Джейн Фэллон - Ты свободен, милый!

Софи уже ждала ее, когда Хелен прибыла в винный бар недалеко от станции метро «Рассел-сквер». Хелен перестала спрашивать себя, почему она встречается со своей бывшей соперницей для того, чтобы выпить и поболтать, — их посиделки просто вошли в привычку. Она даже стала ждать их с нетерпением. И когда она позволяла себе задуматься, что, в общем, летит в пропасть, она быстро гнала от себя неприятные мысли. Они довольно мило поприветствовали друг друга, но Хелен сразу поняла, что Софи не по себе, и на самом деле, как только они заказали выпивку, Софи перешла прямо к делу.

— Я просто хочу выяснить кое-что, — сказала она грозно. — Я уверена, у тебя были причины, но почему ты сказала Лео, что у тебя есть бойфренд?

Хелен ожидала разговора о том, почему она отказалась работать на Лео, но только не этого. Ей пришлось быстро соображать.

— Э… потому что это так и есть, в некотором роде. Ну, на самом деле между нами все кончено, я ему так и сказала, но он не принял разрыва. Я в общем и целом считаю себя одинокой — вот почему я никогда не говорила тебе о нем, — но ситуация слишком запутанная, и мне не хотелось ни с кем делиться. Особенно с симпатичными мне людьми.

На лице Софи появилось облегчение. Она немедленно поверила Хелен, потому что принимала все за чистую монету. Ей очень хотелось думать хорошо о тех, кто ей нравится, — что, конечно иногда оборачивалось против нее самой.

— Я знаю, ты просто не хочешь впутывать его. О боже, Элинор, надеюсь, я не навредила тебе! Я сказала ему, что у тебя никого нет, а потом так удивилась, когда он передал мне твои слова…

— Все в порядке. — Хелен готова была сквозь землю провалиться. — В любом случае нет никакой разницы. Пока я не разберусь с собой, мне кажется, нам с Лео нужно держаться подальше друг от друга. Чтобы не привыкнуть раньше времени — ну, ты понимаешь.

— Значит, ты поэтому отказалась работать на него — или действительно слишком занята?

— Я просто думаю, что мы не должны ставить себя в потенциально фальшивое положение. Так что да, боюсь, я ему наврала. Но мне показалось, так будет проще. Мне действительно жаль, что я расстроила его… а тебя поставила в неловкое положение…

— Лео мне небезразличен, — сказала Софи. — И я хотела бы видеть, что он счастлив в отношениях — в особенности с тем, с кем я сама дружу. А вообще мне нужно перестать его сватать. Послушай, я скажу ему, что твой бойфренд существует. Просто чтобы он о тебе плохо не думал.

— Спасибо. — Хелен должна была почувствовать себя лучше, но этого не произошло. Какая разница, нравится ли она Лео, или он ненавидит ее, теперь она не могла иметь с ним отношений.

— Ну, — сказала Софи, — расскажи мне о своем бойфренде. Как его зовут? Что он собой представляет?

О черт. О боже. О черт!

— Сказать честно, мне не очень хочется рассказывать, — неуверенно начала Хелен.

— Ничего, я понимаю. Вы живете вместе?

— Мм… ну да. Я хотела бы, чтобы он ушел.

«И почему я вечно вляпываюсь в истории?» — думала Хелен, яростно пытаясь найти способ перевести разговор на другую тему.

— Боже. — Софи, кажется, прониклась сочувствием. — Не можешь ли ты просто выбросить его пожитки на улицу и сменить замки?

— Я хотела бы. Но я не могу. Он не сделал ничего плохого. Я просто не… хочу быть с ним больше. Он ни в чем не виноват.

— Ты такая хорошая, — сказала Софи, совершенно не представляя, какая ирония заключена в ее словах.

— А у тебя что происходит? — спросила Хелен, меняя тему.

Она попыталась вспомнить, упоминала ли Софи о родительском собрании в последний раз, как они виделись, но решила не рисковать. Как выяснилось, она могла бы не осторожничать, так как Софи сразу ей обо всем рассказала.

— Неужели Хелен в самом деле сказала, что ненавидит, когда девочки приходят? — недоверчиво переспросила Хелен. Вот гад! Изобразил ее негодяйкой (да, да, да, она такая и есть, ну и пусть), только чтобы добиться сочувствия.

— Прямо не сказал, но намекнул. Конечно, трудно сразу принять чужих детей, но даже если так… Сказать по правде, я была бы рада, если бы они какое-то время с ней не виделись. У меня такое чувство, что она пытается подкупить их, и поэтому я нервничаю — что, если она преуспеет?

— Может быть, ей не хватает опыта в общении с детьми. Ты знаешь, некоторые люди не уверены, как лучше поступить, — только, ради бога, не думай, будто я ее защищаю, — сказала Хелен, которая именно что защищала себя — настоящую.

— В общем, теперь я не знаю, что произойдет. Он будет водить их в зоопарк или куда-нибудь еще.

— Что, каждую неделю?

— Не знаю… может быть, в парк.

— Почему ты не разрешаешь ему навещать их у вас дома? — Хелен уже предвкушала долгие одинокие вечера у телевизора — мир, покой и никаких рядом озлобленных, угрюмых девочек-подростков.

— Ни в коем случае, — сказала Софи, разбивая мечты Хелен. — Я не хочу уходить из дома каждое воскресенье в ближайшие десять лет.

— Тебе и не нужно будет. Послушай, детям будет только лучше оттого, что Они увидят, что вы способны находиться рядом и не вцепляться друг другу в глотки…

— Но мы будем… еще слишком рано, слишком скоро.

— Ты сама сказала, что тебе уже лучше — и потом, речь идет всего об одном вечере в неделю. Какая альтернатива?

— Что мои дети будут расти в «Макдоналдсе» или со злой мачехой, которая их ненавидит, — неохотно признала Софи. — Может быть, ты права. Мы не обязаны делать так всякий раз, я полагаю, — может быть, правда, пригласить его на ближайшее воскресенье? Посмотрим, как пойдет. Я всегда могу спрятаться на кухне, если он начнет действовать мне на нервы.

— Может быть, он поймет, как много потерял, и захочет вернуться.

— Ну ладно, — сказала Софи. — Хочешь еще выпить?

Позже, когда Софи пропустила еще пару стаканчиков вина, она сказала:

— Знаешь, а ты по-настоящему нравишься Лео. Может, позвонишь ему как-нибудь, когда избавишься от своего… кстати, как его зовут?

— Э… Карло, — сказала Хелен. Ну все, приехали. — Не знаю, честно говоря, я не хочу об этом думать. Пока.

— А ты все-таки подумай. В самом деле. Между прочим, — продолжала Софи, — я убедила его, чтобы он заказал рекламную кампанию фирме Мэтью. Не знаю, почему мне нужно убедиться, что для Мэтью все оборачивается хорошо, — какое мне дело, разорвали они с Лео отношения или нет?

— Ты, вероятно, все еще любишь его.

— Нет!

— Нет, любишь, не могла же ты вот так взять и разлюбить.

— Хрен собачий, — страстно произнесла Софи.

Еще два бокала вина, и Софи перешла в фазу пьяной сентиментальности.

— Ты права, я еще люблю его. Я скучаю по нему. — На глазах у нее выступили слезы. — Не так сильно по тому, какой он сейчас, но я скучаю по тому, что мы были семьей и делили горе и радость. Мне горько от мысли, что у меня была превосходная жизнь, и я была счастлива. Вот что особенно противно — оказывается, меня много лет обманывали. Я думала, что мы счастливы, а оказалось, что все не так.