Пожалеть розгу - Мари Секстон

- Ты хочешь выдвинуть обвинения?

- Что? Нет!

- Дай мне адрес, и я немедленно отправлюсь за ним.

Дерик покачал головой.

- Все совсем не так, ок? Он не такой. Это было всего один раз.

Эйвери нахмурился и отвернулся. Казалось, он не думал, что это был разовый инцидент, но Грей знал, что спорить бессмысленно. Он видел это слишком много раз. Он достал свой бумажник и вытащил из него две карточки.

- Вот. Держи их при себе. Они могут тебе понадобиться. Первая - моя. Позвони мне, если такое повторится и ты захочешь выдвинуть обвинения.

- А вторая? - Спросил Дерик, разглядывая карточки. - Зачем мне электрик?

- Это мой друг Уоррен. И он не просто электрик. Если что-то случится и ты решишь, что хочешь уйти, но не придаешь этому официального значения, позвони ему. Днем или ночью он приедет. Он вытащит тебя оттуда. Отвезти тебя в приют…

- Что-то вроде приюта для женщин, подвергшихся насилию? - Дерик усмехнулся. - Я не могу пойти туда.

- В городе есть, по крайней мере, одно учреждение, которое приютит любую жертву домашнего насилия. - Дерик не выглядел убежденным. - Послушай. Если хочешь знать мое мнение, тебе следует сваливать оттуда немедленно. Не заходи никуда. Не собирай двести долларов (фраза, которая используется для юмористического подчёркивания того, что кто-то должен сделать что-то или пойти куда-то без задержки, или отклонения). Просто уходи. И выдвигай обвинения, пока можешь.

- Я не могу.

- Тогда, по крайней мере, оставь себе номер Уоррена. Что бы ни произошло, он придет. Даже если ты окажешься в самом центре событий, он ворвется туда и вытащит тебя.

Дерик покачал головой.

- Ты не понимаешь. Бенни - большой парень...

- Уоррен крупнее, - сказал Эйвери. Это было первое, что он произнес за несколько минут. Кроме того, это был первый раз, когда он произнес имя Уоррена с чем-то иным, кроме намека на презрение. Он почти звучал…

Уважительно?

Грей кивнул.

- Уоррен большой, и он страшный, и он ничего не боится.

Дерик снова покачал головой, на этот раз более решительно.

- Ребята, вы все неправильно понимаете. Бенни не такой. Он разозлился, вот и все. Ему нужно несколько часов, чтобы остыть. Может, протрезветь. Когда я завтра вернусь домой, он будет на коленях извиняться.

- Конечно, будет, - сказал Грей. - Это цикл жестокого обращения. Сначала насилие. Затем извинения, примирение и обещания, что он больше никогда тебя не ударит. И какое-то время все будет хорошо. Но в какой-то момент насилие появится снова. Так бывает всегда.

Но Дерик был не в состоянии слушать. Он протянул Эйвери то, что осталось от пакета со льдом.

- Я в порядке. Вы, ребята, просто не понимаете.

Грей видел, что Эйвери не понравился этот ответ. Грею тоже, но он знал, что лучше не давить на него. Он переоделся, затем удалился в гараж, где тренировался до тех пор, пока не почувствовал, что слишком устал, чтобы продолжать. Все было лучше, чем слушать бредни Дерика и Эйвери. Когда он, наконец, вернулся в дом, то обнаружил на кухне остатки пиццы. Он запил три куска пивом, пока Эвери и Дерик сидели на диване и играли в приставку. Они производили слишком много шума, даже после того, как Грей лег спать. Слава богу, утром ему не нужно было на работу. Иначе он был бы в ярости.

Наконец, ему удалось заснуть.

Грею редко снились сны. А если и снились, то он никогда этого не помнил. Но в какой-то момент его пробудило из глубин сна что-то горячее и приятное. Чего он не испытывал уже слишком давно.

То, ради чего определенно стоило проснуться.

Он застонал, постепенно приходя в себя, вырванный из сна теплым ртом, жадно сосущим его член.

Грей открыл глаза. Это был не сон. В комнате стояла кромешная тьма, в доме стояла абсолютная тишина. Бедра Грея инстинктивно поднимались и опускались, трахая жаждущий рот Эйвери. Они почти не разговаривали несколько недель, и теперь Эйвери был в его постели и отсасывал у него? Это казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой.

- Эйвери? - прошептал Грей.

Минет прекратился достаточно надолго, чтобы Эйвери успел прошептать:

-Ш-ш-ш.

Отлично. Да будет так. Грей откинулся на изголовье, позволяя парню поступать по-своему. Возможно, это была расплата за то, что он позволил Дерику остаться. Возможно, дело было только в том, что Эйвери предоставил Дерику кровать в кладовой, но не захотел спать на диване. Какой бы ни была причина, Грей не собирался спорить. Прошло слишком много времени с тех пор, как у него была какая-либо отдушина, кроме собственной руки, и было чертовски приятно ощущать рот Эйвери, двигающийся вверх и вниз по его члену. Прошло много времени с тех пор, как они были в таком положении, и Эйвери казался более торопливым, чем обычно. Как-то отчаянно, как будто он ждал одобрения Грея.

Что ж, у него получилось. Но если они собирались сделать это, то могли бы сделать и правильно. Минет - это здорово, но Грей предпочел бы старый добрый трах в любой день недели чьему-нибудь рту. Он уже думал о запястьях Эйвери в наручниках, о его коленях, прижатых к ушам, о звуках, которые он будет издавать, когда Грей будет его шлепать. И какая разница, услышит ли Дерик? Черт, может, он даже присоединится к ним.

Грей наклонился. Схватил Эйвери за волосы…

Грею потребовалась секунда, чтобы осознать, почему волосы под его рукой ощущаются как-то не так. Они были слишком короткими и далеко не такими шелковистыми, как у Эйвери.

- Господи, - Грей отпрянул назад, подальше от этого ищущего, теплого рта. - Что за хрень?

- Тсс. - Дерик придвинулся к Грею, но не стал его целовать. - Все в порядке. Эйвери никогда не узнает.

Его рука нашла член Грея и начала поглаживать. На самом деле не имело значения, чья это была рука, это было приятно. И все же что-то в этом было не так.

- Подожди, - сказал Грей, хватая Дерика за руки. - Подожди.

- Очевидно, он тебе больше не нужен, - сказал Дерик. Он придвинулся ближе в темноте, оседлав Грея. - Я могу делать все, что делал он, только лучше.

Он снова пошевелился. Даже в темноте Грей понял, что он делает, двигает член Грея так, чтобы он был у его входа. Готовясь опуститься на всю