Бориса, приближающегося к нам уверенной походкой. А рядом с ним плетется.… Алекс!
- Вот, - произносит Борис. - Притащил за ухо.
64
Алекс
Ей нужен донор. Просто донор спермы, чтобы забеременеть. Там какая-то срочность из-за диагноза. Типа: либо сейчас, либо никогда.
Так мне сказал ее шеф-повар Денис. А я.… Вышел из кофейни на улицу, вдохнул воздуха, почесал затылок - и решил поговорить. С Лерой.
Но она не отвечала.
Я просто сел в машину и поехал. То ли домой, то ли сам не понял куда. И приехал к маме. Случайно проезжал мимо и решил заглянуть. И не для того, чтобы посоветоваться! Я не советуюсь с мамой о таких вещах. Я сам решаю. Просто заскочил на огонек.
А там она. Лера. У моей мамы!
Я охренел, если честно. Она тоже. Да так, что сама рассказала мне про проколотые резинки.
Я охренел ещё больше. Вообще выпал в осадок. А я, это… немного тормоз. Мне нужно время, чтобы переварить.
Отвез ее домой, она убежала к себе, а я, наверное, час сидел в машине, смотрел в одну точку. Ещё и мама названивала.
- Поговорил с Лерой?
- Она и до тебя добралась? И тебя обработала? - в сердцах вырвалось у меня.
- Дурак ты, сын. Ой, дурак…
А че я дурак-то? Меня пытались использовать, а я ещё и дурак?
Я все понимаю. В жизни бывает всякое. Например, вот такая вот критическая ситуация с диагнозом.
Но зачем врать? Почему нельзя сказать правду?
Ненавижу ложь. Органически не переношу!
Не знаю, что бы я делал, если бы тем же вечером мне не подвернулась командировка. В целом, начальство не настаивало. Можно было ехать, а можно и удаленно порешать. Я сразу сказал, что поеду, со всеми встречусь лично.
Ну и поехал. Вернее, полетел. На пару дней.
И опять мама со своими звонками… Бесит!
Маму свою я обожаю. Но, когда она начинает лезть в мою личную жизнь, я это пресекаю сразу и резко.
А она звонила снова и снова. Говорила всякое… А я не слушал. Я сам разберусь!
Когда уезжал, мне показалось, что это будет хорошо и правильно. Побыть одному, остыть, поразмыслить.
Но, чем больше я размышлял, тем хреновее мне становилось.
И я уже жалел, что поехал. Рука то и дело дергалась к телефону. Но…. такие вещи надо обсуждать лично! И я не звонил.
И, чем дольше не звонил, тем сложнее было это сделать.
А память подбрасывала все больше моментов… Лера за мной не бегала, не обрабатывала меня и не соблазняла. Наоборот, отбивалась, как могла. Это я все время к ней лез.
А она с этим
