Линда Чейтер - Дьявол по имени Любовь

— Почему вы думаете, что я так вас назвала, дорогая?

— Я сама слышала это. На моей свадьбе. И не притворяйтесь, что не знаете, о чем я говорю.

Элинор оглядывала комнату, стараясь не встречаться со мной взглядом.

— Ах, на свадьбе! — беспечно сказала она, взяв пульт дистанционного управления, который я только что положила, включив телевизор. — Вам не следовало обращать внимания на то, что я говорила на свадьбе. — Элинор положила пульт на стол, суетливо стараясь поместить его рядом с коробкой бумажных салфеток и сложенным пополам журналом. — В таких случаях я перевозбуждаюсь и становлюсь слишком эмоциональной. Мой психоаналитик считает причиной этого травму, полученную в далеком детстве. Видимо, я постоянно пытаюсь сублимировать свои чувства, говоря прямо противоположное тому, что ощущаю. Это звучит, конечно, нелепо, но я-то уверена, что это правда. — Элинор бросила на меня взгляд, пытаясь понять мою реакцию, и визгливо рассмеялась: — Мне приходится платить ему двести долларов в час. Поэтому я вынуждена соглашаться.

Меня восхитило ее присутствие духа. Эта женщина так владела собой, что она сумела бы выбраться из запертого сейфа, если бы пожелала.

— Давайте поговорим начистоту, Синди, — предложила она, стараясь поскорее сменить скользкую тему. — Харли обеспокоен весьма деликатным вопросом, и едва ли вы пожелаете обсуждать его с ним. Когда вы в последний раз были у гинеколога?

Я смотрела на нее растерянно:

— А зачем мне это?

— О, дорогая! — Элинор вздохнула и закатила глаза. — Не говорите, что у вас нет карты оптимальных возможностей воспроизводства! Или что вы не пытаетесь приспособить свой образ жизни к своим циклам.

— Не знаю, о чем вы толкуете.

Она взяла свою сумку и, щелкнув замочком, вытащила и протянула мне карточку:

— Это карточка моего гинеколога. Рекомендую вам договориться о визите к нему как можно скорее. Когда пойдете на прием, захватите с собой свой календарь. Вам следует провести наблюдения за своими циклами в соответствии с его расписанием и так далее. — Элинор улыбнулась: — Вы сами сможете спланировать свои циклы, как захотите, если будете принимать назначенные им лекарства. Тогда вы сможете не беспокоиться из-за того, что ваш организм удерживает воду, а в связи с этим увеличивается вес. Вам будет незачем тревожиться о том, что ваш вес изменится, а потому придется заказывать новые платья. Или о том, что в тот день, когда будет намечен важный для вас обед, у вас возникнут проблемы из-за системы физиологического контроля. — Элинор нахмурилась и посмотрела на дверь. — Что же касается всего остального, дорогая, не позволяйте Харли слишком торопить вас. Деторождение слишком серьезно, и его следует планировать заранее. Нельзя плыть по течению, предоставив все судьбе. Иначе вы рискуете получить ребенка с нежелательными генами, не с тем цветом глаз, какой бы вы хотели, или даже не того пола.

— Не того пола?

— Ну да, то есть родите девочку вместо мальчика или наоборот. Вам придется соблюдать определенную диету, и тогда ваши дети будут рождаться в задуманной вами последовательности. По-моему, лучше, если вначале родится мальчик. Воспитывая сына, можно допустить несколько ошибок: мальчики более гибкие. К тому же это послужит вам практикой, и вы основательно подготовитесь к тому моменту, когда на свет появится хорошенькая маленькая девочка. — В глазах ее застыло мечтательное выражение. — Л потом придется подумать об их образовании и решить, какую систему ценностей выбрать для детей. Следует заранее подумать и о том, кто будет за ними приглядывать изо дня в день. Нельзя же оставлять их на одну мексиканскую няньку.

— Но я не хочу детей.

— Бросьте, теперь все хотят иметь детей. Люди заподозрят неладное, если вы не обзаведетесь ими. Выбрать разумный и правильный момент для такого шага — хорошее капиталовложение. К тому времени, когда вам исполнится сорок, мальчик уже перестанет путаться под ногами и будет сам зарабатывать на жизнь, а девочка останется еще маленькой, и, если вы будете правильно одевать ее, люди сочтут вас молодой матерью. Когда же она подрастет, вам будет с кем поговорить, если у Харли начнутся романы.

— У Харли — романы! — прыснула я. Почему-то эта мысль показалась мне очень забавной.

— Конечно, — уверенно отозвалась Элинор. — Поверьте, так всегда бывает.

— А у вас есть дети? — спросила я.

— Только один — мальчик. Видите ли, Арни — мой второй муж, и к тому времени, когда мы поженились, было уже слишком поздно заводить второго ребенка. А мне всегда хотелось иметь маленькую девочку.

Черт меня побери, если я когда-нибудь уподоблюсь ей!

— Какой он? — поинтересовалась я. — Ваш сын? Элинор извлекла из сумки пудреницу и начала изучать свое лицо.

— Сейчас я очень редко вижу его. У сына своя жизнь. — Помолчав, она подняла глаза от зеркальца и жалобно посмотрела на меня. — Он лысеет! Что подумают люди о моем возрасте, когда увидят меня рядом с ним? А сын такой невнимательный. Он даже не надевает шляпу, выезжая со мной в общество!

Элинор дрожащей рукой накрасила губы. Кажется, это признание выбило ее из колеи. Я незаметно улыбнулась, испытав облегчение оттого, что у Элинор тоже есть слабости и даже в столь продуманной и столь хорошо организованной жизни иногда случаются просчеты.

— Что это за слухи ходят о том, будто вы отправились одна на какой-то грязный общественный пляж? — вдруг спросила она, резко меняя тему. — Значит, вы не усвоили того, о чем я вам говорила?

— А почему мне нельзя отправиться куда-нибудь одной? — возмутилась я. — Почему я не могу вести себя так же, как все?

— Потому, моя дорогая девочка, что, как я уже говорила вам, вы не принадлежите к категории ординарных людей. Вы, дорогая, — лицо «Лапиник», а к тому же еще и миссис Синди Брайтмен. На вас лежит груз ответственности. У вас есть обязательства перед публикой.

— Какие именно?

— Вы, вероятно, не понимаете, как функционирует компания, — вздохнула она. — Полагаете, люди платили бы огромные деньги за продукцию «Лапиник», если бы считали, что им ее продает тот, с кем они могут столкнуться в очереди на автобус? Кто-то такой же, как они?

— Да какая разница? — рассмеялась я. — Какая разница, кто продает? Ведь продукт не становится от этого хуже. Люди платят за его качество, не так ли?

— А вот тут, моя дорогая, — решительно возразила Элинор, — вы совершенно не правы. Меньше всего их интересует качество продукта. Люди покупают его благодаря вашему имиджу. Каждый раз, приобретая флакон духов или баночку крема, люди покупают частицу вас, вашего образа, и ставят их на свой туалетный столик, чтобы они вдохновляли их мечты. Покупая продукцию «Лапиник», люди говорят себе, что могли бы стать такими же счастливыми и удачливыми, как вы. Они думают, что, проснувшись однажды утром, окажутся в волшебной стране, где превратятся в прекрасных принцесс, станут богатыми и знаменитыми и выйдут замуж за принцев. — Элинор глубоко вздохнула. — Гуляя по пляжу и позволяя увидеть в себе самую обычную женщину, вы разрушите их мечту! Обесцените ее! Неужели вам это не ясно?