Мелани Роуз - Небесный огонь

Только не это, взмолилась я, в отчаянии стараясь поймать безнадежно упущенную нить рассказа Гранта. Надо же такому случиться, что именно в этом ресторане оказался тот самый мужчина, которого скрывала Лорен.

Глава тринадцатая

Весь остаток вечера мужчина украдкой поглядывал на меня, пока в конце концов его молоденькая спутница не развернулась, чтобы посмотреть, кто так привлекает его внимание. Она хмуро уставилась на меня, и я стала увлеченно поедать десерт, чувствуя, что краснею под ее злобным взглядом.

После кофе мне понадобилось в дамскую комнату. Разумеется, мой путь лежал мимо столика, за которым сидела пара, поэтому я терпела сколько могла, в надежде, что они быстро закончат ужин и первыми покинут ресторан.

Но они не торопились уходить.

Когда я прошла мимо их столика, мужчина встал и направился за мной. Как только за ним закрылась дверь в зал, он схватил меня за талию и притянул к себе.

— О боже, Лорен! — проговорил он, уткнувшись мне в волосы. — Почему ты не позвонила мне?

Я попыталась его оттолкнуть, но он крепко держал меня.

— Я думал, ты умерла. Почему ты не отвечала на мои звонки? Я отправил тебе кучу сообщений, просто с ума сходил от беспокойства.

— Оставьте меня, — умоляла я, тщетно пытаясь высвободиться из его хватки. — Я вас не знаю.

Он отшатнулся, словно я его ударила.

— Ты разыгрываешь меня? Лорен, как ты можешь!

В это мгновение дверь за его спиной распахнулась и на пороге появилась женщина, которая сидела с ним за столом.

— Как ты смеешь весь вечер пялиться на моего мужа! — возмущенно завопила она, с ненавистью глядя на меня. — У тебя что, своего мужа нет?

Несколько секунд я затравленно смотрела на них, потом резко толкнула дверь с надписью «Для дам» и защелкнула замок. Чувствуя себя в относительной безопасности, я прижалась спиной к двери и попыталась собраться с мыслями. Теперь женщина кричала на своего мужа, называла его распутником и волокитой. Пока они выясняли отношения, я решила не терять время даром и использовать туалет по прямому назначению, если уж все равно оказалась там. Еще несколько минут женщина колотилась в дверь и требовала очной ставки, но я не отвечала, и она, вероятно, ушла, потому что вскоре я услышала тихий вкрадчивый голос мужчины:

— Лорен, выходи. Она уехала домой. Не будь так жестока, я ведь люблю тебя!

— Уходите, — ответила я — Я понятия не имею, кто вы такой.

— Мы можем больше не скрывать наши отношения, — говорил он. — Фелисити все знает. Ты обещала рассказать мужу, собиралась бросить его, неужели ты передумала?

— Я была в больнице, — ответила я через дверь. — И ничего не помню. У меня амнезия, поэтому давайте ничего не будем менять. Я останусь с Грантом и детьми. Я им нужна!

— Мне ты нужна больше, чем им, — горячо шептал он. — Детьми ты все равно не занимаешься. Ты же сама жаловалась, что они сводят тебя с ума, и обещала уехать со мной!

— Нет. Я бы никогда не бросила детей. Такого я не могла сказать, это ложь.

Я разозлилась. Ни за что не поверю, что Лорен хотела оставить детей. Этот человек, должно быть, неправильно понял ее слова.

— Ты даже искала интернат для своего слабоумного пацана, — внезапно заявил мужчина. — А потом мы собирались уехать. Открой мне, Лорен!

Эти слова были последней каплей. Закипая от ярости, я распахнула дверь и оказалась с ним лицом к лицу.

— Не смей его так называть! Как у тебя только язык повернулся предложить ей такое? Лорен никогда бы не отправила Тедди в интернат!

Я слишком поздно сообразила, что говорю о Лорен в третьем лице. Раскрыв рот от удивления, он смотрел на меня.

— Ты что, действительно потеряла память?

— Похоже на то, — сказал кто-то сзади нас.

Возле открытой двери стоял Грант, он сверкнул глазами на несчастного любовника, потом с болью посмотрел на меня. После минутной паузы, не говоря больше ни слова, грубо схватил меня за руку и потянул за собой.

Около полуночи мы приехали домой. Грант остановил «мерседес» в гараже и вышел, чтобы открыть мне дверцу. На обратном пути мы почти не разговаривали, но когда он помогал мне выйти из машины, то вдруг обнял меня за талию и прижал к себе.

— Бога ради, скажи, что между вами все кончено, и я навсегда забуду об этом, — пробормотал он. — Я все еще люблю тебя, Лорен.

Я испугалась, что он забыл о своем обещании не трогать меня, и отстранилась.

— Грант, что с моим мобильником? — спросила я. — Ты что, забрал его, когда я была без сознания? Я даже не знала, что у меня есть телефон. Значит, ты все это время видел, что он названивает, сходит с ума от беспокойства…

— Он не имел права беспокоиться о тебе, ты моя жена, — перебил он.

— Теперь понятно, почему ты не верил мне. Ты всю неделю знал о существовании этого человека. Какую игру ты затеял?

Грант с силой схватил меня за плечи.

— Это не игра, Лорен, это жизнь. Моя жизнь, жизнь детей. А чего ты, собственно, ожидала? Думала, я принесу тебе телефон и скажу: «Да, кстати, звонил твой любовник»? Может, мне еще напомнить, что ты собиралась бросить нас ради него?

Я покачала головой, и он ослабил хватку.

— Он сказал, что Лорен собиралась отдать Тедди в интернат. Это правда? — спросила я.

— Прекрати говорить о себе как о постороннем человеке! К чему этот спектакль? Мой ответ: разумеется, нет. Мы никогда не отдадим нашего ребенка в интернат. Может, ты и не самая лучшая мать в мире, но я не верю, что ты когда-нибудь этого хотела.

Дверь гаража открылась, и мы увидели Карен.

— Вы собираетесь кричать друг на друга всю ночь или у меня есть надежда спокойно лечь спать?

— Я ухожу, — сказала я и решительно прошла в дом мимо Гранта.

Он попытался снова схватить меня, но я оттолкнула его руки.

— Лорен, останься, мы должны поговорить. Пообещай, что больше не встретишься с ним, и я никогда, ни единым словом не попрекну тебя. Скажи, что ты не любишь никого другого.

Мне стало жаль Гранта, но я ничего не могла с собой поделать, хотя и знала, что мои слова больно ранят его. Разве я имела право обнадеживать его ложными обещаниями, если всем сердцем любила Дэна?

Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. Наконец я медленно покачала головой.

— Прости меня, Грант. Сейчас я не могу об этом думать. Ужасно хочу спать. Доброй ночи.

Я проснулась вскоре после двенадцати. Не сразу сообразив, в каком мире нахожусь, с опаской открыла глаза. До этого дня я всегда просыпалась свежей и бодрой, независимо от того, насколько трудным был прошедший день в одном или другом теле. Но сегодня я чувствовала себя как выжатый лимон.