Барбара Делински - Дорога к тебе

— Но ведь дело не в деньгах, — внезапно воодушевившись, сказала Кэтрин. — Да зарабатывай вы хоть миллиарды — Рэйчел бы это нисколько не волновало, если бы эмоционально вы были с ней. Но вы были настолько поглощены работой, что утратили жизненные ориентиры. За день вы страшно изматывались, так что вечером на долю Рэйчел и девочек доставалось все меньше и меньше. Я ведь тоже это вижу — вы каждый день приходите сюда с кейсом, ноутбуком и телефоном. Нет-нет, — она предостерегающе подняла руку, — я ничего не имею против. Я думаю, это прекрасно, что вы здесь. Еще я думаю, что если бы вы примерно так же, как сейчас, относились к работе, когда были женаты, то были бы женаты до сих пор. Вот только к чему это приведет теперь? Не смотрите на меня так. У вас озабоченный вид. Конечно, вы беспокоитесь за Рэйчел, но дело ведь не только в этом. Я вижу, как вы разговариваете по телефону, слышу, о чем вы говорите. Сколько вы еще это выдержите?

Джек с минуту молча смотрел на Кэтрин, затем опустил глаза.

— Не знаю, — наконец сказал он.

Он по-прежнему думал об этом, когда вернулся в палату, и потом, по дороге домой. Он думал об этом, когда, проснувшись посреди ночи, обнаружил на постели Рэйчел спящую Хоуп с мокрыми от слез щеками. Думал и утром, когда окончательно проснулся, а Хоуп уже не было.

Сидя на краю постели и потирая затекшее плечо, он все еще не знал, на что решиться. Раскрыв окно и с наслаждением вдохнув прохладный утренний воздух, Джек потянулся и, положив руки на подоконник, выглянул наружу.

Какое это замечательное место! Здесь не нужны шторы, здесь нет таких понятий, как первоначальная цена и вступительный взнос. Все, что здесь нужно, — это ходить, дышать, слушать и смотреть, любуясь окружающей красотой.

Пока что этого ему было совершенно достаточно.

Джек закрыл окно, снял трубку и позвонил клиенту в Боке, чтобы сообщить, что фирма «Сунг и Макгилл» отказывается от проекта. Проект в Боке представлял собой гибрид офисного здания и универсама. Чтобы удовлетворить требованиям одного чересчур скандального члена комиссии, Джек уже в третий раз переделывал этот проект. Да, он понимает, что в случае отказа от проекта ему не заплатят. Но ему все равно не платят за те переделки, которым приходится подвергать вполне приличные проекты из-за каких-то чиновничьих прихотей. Так что он, в сущности, лишь сокращает собственные потери. Большое спасибо и всего доброго.

Когда он повесил трубку, плечо ныло уже не так сильно. Ничего удивительного — ноша ведь немного уменьшилась. Дэвид будет расстроен. Но эта мысль лишь промелькнула в голове Джека и сразу исчезла. А задержалась совсем другая — что ему не терпится сообщить обо всем Рэйчел.

Глава 13

«Окраска и стрижка» обычно открывалась в девять, но Кэтрин, уверенная в том, что лояльность клиента завоевывается, только когда ты стараешься идти ему навстречу, обычно приходила на работу гораздо раньше. Сегодня утром, в среду, к ней в половине восьмого должна была прийти молодая женщина, которая работала консьержкой в местном пансионате. Даже если бы Кэтрин плохо к ней относилась — а это было не так, — она все равно постаралась бы сделать все наилучшим образом, понимая, что Трейси Ламар является ходячей рекламой ее заведения. Ну а с Трейси было просто приятно работать. Она разрешала Кэтрин пробовать на ней любые новшества, а так как у нее были густые каштановые волосы и приятные черты лица, ей шла любая прическа.

Сегодня они договорились сделать Трейси мелирование. Пока Кэтрин с помощью фольги тщательно распределяла ее волосы, прокрашивая пряди в три различных цвета — от светло-коричневого до пепельно-серого, — обе в основном молчали. Ранние клиенты вообще не относятся к числу слишком разговорчивых, а Трейси тем более не нуждалась в терапии, вполне довольная своим мужем (она как раз недавно вышла замуж) и своей работой. Так что в парикмахерской царила тишина, нарушаемая лишь чуть слышной музыкой. И вдруг Трейси — как и Кэтрин, большая любительница чая, — смакуя душистый травяной чай, мечтательно произнесла:

— Вы только посмотрите! Какой красавец!

Кэтрин проследила за ее взглядом. Парикмахерская находилась примерно в квартале от главной улицы Кармела. Несмотря на ранний час, мимо проходило и проезжало довольно много народа, так что, очевидно, Трейси заметила нечто действительно выдающееся. Это был мужчина, бегун, который, однако, промелькнул перед глазами так быстро, что Кэтрин успела восхититься только его трусами и размеренными движениями.

— Вы когда-нибудь бегали? — вновь приступая к работе, спросила она. Просунув конец расчески, она ловко подхватила выбившиеся пряди. Кэтрин знала, что Трейси занимается аэробикой — они часто сравнивали группы и инструкторов, но бег — это уже нечто совсем другое.

— Это не для меня, — сказала Трейси. — Я довольствуюсь теми упражнениями, что уже делаю. Бег для меня настоящая пытка.

Кэтрин принялась прокрашивать кисточкой завернутую в фольгу прядь.

— Вот он снова, — сообщила Трейси.

Кэтрин сначала подумала, что это не может быть тот же самый мужчина, однако техника бега была точно такой же, да и трусы явно были те же самые — синие, нормальной длины. Кэтрин всегда обращала внимание на подобные вещи. Ей не нравились спортивные трусы, которые обнажают пах, и в то же время она не любила длинные и чересчур свободные, в которые можно спрятать хоть памперсы.

— Энергичный парень, — сказала она.

— Он смотрит сюда.

Кэтрин тоже это заметила, теперь обратив внимание на его волосы. Каштановые, с проседью, мокрые от пота и торчащие во все стороны. Она уже видела их раньше.

Кэтрин вновь занялась своей работой — отделить прядь волос, взять фольгу, покрасить прядь, завернуть фольгу; снова отделить прядь, взять фольгу, покрасить прядь, завернуть фольгу. Ей давно хотелось сделать что-нибудь подобное с волосами Рэйчел — добавить им цветовой гаммы. Рэйчел уже почти согласилась, когда случилась эта авария.

Кэтрин сильно тосковала по Рэйчел. Она просто не знала, что будет делать, если Рэйчел не очнется.

Закончив с фольгой и краской, Кэтрин для ускорения процесса включила ультрафиолетовую лампу и снова выглянула в окно.

— Он уже в третий раз появляется, — заметила Трейси. — Вы его знаете?

— Знаю, — вздохнула Кэтрин. — Вам осталось еще минут пятнадцать, — наклонившись к клиентке, сказала она. — Может, принести вам что-нибудь — еще чаю, пирожные?

— Да нет, не надо. — Трейси раскрыла последний номер «Вог». — Идите.

Стянув резиновые перчатки — по иронии судьбы, хирургические, — Кэтрин отодвинула в сторону тележку с красками и принялась проверять свои записи, давая Стиву Бауэру возможность уйти. Но он по-прежнему стоял на другой стороне улицы — уперев руки в бедра, в пропотевшей рубашке, тоже темно-синей. Кэтрин пришлось признаться самой себе, что он выглядит просто великолепно.