Юлия Туманова - Море волнуется — раз

А телефон не смолкал.

— Ответь, — Сенька сунул трубку брату в ладонь.

— Почему я? Ты его нашел.

— Не устраивай детский сад, отвечай!

— И что я скажу? И зачем? Может, подождем, и он сам успокоится?

Семен досадливо почесал за ухом и выхватил телефон обратно.

Лучше ответить и по ходу дела сообразить, что говорить, чем ждать, пока неведомые родственники — или кому там понадобилась Глафира?! — поднимут тревогу.

— Алле? — пропищал он, зажав нос двумя пальцами.

Степан при этом многозначительно закатил глаза. Артист погорелого театра!

— Ты что это? — услыхал Сенька веселый мужской голос. — Дрыхнешь? Или простыла? Как там погодка-то?

Это риторический вопрос или надо отвечать? Семен с тоской покосился на Степана, который и не думал помогать.

Вот блин! Надо было выкинуть этот телефон к чертовой матери, а Глафире новый купить!

— Как приз-то? — надрывался невидимый собеседник, с каждой секундой все более веселясь. — Получила уже? Не обижаешься? Эй, ты заснула, сестрица?

Ситуация немного прояснилась. Стало быть, у Глафиры есть брат, которому приспичило звонить с утра пораньше и выяснять, получила ли она какой-то приз и что там с погодой на Черноморском побережье. Вот любознательный малый!

— Кхе, кхе, — сказал Сенька мимо трубки и зажал нос поплотней, — не, я не сплю, я тебя слушаю.

— Что-то мне твой голос не нравится, — заволновался родственник невесты, — ты точно нормально себя чувствуешь? Что мне родителям-то сказать? Они, кстати, шлют тебе большой привет и спрашивают, купила ли ты обратный билет?

— Угу, — откликнулся Семен.

— Значит, не купила, — вздохнули на том конце провода, но тут же снова оживились, — а знаешь, кто тебе еще привет передает? Томка!

Семен не знал, что следует предпринять после этого заявления, в котором звучал щенячий восторг. То ли он теперь должен разделить эту безграничную радость, то ли просто передать неизвестной Томке пламенный привет.

— Знаешь, — неожиданно собеседник перешел на шепот, — мы, наверное, поженимся. Я еще не придумал, как ей сказать, но уже все решил. Слышишь, сестренка? И где только мои глаза были все это время?

Вот этого Сенька точно не знал, поэтому снова промолчал.

— Ладно, что-то я того… разболтался. У тебя деньги-то на счету остались?

— Угу.

— А на билет есть? Сегодня же купи, ладно? Все-таки у тебя работа, ты не забыла? Тебя отпустили только на неделю.

Дав еще парочку ценных указаний и бросив в трубку «целую», братишка отключился. Сенька задумчиво потер телефоном переносицу.

— Что-то мне это не нравится.

— Еще бы, — усмехнулся Степан, — обманывать всегда неприятно. Но вообще-то все прошло отлично. Теперь братец успокоился и на поиски пропавшей сестрицы не помчится. Поехали.

— Погоди. Мне кажется, мы с тобой что-то напортачили.

— В смысле?

Семен посмотрел на трубку, потыкал какие-то клавиши и затем долго изучал определившийся номер, с которого звонил развеселый Глафирин братец.

— Теперь ты знаешь его телефон, — прокомментировал Степа, — и что с того? Станешь звонить по ночам и дышать в трубку?

— Не язви. Все очень серьезно. Он звонил черт знает откуда. Смотри, код совсем незнакомый. Восемьдесят четыре двенадцать — это не Питер, ли? — Семен закусил губу, и тут же ответил себе: — Нет, Питер — это восемьсот двенадцать. Да не важно! Этот братишка не местный, ясно?

— Ну и что?

— А то. Он велел ей купить билет и возвращаться домой. Разве Глафира живет не в Сочи?

От изумления Степан даже приоткрыл рот.

— Давай не будем гадать, — предложил он через некоторое время. — Давай поедем все-таки и выясним на месте…

— Выясним мы! А вдруг эта девчонка вовсе не Глафира? Что тогда делать?

— Как не Глафира? А кто же это, если не Глафира? Ты что вообще несешь? Может, она действительно то здесь, то в другом городе живет. А что? Такое на каждом шагу встречается!

Сенька в большом раздражении стукнул себя по колену.

— Он и по имени-то ее не называл!

— Перезвони и спроси, как зовут его сестру, — посоветовал Степан.

— Давай лучше звонить Темычу, — тусклым голосом решил Сенька.

— Да ты что!

— А то! Мало ли что! Как мы им теперь на глаза-то покажемся?

— Хватит ныть! Не могли мы так ошибиться, понимаешь, не могли! И что ты Темычу скажешь, а? Чтобы он в паспорт ей заглянул?

Сенька очумело захлопал глазами. Конечно! Паспорт, вот как просто!

Отпихнув брата, Семен полез за отброшенным в угол рюкзаком. Вынув на свет божий расческу, влажный купальник, маленький изящный кошелек и полотенце, он растерянно протянул:

— И все?

Учитывая, что девицу они похитили в разгар рабочего дня, содержимое рюкзака было скудноватым. Где, спрашивается, пухлый блокнот, куда следует записывать указания шефа? Ключи от сейфа и офиса? Ноутбук? Ладно, допустим, до ноутбука она еще не доросла, но хоть косметичку-то секретарша должна была носить с собой. Без нее ж ни одна женщина обойтись не может!

Купальник и полотенце тоже настораживали.

— Ничего не понимаю, — пробурчал Сенька, — как же так?

— Дай сюда!

Оставались еще карманы рюкзака.

Но там обнаружилась только пыль, несколько монет и старый-престарый, мятый-перемятый троллейбусный билет.

Степан разгладил его и стал внимательно изучать.

— Лупу дать? — осведомился братишка.

— Иди к черту! Слушай, я у нас таких билетов сроду не видел!

— А я что говорю! — Семен схватился за голову. — Мы украли какую-то неизвестную школьницу! Нам крышка!

— Не вопи! Почему сразу — школьницу? Может, Глафира просто не все рассказала Эдику. Может, она только собирается сюда переезжать, потому и работу бросать не хотела, может, только-только устроилась.

Хорошее объяснение. Только неправдоподобное.

— Нету документов? — печально уточнил Семен.

Степа сосредоточенно ощупал рюкзак. Ну вот, конечно! Да никак эта девица — агент разведывательных служб! У рюкзака-то — двойное дно! Снизу едва заметный шнурочек потянешь, и открывается еще один карман.

— Вот! — торжественно изрек Степа и потряс в воздухе бордовой книжечкой в целлофане.

— Открывай! Смотри давай!

Сенька не выдержал и выхватил у брата паспорт Глафиры.

Нет, все-таки не Глафиры.

Паспорт с вклеенной фотографией вчерашней жертвы принадлежал Олимпиаде Антоновне Савченко, 1980 года рождения.

Сенька взвыл и непослушными пальцами принялся листать дальше. И взвыл еще громче. Девица была прописана в городе Кузнецке. Улица Советская, дом 15, квартира 91.

Приплыли.

Степан жарко дышал ему в ухо и пытался сказать что-то, но не мог и только шевелил губами.