Джеки Коллинз - Лжецы и любовники

Он бросил трубку. Настроение резко поднялось. Спать он, конечно, не мог. Какое там — спать? Дом погиб со всем содержимым — не может же он не думать о своем утраченном имуществе? При этой мысли ему делалось дурно. Дом был для Криса воплощением всего, чего он добился. Теперь дома не стало, и с этим ничего нельзя было поделать.

А на улице продолжал хлестать дождь.

И ничего нельзя сделать. Мерзкое ощущение полного бессилия!

Глава 28

Беверли взялась представлять интересы Либерти, направилась к режиссеру и решительным тоном объявила, что новая исполнительница согласилась сниматься за тысячу баксов за два дня работы.

— Вопрос уже решен, — ответил Малик. — Ей начислят по две штуки в день. Босс на нее глаз положил.

— Надо зафиксировать это на бумаге, — отреагировала Беверли, старательно скрывая свое изумление.

— На бумаге? А если наликом? — предложил Малик. — Бабки в карман — и гуляй.

— Налик подойдет, — согласилась Беверли и тут же подумала, что надо бы стребовать с Либерти комиссионные. Впрочем, это скорее в шутку — в последнее время Беверли стала исповедовать теорию, что отдавать надо безвозмездно. И это сработало: она познакомилась с Четом — единственным приличным парнем за много лет.

Когда она сообщила Либерти о размере определенного ей гонорара, та от неожиданности лишилась дара речи.

— Две тысячи в день? Ты ничего не напутала? В день?

— Не пугайся. Ванессе наверняка платили куда больше. А кроме того, — поддразнила Беверли, — ты понравилась Деймону. Кроме шуток!

— Правда? — переспросила Либерти, стараясь сохранять хладнокровие.

— Так режиссер сказал.

Либерти не хотелось даже спрашивать, как это надо понимать. Она разыскала Синди, но та была в ворчливом настроении.

— Ха! — сказала кузина. — Меня тут заставляют крутить голым задом перед камерой, а тебе достаточно будет стоять разукрашенной, как примадонна. — Синди уставилась на свое отражение в большом зеркале. — Че-ерт! — протянула она. — Это нечестно.

— Ты еще больше возмутишься, когда услышишь, сколько мне собираются платить.

— Больше меня? — прищурилась Синди.

— Две штуки в день, — ответила Либерти, все еще не веря, что заработает такую кучу денег, практически ничего не делая.

— Ого! — воскликнула Синди и запрыгала на месте. — Вот заживем! Наконец-то купим себе телик с плоским экраном — сколько мы о нем мечтали? Я даже не против, что ты получишь больше меня.

— Сначала надо будет рассчитаться по долгам, — напомнила Либерти. — Ты себе не представляешь, сколько у нас накопилось неоплаченных счетов! Ты же с ними возиться отказываешься, все — я…

— Просто у тебя это лучше получается, — сказала Синди, поправляя свой так называемый костюм. — Ты у нас умом блещешь, а я — телесами.

— Это точно! — рассмеялась Либерти.

— Ты бы маме позвонила, — напомнила Синди.

— Это еще зачем?

— Сказать, чтобы завтра приходила к моей маме. Отметим это дело.

— Не уверена, что хочу ее видеть, — с сомнением проговорила Либерти. — Никак не пойму, почему она мне раньше об отце ничего не рассказала? Зачем столько лет ждала? Это нечестно.

— Может, она думала, что тебе лучше не знать, что твой отец умер. Дескать, пусть лучше живет с надеждой.

— Да, — согласилась Либерти, — с пустой надеждой.

— Давай сейчас не будем об этом, — сказала Синди. — Место, да и время не подходящее.

— А когда и с кем мне об этом говорить? — проворчала Либерти.

— Завтра нам когда приходить? — спросила Синди, меняя тему.

— В десять. Беверли говорит, в мире рэпа рано не встают.

— Слушай, эта Бев такая классная! — восторженно воскликнула Синди. — Завтра попрошу ее мне тоже брови выщипать. Говорю тебе: это благодаря бровям тебе так повезло. И ведь Деймон тебя еще такой не видел. Вот увидит — прогонит свою старуху и станет жить с тобой. Миссис Деймон П. Доннел. Неплохо звучит, а?

— Замолчи, Синди! — Либерти оглянулась с опаской — вдруг кто услышит. — Больше чтобы я этого не слышала! И вообще, не велика честь — сняться в каком-то рэперском видеоклипе. Я это делаю только из-за денег. Главное, что мне нужно — чтобы Деймон меня прослушал.

— Ну, конечно, — язвительно протянула Синди. — Я тебе верю.

Уже было поздно, когда Либерти наконец одели к съемкам. Прыткий Джимми ее появлению обрадовался, правда, Беверли говорила, что он любой юбке рад. Толстухи уже изнемогали: они провели на съемках целый день, делать особенно было нечего — только попой крутить, а конца все не видно. Они в изнеможении слонялись по студии, а из динамиков продолжал нестись рэп.

«Слова — отстой, а музыка классная», — снова подумалось Либерти, когда она предстала перед режиссером.

Малику не понравилось, как она выглядит, что моментально ввергло Либерти в сомнения. Он потребовал нарастить волосы подлиннее, грим сделать более экзотичным, а платье — более облегающим. Вместо съемок продолжались репетиции. Наконец Малик принял решение.

— Тебя завтра запишем, — сказал он. — Деймон хочет, чтобы ты выглядела безупречно. И я — тоже.

М-мм… Деймон хочет? Интересно. Особенно в устах человека, который до сегодняшнего дня ее даже не замечал.

Она думала о предложении Беверли свести ее с модельным агентством. Конечно, это не идет ни в какое сравнение с работой в кафе. Надо бы спросить, насколько серьезно это предложение. Если да, она согласится.

Настало время рискнуть, и она была готова!

Глава 29

В сообщении, оставленном Джанной на автоответчике, говорилось, что она надеется, что Джет встретит ее в аэропорту.

Ну, естественно. Джанна всегда получает то, что хочет.

Он расстарался и заказал лимузин. Почему бы не встретить девушку с шиком?

Джанна спустилась с трапа, прошла таможню и зашагала по длинному коридору аэропорта Кеннеди в своих высоченных сапогах под леопарда и шоколадного цвета пальто от Прады с пояском. Ее тут же стали фотографировать. Фотографы, наудачу крутящиеся в аэропорту, не знали, кто она такая, но по ее виду безошибочно угадывали знаменитость.

Едва завидев шагнувшего навстречу Джета, Джанна распростерла объятия и вскричала:

— Ciao, carinol До чего же molto bene видеть снова своего возлюбленного!

С чего бы это он — ее возлюбленный? Ах да, конечно, они ведь даже живут вместе.

— Привет, крошка! — Он обнял ее. — Вкусно пахнешь.

— Да ты что? От меня самолетом несет. — Она сморщила носик. — Гадость! Мне надо под душ.

— В какой отель тебя отвезти? — спросил Джет и подхватил ее неподъемный чемодан от Луи Вюиттона.