Моя - Анастасия Пырченкова

неизменно — мои чувства к Акимову. Не представляю, что такого должно произойти, чтобы я перестала его любить. Он мой свет. Давно забытый и скрытый моей тьмой, но нашедший лазейку и вернувший меня к жизни вновь. Разве можно от такого отказаться? Да, однажды я это сделала, о чём горько потом пожалела. Повторять эту ошибку снова я не собиралась. А ещё я именно в эту секунду ощутила целостность в себе. Появление Стаса больше не пугало, не вызвало раздражения, ничего. Он просто был. Ни хороший, ни плохой, обыкновенный. И я знала, что у него уже ничего не получится изменить. Не в этой жизни.

— Встречный вопрос, — вывел из раздумий Стас. — Зачем ты отправилась куда-то одна? Без Акимова? — довольно сурово поинтересовался.

Уставилась на Егорова с недоумением.

— А почему нет? Знаешь, не все запирают своих любимых девушек дома. Некоторые им доверяют и дают свободу выбора.

Вышло немного грубо, но… как уж вышло.

— Ясно, — только и сказал парень.

Дальше он до самого номера (нашего с Артёмом номера!!!) молчал. Но если я думала, что больше удивляться некуда, ошиблась. Стоило нам оказаться внутри, а Артёму появится рядом, как Стас от души съездил Акимову по лицу.

— Извиняться не буду, — мрачно произнёс Стас, пока Артём гладил щёку, куда пришёлся удар.

Тут же бросилась к любимому под брезгливым взглядом Егорова.

— Полегчало? — поинтересовался Тёма ответно.

Это он что же? Позволил себя ударить?!

Стас этот вопрос проигнорировал. Зато задал другой.

— Какого хрена Галина гуляет по Риму одна?!

Э-э…

— А с чего бы мне этого не делать? — вмешалась уже я.

Вот теперь удивился Стас.

— Ты ей не сказал? — уточнил непонятное у Артёма.

— Не видел смысла, — отозвался тот хмуро.

— Акимов, ты дебил?

— Нет, мне надо было её пугать, чтобы наш отдых превратился в игру "Угадай, следят за нами или нет", — огрызнулся Тёма.

— Нет, пусть она лучше валит одна куда хочется, а её, ладно если только похитят, а если убьют? Ты в своём уме, Акимов? Мало того, что это твоя вина, что мы все вляпались в это дерьмо, так ты ещё не соизволил предупредить мою жену о возможной опасности для неё и наших детей!

И если Стас по итогу сорвался на крик, то вот Артём продолжил говорить спокойным уверенным тоном.

— И как бы это выглядело? Она бы в каждой тени видела врага. Что в этом хорошего? — выгнул он брови. — И это моя женщина, и наши дети! — дополнил уже суровей.

— Именно поэтому я сказал тебе возвращаться! — продолжил возмущаться Егоров. — У нас дома я мог бы её и детей защитить от людей Прохорова, а здесь вы как открытая мишень! Ты чем вообще думал?!

А я… Я вообще ничего не понимала!

— А вот теперь было бы неплохо и мне объяснить происходящее, — уставилась на любимого требовательным взглядом. — Тём, о чём он говорит?

Тот на мой вопрос слегка поморщился, правда, ничего объяснить не успел.

— Папа? — послышался за нашими спинами сонный голос Антона. — Папа! — донеслось от него уже громкое и радостное, а через миг он уже находился на руках Стаса, крепко обнимая того за шею.

— Привет, пострел, — ласково поздоровался с ним Егоров, прошёл вглубь номера, в гостиную и уселся вместе с ребёнком на диван. — Рассказывай, как у тебя дела, как отдых проходит? Нравится путешествовать?

Брат тут же принялся по-своему изливать свои восторги. Я же, одарив Артёма хмурым взглядом, схватила его за футболку на груди и повела в нашу спальню.

Сейчас он мне всё-всё расскажет!

Оказавшись в отдельной комнате, я отошла к окну и сложила руки на груди, глядя на любимого с ожиданием.

— Ну? Я вся во внимании! — покивала для пущей важности.

Честно говоря, напрашивающиеся выводы мне абсолютно не нравились. Потому что, если это всё правда, то я согласна со Стасом: Артём не должен был молчать о таком! Я имела право знать, что мои дети в опасности! Как и я сама. И дело не в моём доверии к Акимову. Я верю, что он сможет нас защитить ото всего. Но! Я бы не вела себя столь беспечно. И никуда не ушла сегодня одна, пока трое моих мужчин себе спокойно спали.

— А если бы меня, и правда, кто-то украл или… — не договорила.

Голос предательски отказал, стоило представить, что включает в себя это "или".

— Именно поэтому я просил не уходить из номера, — одарили меня укоряющим взглядом. — И ты мне обещала, между прочим.

Ну да, было такое. Но в таком каком-то небрежном виде. Как бы между прочим. Я подумала, что он просто не хочет, чтобы я оставляла его одного, а не потому что мне грозит какая-то там опасность. О том и поспешила сообщить.

— Знаешь, Тём, очень удобно, да? Не сказать мне ничего, а потом обвинять. И твоя просьба походила больше на обыкновенный каприз, уж прости. А вот если бы ты мне сказал всё и сразу…

— И ты бы нормально не отдохнула, — перебил меня Артём. — Ты бы ходила оглядываясь, видела в каждом прохожем врага, тени бы своей пугалось. И всё до тех пор, пока бы ты просто не заперла детей в номере. А после бы мы улетели обратно в Россию, и ты бы всё равно сидела взаперти. И какая тогда разница? И в отличие от Стаса я не верю, что здесь Прохорову проще тебя достать, чем дома. Я вообще не уверен, что ему есть до тебя дело. Как и Стас. Он просто перестраховывается. Нет никаких доказательств слежки за нами, не считая приставленной Егоровым охраны. Так что я не видел смысла тебя пугать.

— Да какая разница: проще или нет, правда или нет? Ты в принципе не имел права о таком умалчивать! — перешла я на крик, не выдержав твердолобости некоторых индивидуумов. — А если бы я отправилась куда-то с Артёмкой, пока ты спал? Просто прогуляться, например, и на нас бы напали?

— А слушать надо, что тебе говорят! — тоже перешёл на крик Артём. — Я просил посидеть в номере и никуда не уходить! Так сложно было это сделать?

— Нет! Как и тебе не сложно было мне всё