Лилия (СИ) - Ирина Гутовская

ждал ту самую, — признался он. — И то, что ею оказалась девушка, которая приехала с тобой, понравилась тебе и приглянулась первому, но ответила взаимностью мне — нашей с ней вины нет.

— Согласен, — «против истины не попрёшь». — Встретить свою женщину — это как выиграть в лотерею или найти сокровище. Такой была Изабелла. Поэтому я обратил внимание на Лилию. Напомнила её — не внешне, разумеется, а именно душевностью и качествами характера. Она — необыкновенная, редкость, одна на миллион.

— Знаю, — ощущения Теймура вторят отцовским словам, а вот его откровения вызывают отвращение. Да и думать о том, какие ещё мысли посещают родителя, когда тот смотрит на Лилю, неприятно вдвойне. Впрочем, промолчал на эту тему.

— Она сказала, что вы расписались.

— Сказала? — он удивился. Они договорились держать это в секрете до подходящего момента, хотя… Сейчас-то чего скрывать?

— Не просто сказала, а с гордостью заявила, — Хаджарат с грустью улыбнулся. — Поделишься, как так быстро получилось и без присутствия невесты?

— Подключил нужные связи. Когда проблема решается с помощью денег, то это не проблема вовсе, а временные затруднения. Мне требовался лишь Лилин паспорт, который она отдала, когда мы встречались последний раз. Но брак настоящий, не фиктивный.

— Интересно понаблюдать за тобой в роли главы семейства. Надеюсь, ты будешь ценить Лилю и никогда не обидишь, а она не разочаруется в тебе.

— В этом можешь не сомневаться. Я люблю её.

— У меня будет только одна просьба…

Глава 43

Теймур вернулся в детскую комнату. Оглядев своих любимых девчонок, он улыбнулся, присел в кресло, расслабленно откинулся на спинку и устало прикрыл веки. Мысленно прокручивал разговор с отцом. После всего услышанного, его пока не отпустило…

Хаджарату удалось удивить сына, и между ними даже наметилось «потепление», а сомнений, как ни странно, резко поубавилось — всё сказанное родителем похоже на правду. Но! Это ещё ничего не значит — о полном доверии, взаимопонимании и окончательном примирении речь не идёт. Да, первый шаг сделан навстречу друг другу, ну а дальше видно будет, как сложатся их отношения и станут ли они, как прежде, одной семьёй — уже в расширенном составе.

Ведь есть Лилия и каждый день своим присутствием она постоянно будет напоминать, что досталась другому мужчине. Принцип: «с глаз долой — из сердца вон» — тут не сработает, и Хаджарату Муратовичу останется смотреть на чужое счастье и ощущать себя лишним в этой идиллии. И, как знать, возможно со временем ситуация усугубится?

На логичный вопрос Теймура:

«В чём подвох? Неужели, ты так просто отступил назад и отказался от неё?» — его конечно радует и устраивает такой исход, хотя подозрения волей-неволей лезут в голову и оседают в душе тяжким грузом (гадкий червячок по-прежнему гложет изнутри).

Отец ответил предельно честно:

«Думаешь, просто? Нет, мне было трудно принять данное решение, но я уже немолод, не совсем здоров… и неизвестно как долго проживу… Рядом со мной Лиля обречена, а главное — я не нужен ей, ни в каком качестве, и это больнее всего осознавать. Поэтому выбора нет, больше мешать вам не буду. Обещаю. Наоборот, помогу и всячески поддержу. Ради Беллы и вашего совместного будущего готов на всё, причём не жертвуя собой. Даже как-то легче стало, когда признался самому себе, в первую очередь, ведь слишком далеко зашёл, ничем не гнушаясь…» — ему, правда, стыдно, чувство вины разъедает и травит своим ядом. Надоело соперничество с сыном и бесполезная конкуренция за внимание девушки. Это как стучаться в глухую стену — никто не слышит, не видит и не ждёт, или как пытаться схватить и удержать в руках пустоту — результат тот же, нулевой.

Одно плохо: если бы понимание допущенных ошибок наступило гораздо раньше, то многих проблем удалось бы избежать. Остаётся только надеяться, что девочка скоро поправится — окружённая заботой, теплом и любовью, теперь уже своих родителей, она быстро отойдёт от случившегося с ней и забудет обо всём, а это никак не отразится на детской психике.

На том и порешали, обсудив ещё ряд моментов.

«По поводу Мадины — ни о чём не волнуйся. Уехала, со скандалом. Внучка её интересует меньше всего» — добавил в продолжении разговора Хаджарат.

«Она ведь звонила мне, высказалась в свойственной ей высокомерной манере, вся на претензиях… Якобы опеку оформить планирует» — Теймур не воспринял всерьёз угрозы бабули. Ничего у неё не получится — силёнок не хватит тягаться с семейством Отырба.

«Да разводятся они с мужем, поэтому почти бывшая жёнушка из кожи вон лезет, желая обеспечить своё будущее за счёт ребёнка, а поскольку Белла наравне с тобой моя наследница, то выводы сделать несложно» — пояснил отец.

«Давид очень долго терпел эту склочную женщину, я бы так не смог. Вынос мозга какой-то…» — прокомментировал сын, подумав тогда: «а Лиля другая — чуткая, нежная и ласковая, с мягким уравновешенным характером.

Мужчинам нравятся стервы? — глубочайшее заблуждение многих женщин, по его мнению. Поначалу может быть так и есть, пока интерес подогревается «постелью» вперемешку с противостоянием, плавно переходящим опять в секс, но, это до поры до времени. Потом, устав морально, уходят к тем, с кем уютно бывает и помолчать, при этом отношения не пресные, а гармоничные, наполненные настоящими чувствами и эмоциями.

«Ага, Мадина сама из простой семьи, а как замуж вышла или, правильнее выразиться, удачно устроилась, так сразу зазналась и возомнила себя важной особой».

«И в чём причины развода? Всё-таки тридцать лет брака за плечами».

«Любовница у него завелась — молодая и, как оказалось, уже беременная. Быстро девчонка подсуетилась» — Хаджарат, несмотря на некую схожесть ситуаций, если уж говорить о нём, осуждает подобное поведение. Была бы жива Изабелла, то не обратил бы внимание на кого-то ещё. Однолюб. А Лиля была прихотью. Искал в ней отдушину и образ любимой женщины.

Теймур тоже уверен, что никогда не будет таким — изменять жене и развлекаться на стороне. Нет. Не для того, он боролся за своё счастье, чтобы разрушить всё глупостями. Обожает Лилю, любит какой-то дикой, сумасшедшей, необузданной любовью.

«Ну и страсти у них кипят…» — про возраст сын не стал заикаться, не захотел лишний раз напоминать отцу обо всём произошедшем, тем более в сравнении с Давидом.

А что касается просьбы Хаджарата…

Просьба не вызвала растерянности у Теймура, но поднятая тема очень взволновала, стоило лишь представить…

«Когда-нибудь у вас с Лилей родятся дети и, если будет мальчик, то назовите его Багратом» — вот о чём попросил отец.