Больше, чем танец - Алла Биглова

– Кто же так направо и налево деньгами раскидывается?!

– Я? Адекватная? – звучало так, будто меня непристойно обругали. – Я борец за добро и справедливость! Я несу возмездие во имя луны! – прокричала на весь салон, выставив указательный и средний пальцы возле правого глаза, изобразив при этом ту, кого сегодня изображала во время любимых танцев.

В автобусе на секунду повисла тишина: все взгляды устремились на меня. В следующее мгновение пассажиры зааплодировали.

– Вот именно поэтому я Сейлор Мун, а ты Сейлор Венера, – хихикнула, победно посмотрев на Дину.

К её счастью мы вышли на следующей остановке.

– Уф, я и забыла, что, находясь рядом с тобой, нужно быть готовым в любой момент оказаться в центре внимания, – Арина не смогла сдержать смеха. Меня обрадовало, что её это по-прежнему веселило, а не злило.

– Ну… Это моя супер-способность. Ты же знаешь…

– Да, да. Несёшь возмездие во имя луны. Я в курсе, только не кричи, пожалуйста, об этом на улице. И так жарко, не хотелось бы, чтобы от стыда в жар бросило, – прервала Арина, попытавшись потрепать за мою причудливую причёску, но я вовремя увернулась.

Вот ещё!

Глава 41

Дина появилась в BestDance год назад, и уже через полгода вошла в официальный танцевальный состав. Её амбициям даже я иногда завидовала, по-доброму. В любой ситуации она всячески старалась перетянуть одеяло на себя.

Вот и сейчас эта красотка напилась и танцевала на шесте крайне непристойные танцы.

– Почему грязные движения выделывает она, а стыдно мне? – меня аж передёрнуло, и я вновь сделала пару глотков местного коктейля «Зомби» с ромом и корицей. Там ещё что-то было, но я слишком наслаждалась необычным сочетанием, чтобы распробовать все ингредиенты.

– Её трусы ядовито-розового цвета, – поморщилась Арина. Похоже, что подругу вот-вот стошнит. Она с отвращением отвернулась. – Похоже, что на сегодня я увидела достаточно. И я по-прежнему жду твоего рассказа.

– Ты о чём? – тоже отвлеклась от танцпола: местные пацаны от «Сейлор Венеры» были в явном восторге.

– О, перестань притворяться, – Арину буквально взорвало. – Виктор раньше тебя позвонил, чуть ли не плача. Он хотел разузнать, как лучше с тобой помириться! Я знаю причину вашей дурацкой ссоры, но ты, моя лучшая подруга, даже не соизволила сообщить об этом! Ты позвонила мне на третий день вечером, пытаясь вытащить меня на сцену, и только тогда использовала грязный ход, рассказав историю с расставанием!

– Я болезненно воспринимаю всё, что касается Виктора. И вообще. Давно ты подрабатываешь моим личным купидоном?

– Ты его любишь. Я ни разу не видела такого кардинального преображения в присутствии парня.

Повела плечами. Почему это всех так… волнует?

– Да. Люблю. Да. Больно! Мне чертовски невыносимо без него! Он накрутил себя, что я его предала, не сказав, что его благоверная переспала с другим. Тоже мне новость, – фыркнула, отвернувшись. – Не в первый, раз! – с жаром добавила и выругалась матом.

Плевать, что девушки не должны ругаться. Ага, они не только не матерятся, но и какают радугой! А ещё ездят на единорогах!

Надоело! Больше не могу! Эмоции разрывают изнутри, а алкоголь их не глушит, только делает хуже!

– Я это слышала из его уст. Похоже, ни в чём не соврал, – тяжело вздохнула Арина, допивая коктейль. – Надьк, у меня только два вопроса.

– Задавай.

– Вот поясни мне: как вы танцуя и зарабатываете, и отдыхаете? – подруга посмотрела на подпевал Дины. Они уже вовсю крутили задницами.

Захлебнулась несчастным напитком. Арина просто мастер перевести тему. Серьёзно?!

Не стала отвечать, но, похоже, моя реакция стала лучшим ответом.

– И второе: вижу, что ты скучаешь. Так какого чёрта ты здесь, а не с Виктором? Напиши ему смс. А я пойду – Макс уже приехал. Думала, что буду тебя отпаивать, утешая от расставания, но Виктор всё верно сделал, по моему совету.

– Ещё ни разу не видела, чтобы ты так рьяно шиперила меня с каким-то парнем. Мне бояться? – вскинула бровь, совершенно не удивившись, что всё подстроено рыжей интриганкой.

– Если только Виктора и твоих чувств к нему.

– А его чувств ко мне бояться не надо?

Арина встала, немного задумавшись над моим вопросом. Затем она медленно покачала головой.

– Нет, думаю, нет. Его чувства довольно-таки искренни. Я буду молиться, чтобы у вас всё получилось, – небольшая пауза, – в этот раз, – короткое уточнение.

Вот засранка!

Усмехнулась. Сама надеялась, что в этот раз у нас будет всё по-настоящему.

Мы обнялись на прощание, и я осталась одна в полной задумчивости. Не могла решиться ни на звонок, ни на что-либо другое. В итоге пересела поближе к бармену и заказала ещё один коктейль с ромом. Танцевать не хотелось. Телодвижения Дины напрочь отбивали любое желание выходить в центр зала и двигаться под музыку. Встреться мне в детстве такой хореограф, я бы бежала сломя голову.

Никогда не любила тупых… баб. Они все вели себя абсолютно одинаково. Я поморщилась. Скоро компания отправится в туалет и, надеюсь, они будут делать селфи-себяшки, а не снимут парня на пять минут. Секс в туалете, да ещё и с незнакомцем… это так мерзко!

Время близилось к девяти. Так рано я ещё никогда не возвращалась с гулянок.

Взяла телефон, набрала смс: «мам, я сегодня не приду ночевать».

«Спасибо, что предупредила. Хорошо отдохни! Не жду тебя, ложусь спать!»

Прочитав смс, в который раз поняла, как люблю маму. В детстве встречала много ровесниц, которым не повезло с родителями, и с каждым годом всё становилось только хуже. Вырастая, они, как правило, либо закрывались от родных, не делились происходящим и не просили ни помощи, ни совета, либо, что ещё грустнее, выходили замуж за достойного и обрывали контакты с токсичными родственниками.

К сожалению, такие случаи не редки.

У нас с мамой сложились чисто дружеские отношения. Иногда считала её старшим товарищем, к которому всегда могу прийти за советом. Мы жили, как две лучшие подруги. Уход отца из нашей семьи очень сблизил нас. Неожиданно для себя поцеловала телефон, отложив его.

Виктору позвонить так и не решилась.

Принесли коктейль. Задумчиво начала потягивать из трубочки напиток, размышляя о прошлом. У нас было столько воспоминаний, как приятных, так и не очень. Мы делали друг другу невыносимо больно, но всё теряло смысл