Максин Барри - Судьбы

Затем пошли финальные титры, на этот раз слова составлялись из звезд на ночном небе, только в именах основных действующих лиц и режиссера поблескивали луна и солнце. Зажегся свет. В зале стояла полная тишина. Вокруг них потрясенные люди моргали и поглядывали друг на друга.

Паренек, сидящий недалеко от Кира, достаточно громко, чтобы все услышали, произнес:

— Мама моя родная! Я, пожалуй, не поеду на ферму к дяде Элмеру.

Тут все рассмеялись. Так смеются люди, когда спадает напряжение. Ориел начала хлопать. Через секунду все уже бешено аплодировали, свистели и топали ногами.

Кир встал, и все головы повернулись к нему. На подгибающихся ногах он прошел к экрану, где уже стояла и радостно улыбалась его ведущая актриса. Да и было чему радоваться — она только что стала суперзвездой. Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его. Кир повернулся и спокойно посмотрел на критиков. Пусть пишут, что хотят, черт побери. Он знал, что своего добился.

Кларисса взглянула на Говарда Шусмита, потом отвернулась. Говард тоже встал, но все внезапно ринулись к режиссеру — руководители больших студий, критики, репортеры, причем каждый норовил поговорить с «чудо-мальчиком». Так назовет его на следующий день Хедда Хоппер, и это станет его кличкой на ближайшие двадцать лет.

Ориел осталась на своем месте. По ее лицу текли слезы.

— Маленькая, ты в порядке?

Услышав протяжный южный выговор, Ориел повернулась к матери и молча кивнула, разыскивая глазами отца. Дункан выглядел почти таким же гордым, как в тот день, когда он впервые взял на руки свою внучку. Наконец Ориел сказала:

— Правда, он замечательный? Разве я вам не говорила?

Дункан широко улыбнулся.

— Конечно, говорила, милая. Мне кажется, сегодня у меня появился зять-знаменитость.

Ориел смеялась, плакала, обнимала отца, целовала мать и наблюдала, как толпа осаждает Кира. Через некоторое время все переместились в гостиницу «Беверли-Хиллз». Там в ресторане собрались кинозвезды, режиссеры, продюсеры, газетчики и манекенщицы. Метрдотель умело двигался среди них, рассаживая гостей за изогнутые банкетные столы. Лучшие места были отведены Киру Хакорту и его очаровательной жене.

Кларисса удовлетворенно оглядела зал: все было сделано идеально. Кругом огромные букеты цветов, меню, которое она заранее обговорила, выдержано до мельчайшей детали. На серебряных блюдах красовался паштет по-страсбурски, белужья черная икра с рублеными крутыми яйцами и сырым луком была уложена на тосты и украшена ломтиками лимона. Суфле из омаров, телячий язык, черепаховый суп, осетрина и каперсы. Потом жареный барашек и фазаны с острыми приправами. Потом обильный десерт — ромовые бабы, фрукты в ликере, желе и многое другое. Кроме лучших сортов розового шампанского подавали выдержанные крепкие напитки и сладкие вина для дам.

Давно Голливуд не видел такой великолепной вечеринки после премьеры фильма. Всемирно известный оркестр из десяти музыкантов наигрывал мелодии Глена Миллера и более современные джазовые вещи.

— Ну, и как ты себя чувствуешь? — спросила Ориел, когда поток людей с поздравлениями почти иссяк.

Кир откинулся на спинку стула. Галстук-бабочку он уже давно снял.

— Не знаю… — Он встретился глазами с ее насмешливым взглядом и начал смеяться. — Да нет, знаю, — признался он тихо и закричал: — Я чувствую себя великолепно.

Несколько голов повернулись в их сторону, зубы сверкнули в улыбках — у всех было превосходное настроение. В этом городе успех означал все, и, если ты его добивался, люди относились к тебе доброжелательно. Звезды, раньше никогда не обращавшие на него внимания, сегодня подходили к их столику, прощупывая почву насчет возможной роли.

Ориел медленно облизала губы и поднесла руку к вырезу, легонько проведя пальцем от шеи вниз, к ложбинке между грудей. Кир резко перестал смеяться.

— Ты так замечательно себя чувствуешь, что готов проторчать здесь всю ночь? — хрипловатым голосом спросила она.

— Нет. — Кир покачал головой и встал, поскольку Ориел извинилась и направилась в дамскую комнату.

Кларисса заметила, что дочь ушла, и несколько неуверенно опустилась на освободившийся стул. Глаза Кира сразу потускнели, и сердце ее упало. Хотя она и провела в городе две недели после рождения Бетани, у нее не хватило смелости попробовать наладить отношения с зятем. Но она уже начала уставать от этой неопределенности.

— Кларисса, — сказал Кир безразличным голосом, — надеюсь, вам понравилось?

С тех пор как Кларисса снова вошла в их жизнь, Кир держался с ней подчеркнуто предупредительно. Он понимал, как много значит для Ориел ее присутствие, к тому же вынужден был признать, что Кларисса не вмешивается в их дела, всегда идет ему навстречу, предельно вежлива и никогда не появляется, не предупредив заранее. К тому же Кир не умел долго таить злобу.

— Даже очень, — ответила Кларисса. Как лучше предложить оливковую ветвь? — Я искренне рада, что смогла помочь, — заметила она и с надеждой улыбнулась. Кир замер.

— Помочь?

Кларисса успокаивающе положила ладонь ему на руку.

— Это произошло после того, как Ориел позвонила мне в первый раз насчет ребенка. Мне… мне так хотелось сделать что-то для вас обоих.

Кир почувствовал, как все внутри похолодело.

— Вот как?

Кларисса с опаской взглянула на него.

— Разве тебе не пришло в голову, что бюджет картины куда больше, чем Говард обычно разрешает? — начала она. Она всегда думала, что, когда все откроется, Кир будет благодарен. Куда же теперь подевалась эта уверенность? — Я решила, что мне стоит вложить деньги в твою карьеру. Ведь мне так хотелось, чтобы тебе все удалось.

Кир побледнел, но ограничился вопросом:

— Так вы — спонсор?

— Правильно, — подтвердила она, обрадовавшись, что они наконец начали говорить на одном языке. — И должна заметить, что ты достойно использовал мои деньги. Фильм получился прекрасным. И, разумеется, я организовала все это, — добавила она, обводя взглядом зал.

Кир перевел дыхание.

— Кларисса, никогда в жизни я вас ни о чем не попрошу. И Ориел тоже.

Улыбка сползла с лица Клариссы.

— Но… Я полагала, так тебе будет легче. Я хотела, чтобы фильм получился удачным… — расстроенно начала она.

— И чтобы потом ткнуть меня в это носом? Чтобы вы могли всем говорить, что у меня ничего бы не вышло без ваших денег?

Кларисса даже открыла рот от изумления.

— Нет, нет, клянусь. Я… Ну, признаюсь, когда я в первый раз приехала, мне не понравилось, что Ориел живет в такой тесноте. Но я видела, что она счастлива. Я только хотела помочь. — Кларисса сжала его руку. — Мы плохо начали, и все эти годы даже не разговаривали… — Она почувствовала, как начал дрожать голос и набегать на глаза слезы, и тихо чертыхнулась. Полезла в сумку, достала платок и не успела заметить выражения искреннего изумления на лице Кира.