Дженел Тейлор - Настанет день

— Меня до глубины души пробрало, — призналась Кэмми. — А пару раз я вообще едва не разрыдалась. — Вздохнув, она добавила: — На экране это произвело бы и вовсе ошеломляющее впечатление.

— Нет! — отрезал Тай. — Этому не бывать!

— Скажи, это правда? — спросила Кэмми. — Я имею в виду — все ли правда, что там написано?

В её взгляде читалась нерешительность; чувствовалось, что возможный ответ заранее пугает её. Тай стиснул зубы — ему и самому было непросто признаваться. Наконец, сделав над собой усилие, он кивнул. Кэмми негромко ахнула.

— Чудовищно, да? — спросил он.

— Очень страшно, — сказала Кэмми. — И — грустно. И ещё обидно, что твой отец так и не выучился быть настоящим отцом.

Тай насупился.

— Ты что, пытаешься оправдать его? — спросил он.

— Ничуть. Просто я впервые сталкиваюсь с человек, который видит в собственном сыне соперника.

Тай задумчиво посмотрел на Кэмми. Она высказывала его собственные мысли. Кинув беглый взгляд на первую страницу «Порочного зачатия», он спросил:

— Ты это отсюда почерпнула?

— Я никогда раньше об этом не задумывалась, — ответила Кэмми. — но теперь мне кажется, что Самуэль сделал все это намеренно. Он просто сводил с тобой счеты. Во всеуслышание провозглашал, что гордится тобой, а на самом деле безумно тебе завидовал.

Тая её слова ошеломили. Кэмми высказывала мысли, которые сам он никогда в слова не облекал. Мысли, которые нашли отражение в его сценарии. Но не в виде слов, а виде отношений главных героев. Все то, что сказала сейчас Кэмми, там только подразумевалось, читалось между строк. Это была история его отношений с Самуэлем. Разумеется, имена героев Тай изменил. Так ему самому было спокойнее, несмотря даже на то, что последовательность и суть событий излагалась с хронологической точностью.

— Ты, наверное, уже догадался о том, что я сейчас скажу? — спросила Кэмми.

— Не надо, прошу тебя!

— Ты должен послать эту рукопись хорошему продюсеру! — сказала Кэмми.

— Нет.

— Это изумительный сценарий с феноменальной драматической развязкой.

— Изумительный! — повторил Тай, укоризненно качая головой.

— Тай, он просто обречен на сногсшибательный успех, — добавила Кэмми. — Давай взглянем со стороны. Главный герой оказывается в жуткой глухомани на американском северо-западе. Это — крохотный ковбойский городок, настоящий богом забытый уголок, в котором он забывает про свою несчастливую юность и обретает покой и любовь. Но главное — заново открывает самого себя. В этом я вижу смысл твоего сценария.

Тай помотал головой.

— Нет, это вовсе не так. Я изложил здесь историю властолюбивого и безмерно эгоистичного отца, который терпеть не может детей, и тем не менее продолжает плодить их как доказательство собственного бессмертия!

— Это верно, — согласилась Кэмми. — Но ты заложил в сценарий куда более глубокий смысл, и ты сам это отлично понимаешь.

Понимал ли он? Тайлер, будучи достаточно уверен в собственных силах и способностях, тем не менее вовсе не был убежден в том, что сумеет точно передать свои чувства на бумаге. Да, конечно, мать, профессионалка высшего класса, передала ему кое-какие секреты мастерства, но этого было недостаточно. Не говоря уж о том, что Таю вовсе не казалось, что он создал шедевр. Уж слишком личными и выстраданными были все события, которые он изложил в сценарии.

Вот почему он никогда не согласился бы, чтобы его сценарий лег в основу фильма.

— Тебе вовсе принимать решение сегодня, — добавила Кэмми. — Просто я хотела, чтобы ты знал: овчинка выделки стоит. Каждая строчка твоего сценария бьет наповал. Это беспощадная правда. Поверь мне — это именно то, чего все давно ждали.

— Я никогда не смогу выставить собственные жизнь и страдания на всеобщее обозрение, — убежденно сказал Тай. — Те люди, которые пишут книги о своих болезнях и переживаниях — настоящие мазохисты. Они получают удовольствие, выставляя свои беды и язвы напоказ. Я же написал это лишь для того, чтобы излить свои чувства.

Кэмми понимающе кивнула.

— Да, — сказала она с горькой усмешкой. — Вздумай ты опубликовать свой сценарий, и твоего отца, наверно, кондрашка хватила бы!

— Вот, пожалуй, твой первый аргумент, который я готов выслушать! — воскликнул Тай со смешком.

— Я знаю, что ты уехал, потому что не смог смириться с изменой Гейл, — сказала Кэмми. — Самоубийство её потрясло тебя. Не говоря уж о том, что она унесла с собой в могилу и не родившееся, ни в чем не повинное дитя. — Кэмми покачала головой. — Это, конечно, было для тебя страшным ударом. Но окончательно добило тебя подозрение, что она спала с твоим отцом, — добавила она вполголоса. — Это, наверно, и вынудило тебя бежать.

— Я никогда не любил её, — глухо произнес Тай.

— Я знаю, — кивнула Кэмми. — Здесь все это написано. — Она указала на рукопись.

— Гейл уверяла, что не может жить без меня. Однако когда она призналась мне, что ждет ребенка, я сказал, что готов платить ей за него.

— За него? — недоуменно переспросила Кэмми.

— Давать деньги на его содержание и воспитание, — пояснил Тай. — Я вовсе не собирался жениться на ней, да и для неё наш брак не был обязательным условием. — Он грустно улыбнулся. — По крайней мере, я был для неё не лучшим кандидатом на роль супруга. Отец был куда более завидным женихом.

— Ты ведь не можешь знать, о чем она думала на самом деле, — сказала Кэмми, всей душой сочувствуя Таю.

— Я точно знаю, что она ждала ребенка, и ещё знаю, что она спала с Самуэлем. Так, во всяком случае, она сама заявила мне в припадке ярости. Хотя я мог бы и сам догадаться. В последнее время с ней было… очень трудно. — Тай провел рукой по волосам и закрыл глаза, вспоминая. — Гейл считала, что мой отец спал только со шлюхами. И тем не менее, вспоминая все обстоятельства, я думаю, что она изначально хотела быть с ним, а не со мной.

Кэмми кивнула. В «Порочном зачатии» Тай лишь намекнул на это, а теперь подтвердил сам.

— В моих деньгах Гейл не нуждалась. Она жутко нервничала. Не знаю, чем бы все кончилось, сложись наши отношения по-другому. Однако, если верить Самуэлю, то отцом её ребенка был он.

— А ты как считаешь?

— Не знаю. — Тай покачал головой. — Ситуация была до предела запутанной, и мне все это до смерти надоело. К несчастью для Гейл, отец мой был в очередной раз женат, и в то время ещё не помышлял о разводе. Ей нужно было просто набраться терпения и ждать своего часа. Рано или поздно, я уверен, он и на ней женился бы.

— Может, она все-таки любила тебя? — предположила Кэмми. — Может, Сэм был для неё лишь средством, с помощью которого она пыталась расшевелить тебя. Вызвать твою ревность.