Анна Мак–Партлин - Заверните мне луну

— Как же он попал в комнату? — спросила она.

Я ответила, что не знаю.

— Странно, — заметила Дориан.

Я надеялась на большее. Она встала, приоткрыла дверь и взглянула на Леонарда, который сидел у окна и наблюдал, как по лужайке скакала птичка. Почувствовав ее присутствие, кот повернулся и уставился на нее. Дориан еще немного понаблюдала за ним, оценивая его состояние, прежде чем закрыть дверь. — Он голодный, — заключила она.

Я не понимала, как это могло быть связано с тем, что мой кот вел себя не вполне адекватно.

Соседка присела.

— У него взгляд измученной супермодели, — засмеялась она.

Я все еще не совсем понимала, что она хотела этим сказать.

— С каких пор он у тебя на диете? — поинтересовалась она.

— С Рождества, — ответила я.

— Хорошо, — сказала Дориан, — тогда все понятно. Он ассоциирует свое голодание с появлением Шона. Вероятно, он думает, что если он убьет Шона, то его наконец — то накормят.

Такое предположение меня озадачило.

— Возможно, ты и права.

— Дорогая моя, мне уже больше шестидесяти. Я всегда права.

Я начала верить, что ее предположение верно, пока она не спросила у меня, не приходила ли мне когда-нибудь в голову мысль отдать Леонарда на лечение. Я посетовала, что уже выложила крупную сумму за услуги диетолога. Дориан глубокомысленно кивнула и напомнила мне о том, что я могла в любой момент отказаться от его услуг. Думаю, что кот услышал ее слова, так как в тот момент, когда она выходила, он побежал за ее ногами. Дор даже не пошевелилась — она просто взглянула на его пухленькую маленькую мордочку и пригрозила ему. Тот попятился.

— Нужно лишь побольше решительности и воли, — сказала она и вышла.

Я взглянула на Леонарда

— Попался! — закричала я и, храбро отвернувшись от него, вошла на кухню.

Чуть позже я поведала Шону о том, что, по моему мнению, стряслось с Леонардом. Он согласился с тем, что это похоже на правду. Мы подумали, что лучше бы было Шону кормить Леонарда. В результате кот лишь помочился прямо на свою еду. В ту ночь мы больше его не кормили, заперли дверь в спальню, а Шон опять спал в сидячем положении. Так продолжалось три дня. На третий день кот съел того самого цыпленка, с которым так некрасиво поступил, после чего с его стороны попыток убийства больше не предпринималось.

Проходили недели, месяцы, и пока Леонард терял вес, Шон и я почувствовали себя настоящей парой. Вначале я сомневалась по поводу его переезда в дом, в котором я когда — то жила с его лучшим другом. Мы подумывали снять квартиру в каком-нибудь другом месте, но в таком случае плата за аренду была бы намного выше. Мне, как и ему, нравился дом, в котором я жила. Мы приобрели новую кровать, но я оказалась не в силах выбросить старую, и Шон предложил просто переставить ее в свободную комнату. Он не был ревнивым, и его ничего не раздражало. Напротив, он понимал меня, за что я любила его еще сильнее.

Ноэль уже год как был в отъезде. В то воскресенье мы с Шоном гостили у моих родителей. У моего отца все еще были проблемы с венами, а у матери сильно болела голова. Шон, казалось, не обращал внимания на нищету, царившую в моем доме.

— Как идут дела на работе? — поинтересовался он у моего отца.

— Жутко, — грустно ответил мой отец.

Затем Шон спросил у моей мамы, как у нее обстояли дела на уроках по игре в бридж.

— Я безнадежна, — ответила она.

Она сникла прямо у меня на глазах. Мне стало ее жалко.

— Шона повысили на работе, — радостно объявила я. Услышав мои слова, родители оживились, и стало понятно, что они искренне за него рады — Он скоро станет редактором нового журнала, который начнет выходить в мае.

Моя мать была поражена, потому что само слово редактор производило на нее сильное впечатление. Однако она не могла не заметить, что в мужских журналах пишут о всякой ерунде.

— Я имею в виду, что мужчины ни черта ни о чем не знают, — пояснила она.

Я смеялась над ней, в то время как Шон с отцом улыбались друг другу.

Зазвонил телефон. Это был Ноэль. Моя мама чуть ли не залезла на отца, пытаясь скорее завладеть трубкой. Внезапно их настроение улучшилось. Мама просто сияла, и в каждом ее предложении звучало слово «сын», в то время как отец упорно кричал в трубку, несмотря на то, что разговор был мирным.

Когда же я наконец — то дождалась своей очереди поговорить с ним, то он сообщил мне, что находится в Африке. Я тотчас представила его загорелым, с короткими волосами, остриженными под хиппи, с бутылкой Кока — колы в руках и играющего в покер с подозрительными лицами, пока он не упомянул, что сестра Августина и матушка Бернадетта подбросили его в деревушку, чтобы тот позвонил. Я поведала ему о наших отношениях с Шоном. Конечно же он уже знал все о нас и обозвал меня тугодумом. Последний раз мы разговаривали с ним целых четыре месяца назад, и я жутко по нему соскучилась за это время. Я назвала его щекастым недотепой, к полному неодобрению моей матери.

— Эмма, ну ради всего святого! — почти прокричала она.

Я могла поклясться, что умудрилась услышать, как в тот самый момент Ноэль улыбнулся. Я поинтересовалась у него, когда же он все-таки собирается возвращаться домой, на что тот ответил, что определенно вернется в этом году. После этих слов мне пришлось попрощаться с ним, так как Шон вырывал у меня трубку. Заполучив ее, он не стал много разговаривать, а лишь кивал головой, после чего продолжил разговор в коридоре.

По дороге домой я спросила у Шона о предмете их разговора, но он ничего не ответил и лишь улыбнулся в ответ. Это меня очень разозлило, и я напомнила ему о том, что являюсь капризной девушкой и так просто от него не отстану. На это он предпочел не реагировать. Добравшись до дома, мы занялись любовью, и я совсем позабыла про то, что меня насторожило.

Через две недели в воскресенье Шон не смог отправиться со мной ужинать к родителям, поэтому я нехотя поехала одна. Мы вместе с ними сидели за обеденным столом и обсуждали, насколько улучшилось состояние Леонарда благодаря диете, когда в дверь позвонили. Мама встала, чтобы открыть. Мы с отцом обсуждали количественное содержание жира в тунце, когда услышали пронзительный крик матери. У меня сердце ушло в пятки, и я почувствовала, как что — то неприятно кольнуло в области живота. Отец мгновенно вскочил, но я опередила его. Мы вбежали в холл в ожидании чего — то ужасного, но обнаружили там маму в объятиях Ноэля и Шона, который стоял и улыбался рядом с ними. Отец обнял сына и маму. Эта картина чем — то напоминала сцену из фильма «Семья Уолтонов».

— Эй, хм… — произнес Ноэль, улыбаясь из-за отцовского плеча. — Вы по мне скучали?