Рябиновый костёр (СИ) - Даниленко Жанна

Даше стало вдруг страшно от осознания того, что ей осталось ходить всего два дня незамужней. Хотя и говорят, что свидетельство о браке совсем не гарантия счастья. Даша же так не думала, она считала себя уже женой и самой счастливой женщиной на свете с того самого дня, как осталась у Фёдора, а документ это всего лишь документ, юридическая справка, вот кольцо она будет носить не снимая. Пусть все видят!

Она заглянула в шкаф, достала свой свадебный наряд, расстегнула чехол, провела ладонью по мягкой гладкой молочного цвета ткани, сняла платье с плечиков и приложила к себе, глядя в зеркало. Хороша! Просто чудо, как хороша! Подняла кверху волосы, прихватила заколкой и закружилась от удовольствия. Когда вешала платье обратно в шкаф, услышала звонок смартфона. Ответила с улыбкой, потому что знала, кто звонит.

— Дашунь, ты поела? Как себя чувствуешь? — интересовался Фёдор.

— Федь, я отравилась, наверно, или печёнку подорвала вчера в универе. Ты всё время предостерегаешь, чтоб не ела где попало, а я как всегда… — Даше стало стыдно, тошнота прошла, а занятия она прогуливала, хотя раньше в любом состоянии посещала все пары. — Сок выпила, есть пока не хочу, — продолжила она отчитываться. — Ты только не ругайся, пожалуйста, но я дома осталась. — Последнюю фразу она произнесла тихо-тихо, а Фёдор рассмеялся.

— Ты только маме моей не говори, что прогуливаешь, скажи лучше, что их встречаешь.

— Едут?! — Даша аж завизжала от радости, представляя, как рад приезду родителей Фёдор.

— Едут, часа через полтора будут у нас. Отец за рулём, мама звонила с дороги. Дашунь, ты поесть сообрази что-нибудь. Я вернусь сразу после пяти, надеюсь, что не задержусь, а вы там пока сами.

Засунув смартфон в карман, Даша побежала на кухню, а там за готовкой не заметила, как пробежало почти два часа.

Мария Андреевна выглядела немного бледной, но держалась бодро. Наскоро попив чаю, они с Романом Владимировичем засобирались по делам, сообщив Даше, что её присутствие обязательно.

Пока автомобиль нёс их к самому центру города, Мария Андреевна, взяв Дашу за руку, рассказывала о своих планах.

— Детка, ты не думай, обременять вас с Федей своим присутствием мы не собираемся. — Она накрыла своей ладонью руку Даши и продолжила: — Но, с другой стороны, кроме Феди у нас с Ромой никого нет, а старость так близко, что страшно становится. Жить вместе — хоть здесь, хоть в Москве — плохо, да и неправильно. Федя отвык от нас, а мы, несмотря на то, что любим его безумно, десять с лишним лет жили с ним врозь. У нас свои привычки, у него, да и у тебя — свои. Чтобы было комфортно сосуществовать, нужна большая площадь. Частный дом не выход. Кто и когда будет за ним ухаживать? Вот мы и решили купить две квартиры рядом. При желании их можно объединить, если не захотите, будем звонить друг другу в двери.

Она улыбнулась Даше, и глаза её были полны житейской мудростью и почему-то тоской.

— Надо было Федю дождаться. — Даша не знала, как себя вести. С одной стороны, ей очень хотелось иметь своё жильё, а с другой, она чувствовала, что Фёдору такой расклад не понравится. Спорить же с его родителями ей не хотелось. Да и правы они, по-своему. Даже сегодня ей придётся лечь с Федей на полу или уйти к маме, что тоже не выход. Отношения у мамы с Фёдором так себе. Наверно, должно пройти время, чтобы они потеплели. Вот с её отцом Федя сразу нашёл общий язык.

Она ушла в свои мысли, выпав из разговора. В это время машина подпрыгнула на кочке, и Дашу снова затошнило. Она прикрыла глаза и попыталась глубоко дышать.

— Носи с собой кислые конфетки, помогает, — раздался голос Романа Владимировича.

— Да я вчера на занятиях что-то так есть захотела, а в столовой, видимо, не совсем свежее всё было.

— Ну да, бывает, — ухмыльнулся Недлин. — Понос сильный?

— Рома! — возмутилась Мария Андреевна.

— Что Рома? Я спрашиваю об отравлении. Хотя кроме токсикоза никаких других симптомов не вижу. Федька-то что говорит?

— Ни-иче-его, — потянула слово Даша и задумалась. А ведь действительно, это может быть токсикозом, то есть беременностью. Даша почувствовала, как кровь прилила к щекам, ей аж жарко стало. Вот почему Фёдор последнее время не будит её по утрам, давая поспать лишних полчаса-час, и всегда оставляет полезный завтрак с запиской. Он знает, он догадался, а она и не подумала даже, хотя все признаки налицо.

— Что, мать, готова стать бабушкой? — между тем веселился Роман Владимирович.

— Так я всегда готова. — Мария Андреевна с нежностью погладила Дашу по плечу. — Ты срок-то свой знаешь?

— Нет, у меня и в мыслях не было, что я вот так сразу… Может быть, вы ошибаетесь? — попыталась возразить Даша. И продолжила расстроенно: — А как же быть с учёбой, я на третьем курсе всего?

— Разберёмся. Главное, береги себя и его, — мать Фёдора кивком показала на живот. — Без образования не останешься. Ни мы, ни Федька не допустим. Рома, ехать долго ещё? — переключила она внимание на мужа. — Окно приоткрой, чтоб свежий воздух пустить. Всё же вовремя мы квартирой озаботились, главное, чтобы вариант всех устроил да ремонт побыстрей сделать.

— Слышала, мать? Я ошибаюсь! Я! — Он покачал головой и с улыбкой обернулся к женщинам. — На обратном пути в аптеку заедем, тест возьмём. Буду доказывать, что Недлин никогда не ошибается.

Мария Андреевна легонько толкнула мужа в плечо и попросила смотреть на дорогу.

Через несколько минут машина остановилась во дворе старого трёхэтажного дома с лепкой под крышей и полукруглыми окнами. Дом впечатлял своей массивностью и капитальностью, при этом совершенно не походил на современные коробки. Искомые квартиры оказались в среднем подъезде на втором этаже. Риелтор уже ждал. Сначала осмотрели большую по площади квартиру с, как показалось Даше, просто огромными комнатами и очень высокими потолками. Потом квартиру поменьше. Обсудили возможность объединения жилплощади и внутренней реконструкции.

Они уже выходили из подъезда, когда дверь на первом этаже открылась и появившаяся в проёме пожилая женщина спросила:

— Покупаете квартиру?

— Да, — спокойно ответила Мария Андреевна.

— Ту, которая надо мной, или соседнюю?

— Обе.

— А жить-то кто будет?

— Мы с сыном, снохой и детьми.

— Дети — это плохо, я к покою привыкла, вот бывшие жильцы…

— Дети — это хорошо, дети — наше будущее, — ответила Мария Андреевна тоном, не терпящим возражений, и хотя она говорила с улыбкой, соседка замолчала и ретировалась.

А родители Фёдора вместе с Дашей и риелтором отправились оформлять сделку.

Когда вернулись домой, Федя их уже ждал. Новости о только что купленных квартирах его не порадовали, но и конфликтовать с родителями он не стал.

— Мама, папа, вы понимаете, в какое положение меня ставите?

— Федь, всё, что наше, то твоё, а в какой форме оно тебе достанется — в виде счёта в банке или жилплощади, где будут расти твои дети, — не так важно. С собой на тот свет мы ничего не заберём, так скажи спасибо, и закончим на этом, — произнёс Роман Владимирович. — Лучше просвети, когда нам внука ждать.

— А ты уже догадался? — счастливо улыбнулся Фёдор. — Дашка вон не подозревает истинную причину поедания лимонов каждое утро.

— Да я её уже просветил, — ответил Недлин. — Новость замечательная. Предлагаю накрыть на стол и отметить прежде всего намечающееся пополнение в семье, ну и выпить за то, чтобы вы, дети мои, ни в чём не нуждались.

Часть 40

Часть 40

«Почему не спишь?» — написал Фёдор Даше в мессенджере, увидев зелёный огонёк, свидетельствующий, что она в сети.

«А ты почему не спишь?» — тут же пришёл ответ.

«Мне без тебя холодно, я почти замёрз, околел, можно сказать».

«Приезжай — согрею», — поддержала шутку Даша.

«Меня твоя мама на порог не пустит».

Фёдор улыбался, продолжая глупую переписку среди ночи. Завтра сумасшедший день — его собственная свадьба, за окном темень, вернее, уже скоро рассвет, а сна ни в одном глазу. И ладно бы у него, он привыкший, а вот Даше хорошо бы выспаться.