Близнецы - Пенелопа Уорд

Седрик стоял неподвижно, не сводя с меня взгляд. Казалось, он отчаянно искал в моих глазах подсказку что я чувствую, а затем произнес:

— Пообещай, что прочтешь.

Я все еще отчаянно желала, чтобы он прикоснулся ко мне, но знала: он не переступит черту. А если вдруг сделает, то я отступлю.

— Прочту.

Седрик коснулся моей щеки. Вздрогнув я прикрыла глаза, наслаждаясь коротким прикосновением.

— Спасибо. – Он опустил руку.

Я прошла мимо него, но прежде чем войти в подъезд, оглянулась.

Седрик, засунув руки в карманы, смотрел на меня.

Я отвернулась и закрыла дверь.

Глава 32.2

Желтый конверт дразнил меня. Я так хотела его открыть, но боялась того, что там обнаружу.

Оттягивая неизбежное, я думала о Седрике. С ним я была счастлива, теряла голову в его объятиях и чувствовала себя защищенной. То недолгое время, что мы были вместе, стало лучшим в моей жизни, и как жаль, что все это оказалось ложью.  

«Интересно, сколько он и Аманда встречались? Насколько были близки? Его чувства к ней были сильнее, чем ко мне?

Я ненавидела себя за эти вопросы, но ничего не могла поделать. Возможно, все ответы были в письме, и мне нужно просто его прочесть.

Глубоко вздохнув, я поднялась с дивана. Сердце бешено заколотилось. Я осторожно разорвала конверт и достала несколько рукописных листов, скрепленных вместе. Затаив дыхание, я принялась читать.

Дорогая Эллисон,

Прежде всего, спасибо, что нашла время прочитать письмо. Открыть его, наверняка, было трудно. Мне тяжело даже думать о том, что ты это читаешь, однако я рад, что наконец могу выговориться. Тем не менее я не жалею, что не рассказал тебе эту историю при первой встрече. Я абсолютно уверен, что тогда бы никогда не пережил поистине лучшие дни в моей жизни - дни с тобой.

Но, пожалуй, лучше начать сначала. Мне был двадцать один, когда я встретил Аманду Томпсон. Она была первокурсницей, а я учился на старшем курсе в Северо-Западном университете. Я заметил ее на вечеринке. Она грохнулась на задницу, поскользнувшись на мокром от пива полу. Я расхохотался, и она подошла, чтобы меня пнуть… остальное уже история. Аманды была красива, и с ней было легко общаться. У меня было много девушек, но редко кто задерживал мой интерес больше, чем на неделю. Я был плохим парнем, выросший на бандитских улицах Бостона, она – папиной дочкой из респектабельного пригорода, но это, похоже, ее не испугало. Она сумела заглянуть за фальшивый фасад, что я создал для всех, и увидеть меня настоящего: мою неуверенность и страхи, мои надежды и мечты.

Ей было всего семнадцать, и я был ее первым парнем. Ее родители, Элейн и Эд, не возражали против наших отношений; главное, чтобы я не ночевал в ее комнате. Аманда жила дома, я – в кампусе, и иногда приходил к ним на ужин. Мы сблизились, и я узнал, что они удочерили Аманду еще во младенчестве. Она была их единственным ребенком, их принцессой.

Мы встречались уже почти год, когда впервые занялись любовью.  Удивительно, но за все это время я не ни разу даже не взглянул на другую девушку. Аманда говорила, что хочет провести со мной всю жизнь. Я любил ее, но, честно говоря, побаивался брать на себя такие обязательства. Я готовился получить диплом и, возможно, уехать, а она только поступила в колледж. Аманду все это не волновало, она просто хотела быть со мной. Но мне этого было недостаточно. То, что случилось дальше,  самая тяжелая часть истории.

Однажды ночью Аманда пришла ко мне в общежитие после того, как я проигнорировал ее звонки, и увидела, как я целовался с другой девушкой.  Скорее всего, дальше поцелуя дело бы не пошло, но в те дни я плохо себя контролировал. Ради блага Аманды я собирался закончить наши с ней отношения, но в ту секунду, когда увидел выражение ее лица, понял, насколько она для меня важна, и что сделал больно своему лучшему другу.

Аманда выбежала из моей комнаты и уехала. Она была расстроена и, вероятно, плохо управляла машиной. Той ночью она попала в аварию, и впоследствии умерла. Мне очень жаль, что я так сообщаю тебе об этом. Я до сих пор чувствую огромную вину за то, что произошло. Но хочу, чтобы ты знала: твоя сестра боролась за свою жизнь, она не сдалась просто так.

Незадолго до этого Эд и Элейн рассказали ей о тебе. Много лет назад Элейн получила информацию от друга из агентства по усыновлению, что биологическая мать Аманды, пятнадцатилетней наркоманка, родила девочек-близнецов. Больше они ничего не знали, но поклялись Аманде помочь найти сестру, если она этого захочет.

Перед смертью Аманда пришла в себя, и ее последними словами ко мне были: «Найди мою сестру».

Мне было очень тяжело после ее смерти. Только Калеб знал, о том, что случилось: он приехал и остался со мной на несколько недель. Мама я все сказал лишь недавно, несколько дней назад.

Есть еще кое-что. Говорить об этом непросто, и думаю, именно поэтому я так боялся тебе все рассказать. Когда Аманда была в больнице, врачи обнаружили, что на момент аварии она была беременна и потеряла ребенка. Это был мой ребенок. Аманда говорила, что принимает противозачаточные, и я был уверен, что она не может забеременеть. До сих пор я задаюсь вопросом, знала она или нет, и не поэтому ли так хотела увидеть меня тогда?  По моей вине случилась авария, в которой также погиб мой ребенок.  Я знаю, что тебе, наверное, очень тяжело это слышать, и прошу прощения.

Отложив письмо, я пошла на кухню, налила стакан воды и, сделав большой глоток, села за кухонный стол. Глубоко дыша и потирая виски, я пыталась осмыслить признания Седрика.

Потрясение, грусть и ревности обрушились на меня, как груда кирпичей.

Я была потрясена, узнав обстоятельства смерти сестры, мне было грустно от того, что Седрик винил себя, хотя очевидно, что он не мог предсказать, что произойдет. И я ревновала. Седрик и моя сестра зачали ребенка. Несмотря на то, что он трагически погиб, он был зачат. Мой племянник или племянница.

Мне нужно было знать больше, и, немного успокоившись, я вернулась к чтению.

Тебе, наверное, интересно, почему двадцать лет спустя, все это всплыло.

Получив диплом, я остался в Чикаго и прожил там около восьми лет, а потом вернулся в Бостон. Я поддерживал связь с Эдом и Элейн. Иногда