Не влюбляйся в рок-звезду - Рейчел Хиггинсон

Он снова потянул меня за волосы.

— Твоя ошибка.

Я искоса поглядела на него.

— Может быть.

После этого мы сосредоточились на еде, разделив спринг-роллы и китайские пельмени. Мы поговорили о парнях, и о том, чем они занимались. Малькольм только что расстался с какой-то актрисой, с которой у него были серьёзные отношения. И был опустошён. А она уже встречалась с кем-то другим. Грэй снова начал учиться и брал онлайн уроки, которые мог совмещать с турами. Теперь его стиль жизни стал более спокойным, потому что ему надо было писать статьи и сдавать тесты между выступлениями. А вот Пит вообще не изменился.

Я также спросила про Кэйда, но с ним не случилось ничего такого, о чём я уже не знала. Он был одинок. И он был упрямым. Он был предан группе и только группе.

Эти парни были трудоголиками. У них не было никакой жизни за пределами группы. Они либо писали музыку, либо записывали музыку, либо играли музыку.

Сейчас они, казалось, были счастливы, но я переживала, что в будущем их мнение могло измениться.

Неужели они не скучали по семьям? По жизни? По хобби?

Чёрт, даже Бреннан умудрился жениться, и у него даже родились дети. Даже он знал, что жизнь не может заключаться только в работе.

Но вместо того, чтобы сказать ему всё это, я собрала наши с Каем тарелки и унесла их в раковину.

— Думаю, мне надо почистить зубы, прежде чем мы начнём. Либо я буду всю ночь плеваться в тебя рисом.

Он жестом указал мне на коридор, ведущий в мою спальню и ванную.

— Валяй. А я пока приготовлюсь…

Он указал на моё пианино в углу. Моим соседям не нравилось, когда я играла поздно вечером, но я всем им написала, предупредив их о том, что буду работать над новым проектом. Я уже была готова разыграть карту "Кая Портера", если кто-то из них начал бы ругаться со мной, но все оказались не против.

Вернувшись из ванной, я увидела, что Кай склонился над пианино и наигрывал спокойную нежную мелодию. Я никогда в жизни не слышала, чтобы он играл. Раньше он мог только нажимать на отдельные клавиши, так как у него были весьма ограниченные познания о том, как функционировал этот инструмент.

Когда я увидела, как осторожно и медленно он играет, что-то необратимое произошло с моим сердцем. Слёзы тут же подступили к моим глазам, и я не могла отделаться от желания упасть на колени и зарыдать.

Его гитара стояла прислонённая к стене, забытая и покинутая. Вместо этого его чарующая мелодия поднималась на самый верх моего лофта с его высокими потолками, рассказывая историю, которую я не знала, и оставляя в моей душе неизгладимый отпечаток.

Когда его голос присоединился к мелодии, мне пришлось обхватить свою шею рукой, чтобы удержать голову на своём теле.

Его хриплый голос напевал слова песни, которую мы написали с ним вместе много-много лет назад. И только тут до меня дошло, что я всё-таки знала мелодию, которую он сейчас исполнял. Я никогда не играла её так, но это была та самая мелодия. Слова слетали с его губ, точно молитва, преклоняясь перед огромной и трагичной любовью.

Ночью поздней пришла ты ко мне.

Ты победила в этой войне.

И приказала отдать тебе сердце.

И никуда мне теперь уж не деться.

Ты расколола меня на куски.

Я твой трофей.

Меня собери.

Слепи меня снова и обними

И вместе с собой мою жизнь забери.

Опасная дерзкая женщина.

Он повернул голову, и теперь я видела его профиль, но он продолжил играть.

— Ты помнишь?

Помнила ли я? Моё сердце выскочило у меня из груди и, приземлившись на деревянный пол, разбилось на куски.

— С каких пор ты играешь? — прошептала я, не в силах ответить на его вопрос.

Он наклонил голову, приглашая меня присоединиться к нему. Его пальцы стали двигаться быстрее, летая вверх и вниз по клавиатуре. К тому моменту, как я присоединилась к нему на банкетке, я уже едва дышала. Я знала его всю свою жизнь. Я и раньше пробовала учить его. Ему никогда не было это интересно. Всё чего ему хотелось, это играть на своей гитаре.

Не смотря на меня, он ответил:

— Я брал уроки, когда проходил реабилитацию. Думаю, я, хм, проникся.

— Ты думаешь?

— У меня была мотивация, — он постарался выровнять дыхание, прежде чем признался. — Это напоминало мне о тебе, пока я переживал всё это. И когда я учился играть, мне казалось, что ты была рядом со мной.

И до того, как я успела ответить, он улыбнулся в пианино, и с лёгкостью переключился на другую песню в другой тональности.

— И я сражён, — запел он, протянув слово "я" и выдав резкую трель на слове "сражён". — Твоей походкой…

Я хлопнула его по руке. И хотя магия момента не была полностью разрушена, его фальшивая версия одного из наших ранних хитов вынудила меня рассмеяться.

— О, нет!

Он не угомонился.

— И я пропал… о, как неловко.

Я засмеялась ещё сильнее.

— Не могу поверить, что ты это помнишь.

Он подмигнул мне.

— Лично я думаю, что это моя лучшая песня.

— Представляешь, — я не могла перестать смеяться. — Я так хотела, чтобы ты показал эту песню "Мэнифолд". Как там звали этого старика? Эммм… Барт? Или что-то в этом роде. Бифф?

Из него вырвался смешок.

— Брент.

— Точно, Брент. Он бы просто умер. Ты бы убил его прямо там, на месте, в душном зале.

Кай сделал голосом резкое крещендо, и я усомнилась в том, что это было намеренно. Его пальцы напряглись, когда он услышал название своего старого музыкального лейбла.

— Жаль, что тебя не было рядом, чтобы предложить это.

— Я разве не предлагала? Наверняка, предлагала. Этот текст гораздо веселее, чем та любовная лирика, которую мы обычно сочиняли.

Его улыбка вернулась, и я почувствовала гордость из-за того, что именно я была тому причиной.

— Мы были командой мечты, Кэловей.

— Хммм… — я пихнула его плечом. — Я в этом не уверена. Ты сейчас зарабатываешь гораздо больше денег, чем когда мы были вместе.

— Но песни-то дерьмовые, — простонал он. — Бессмысленные. Пустые.

— Коммерческие, — мягко добавила я. — Они дают слушателям то, что они хотят. То, что они точно любят. Это неплохо.

— Они меня убивают, — простонал он. Его пальцы упали на клавиши, издав отвратительный звук,