Кристин Волкер - Учебный брак

Не думаю, что солнцеликая Симона сама в это верила.

Глава 31

Через полтора часа мы вышли в центр площадки. Предпоследняя команда — из Стоунмаунта — реально молниеносно носилась по полу. А я наложила в штаны. Практически буквально. Я ходила в туалет уже три раза. Вероятно, мое тело прилагало последние усилия, чтобы облегчить мою гибель. Так же как и мой желудочно-кишечный тракт.

Теперь наступили наши пять минут. Соревнование было более напряженным, чем мышцы моей шеи. Команда из Линкольна установила планку. Конечно, они получили лучший пятый номер. Им удались все прыжки и акробатические последовательности, а еще они сделали этот трюк, похожий на распускающийся цветок, или фейерверк, или что-то еще в этом роде. И все-таки я полагала, что у нас есть шанс.

Если бы вместо меня была Джудит, уверена, наша команда уехала бы со званием чемпиона. Я взглянула на Тодда. Он смотрел на меня. Он подошел и прошептал:

— Что-то выглядит по-другому.

Команда из Стоунмаунта показывала вторую часть своей программы.

— Симона сделала мне макияж, — прошептала я в ответ.

Он поджал губы. Повернул голову так и сяк, чтобы осмотреть со всех сторон.

— Выглядит хорошо.

Я вздохнула:

— Отвали от меня.

— Что это? О, мне показалось, ты сказала «Проткни меня».

О чем он, черт возьми, говорит?

— Проткни меня?

Тодд вытянул руки, сплел пальцы на затылке улыбнулся этой дрянной улыбкой:

— Да. Я решил, ты хочешь, чтобы я тебя отымел.

Мой рот открылся. Я не могла поверить, что он говорит это за несколько минут до нашего выхода.

— Ты отвратительный, развратный пещерный человек, Сеньор Недержание, и я бы предпочла, чтобы меня забили до смерти палкой с гвоздями, чем чтобы ты, — я изобразила пальцами кавычки, — «отымел» меня.

— Видишь? — сказал он с ухмылкой на лице.

— Что?

— Палка? Гвозди? Забита? Да ладно, ты этого хочешь.

Я окинула Тодда своим лучшим взглядом в стиле «я пытаюсь проглотить собственную блевотину».

— Не то чтобы я дал тебе это, — продолжал он, — потому что я знаю, что ты предпочитаешь женщин. Не хочу все портить.

Ну, все, хватит.

Я включила режим секс-котенка и встала. Приблизила свое лицо к его на расстояние пары дюймов и промурлыкала:

— Знаешь, в каком-то смысле ты прав. Потому что я скорее пересплю с Амандой, чем с тобой.

Тодд изобразил страдальческий вид и поднес руку к сердцу.

— Ох!

— Это правда, — сказала я, выпрямляясь и поглаживая руками свое тело, притворяясь, что я действительно сексуальная. Команда из Стоунмаунта закончила выступление. — Как бы мне ни хотелось продолжить этот отвратительный разговор, я должна пойти надрать задницы некоторым чирлидерам.

Я стала в строй за Симоной и остальной командой.

Тодд встал за мной.

— Эй, Принцесса, — прошептал он.

— Ты и Аманда… могу я на это посмотреть?

Я фыркнула и поскакала по полу со всеми остальными.

Типичный Тодд. Любой нормальный человек произнес бы зажигательную речь или еще какую-нибудь неправдоподобную ерунду. Я заняла свою позицию. Тодд далёк от нормального, это уж точно. Зато он за минуту отвлек меня от соревнований. Аманда крикнула:

— Готовы?

Я крикнула:

— Готовы!

И поняла, что Тодд сделал это нарочно. Он отвлекал меня, чтобы я не нервничала.

Команда и я побежали на сцену. Я держала руки так прямо, как только могла, хлопала и улыбалась, как лунатик.

Мы начали «Подхвати лихорадку». В огромной, бросающей вызов гравитации пирамиде в конце все, что я должна была сделать, — это опуститься на одно колено, удержать Симону и взмахнуть одной рукой.

Сделано. Мы опустились и заняли позиции для финального упражнения — «Максимального духа». Только я была где-то в футе или двух от своего места.

Я начала упражнение хорошо. Затем был русский прыжок. Я прыгнула, и у меня даже получилось, но каким-то образом я приземлилась еще дальше вправо. В следующей части Аманда, Такиша и Тэсса Хэтуэй делают двойное кувырканье колесом назад.

Тодд и Джеймар Дуглас выполняют русский прыжок. Кендал Армстронг, Хиллари Ларчмонт, Эйнсли Финн и Марисса Йи делают кувырок назад. Симона делает три сальто вперед и в центр. А Кристина Лавин и я просто машем ногами по бокам. Кристина делает это только чтобы сбалансировать меня. Она, в самом деле, умеет очень хорошо падать.

Но, как я уже говорила, я находилась не на своем месте.

Поэтому, когда Аманда подошла ко мне в середине своего кувырка, а моя нога была на пути к первой серии легко забываемых взмахов, как-то — я и по сей день ничем не могу это объяснить, кроме как несчастливой случайностью и плохим чувством пространства, — но каким-то образом моя нога попала по затылку Аманды.

Сильно.

Ее левая рука также приняла на себя добрую часть удара, но никакой ошибки быть не могло: кости моей ноги прошлись по ее черепу. Мое колено согнулось, а инерция бросила меня вперед. Аманде удалось поставить руки на пол, но в следующий момент боль, должно быть, накатила, потому что она рухнула, сжимая голову руками. Я упала на нее, пытаясь окончательно не вдавить ее в деревянный пол, насколько мне это удавалось с моим нарушенным балансом.

Я все испортила. Я знала это. Все, что я могла сделать сейчас, — это минимизировать негативные последствия. Я посмотрела в лицо Аманде, чтобы понять, что делать. Она буркнула:

— Помоги подняться.

И я подчинилась. Я подхватила ее под мышки и поставила на ноги, в то время как все остальные уже были готовы. Мы встали в финальную позу в тот же момент, как и все остальные.

— ПШШШШШШШ.

Толпа взорвалась. Свистки и гул эхом понеслись по залу. Полагаю, только одно впечатляет сильнее, чем идеальное выступление — чье-то воскрешение. Аплодисменты, казалось, поддержали команду на плаву. Тем не менее, я была уверена, что соревнование для нас проиграно. Команда Линкольн была безупречной, а мы, определенно, ущербными.

Мы прогарцевали обратно к трибуне, чтобы подождать решение судий. Когда мы сели, Аманда держалась руками за голову. Тодд сидел, обняв ее, и шептал что-то на ухо. Какой-то парень-медик принес пакет льда.

Я молилась, чтобы существовала такая вещь, как голос сострадания.

Наконец главный судья вышел в центр спортзала.

Никто не двигался.

Он постучал по микрофону.

Объявил результаты.

Линкольн победил.

Мы вторые. Снова.

В автобусе по пути домой я сидела в одиночестве. Я ожидала этого. Я заслужила это. Но когда мы остановились на школьной стоянке, я стала перед всеми и сказала: