Догонялки. В постель к незнакомцу - Аврора Давыдова

что дети ваши уехали учиться и ты с ними, как примерная мать.

— Глупости какие, Сашка уехала, а Женька ещё школу не закончила. Куда её дёргать. Зачем Олег так сказал. — наивности этой женщине не занимать.

— Таких подробностей твоей жизни я не знал, теперь надеюсь, буду. — она закусывает, неестественно белую губу и смотрит на меня блестящими от влаги глазами. Ну что за… — А теперь скажи мне, моя Лисичка, с тобой точно всё нормально. Ты опять бледная.

— Да, — шумно выдыхает, откидываясь на спинку сиденья.

— Сейчас уже подъезжаем. Обещаю, мы обо всём поговорим, я всё тебе расскажу, а ты мне. Договорились.

Крепко держу Алису за руку, пока добираемся до моей квартиры, и беспрестанно целую. Девушка постоянно жмется ко мне, изредка шмыгая носом. Прикладываю палец к замку и открываю дверь.

— Как это? — моя женщина-девочка, переключается как по щелчку и забыла, что ровно секунду назад расплывалась как кисель, с интересом изучает биометрический замок.

— Система умный дом, слушала.

— Конечно слышала, не из леса же вышла, — почти обиженна бормочет. — вижу первый раз.

— Проходи, — легонько толкаю через порог. — Осторожно здесь, где-то чемодан. Зажечь свет в прихожей.

Лампочки ярко загораются, освещая пространства вокруг нас, и любопытная Лиса, с интересом оглядывается.

— Так везде свет включается.

— Да, скажи гостиная вместо прихожей, и проходи дальше.

Убрав с прохода чемодан, нашу обувь и пальто, я опёрся плечом о дверной косяк и наблюдал, как этот невозможный ребёнок играет с умным домом.

Не выдержал, плюхнулся на диван, притянув на колени своего Лисёнка. Зарылся носом в макушку и жадно вдыхал аромат её волос, по которому безумно соскучился. Сейчас маленькая, дай мне минутку насладиться тобой, и мы поговорим. Сидел бы ещё долго, только чувствую, моя рубашка мокрее. Что за, опять…

— Лисичка, ты меня пугаешь, своими слезами, и перепадами, ПМС что ли. — она опять меняется в секунду, слезинки мгновенно высыхают, а глазки смотрят как нашкодивший котёнок.

— Ну, типа того. — напрягается всем телом, только расслабленная, сейчас словно готовится к удару. Мне это не нравиться. И её ледяные руки.

— Твои руки. — растираю в своих ладонях, пытаясь хоть как-то согреть. — Может чай или кофе.

— С удовольствием, и… — мнется в нерешительности, от чего напрягаюсь я. — я бы что-нибудь перекусила, если есть.

Опускает глаза, словно боится моей реакции на такую простую просьбу. Вот это мне совсем не нравится. Но знаю единственный способ её успокоить, притягивая к себе за затылок, и едва уловимо касаюсь нежных губ. Алиса раскрывает свои, в приглашении, не выдерживаю, углубляю поцелуй, воскрешая в памяти сладостные ощущения. Воскресить удаётся не только их, младшенький, уже зашевелился, ему тоже хочется вспомнить, как тесно, горячо и влажно было в лисичкиной дырочке. Вытягивается по струнки, и болезненно упирается в плотную ткань брюк. Невозможная женщина, трется об меня, своей роскошной попкой, и теснота в штанах растёт пропорционально возбуждению. Минута, и я разложу Лису, прям на этом диване. В реальности возвращает громкое урчание маленького живота.

— Прости, очень кушать хочется. — прости, серьёзна. По-моему, мне понадобиться вся моя выдержка.

— Давай сделаем так, — глубокий вдох. — Я закажу ужин, а ты пока, ну не знаю… прогуляйся по квартире, посмотри телевизор. Ок.

— Окей. А можно душ принять, я после работы и вообще. — вся скованная, боится о чём-то меня попросить, и я ну никак не могу понять причину этой её зажатости.

Провожаю в ванну, показываю и рассказываю, где что лежит, выдаю свой халат. У меня есть и гостевой, но не хочу видеть Алису в нём, как в чём-то чужеродном.

Делаю заказ и отбрасываю телефон на столешницу, сам в неё же упираюсь руками. Поворачиваю голову, вода ещё шуршит. Что с тобой маленькая, что я делаю не так. Как там Ник говорил, выяснить что-то можно только через рот. Вода стихает, у нас есть около получаса. Я включаю чайник.

Глава 22

Алиса

Меня потряхивает. Едва я остаюсь одна в ванной, умываю лицо и набираю дочери.

— Женечка, а ты дома.

— Пока дома, но собираюсь к Насте. Я тебе говорила, помнишь.

— Да, наверное. Уф. — вздыхаю, пытаясь чуть утихомирить разволновавшееся сердце. — Может у нас посидите, пиццу закажите, не знаю, или чего там хотите. Я тебе денежку переведу сейчас.

— Так мам, к чему ты это всё.

— Я просто… не приду сегодня ночевать. Наверное. — повисает молчание.

— Ну, хоть бояться, что ты в подоле принесёшь не приходиться…

— Женка!!!

— Что Женька. Ладно уж развлекайся, пока живот на лоб не полез.

— Дочь, прекращай!

— Замолкаю. Можно с ночевкой, Насте.

— Только Насте.

— Замётано. Не знаю во сколько ты завтра вернёшься, но меня не теряй, старики просили зайти, не знаю, когда от них вернусь. — вот прям вижу, как она скривилась.

— Хорошо, звони если что.

— Нет уж, не хочу мешать. Целую.

Меня по-прежнему слегка ведёт, и морозит. Мышцы при всём моём старании ни как не хотят расслабляться. Только в объятьях Волка чувствую себя абсолютно спокойно. Дмитрий, Дима, его так зовут. Это его имя.

— Ди-ма, — вслух, прокатываю на языке несложные буквы.

Господи, он был рядом, всё это время он был рядом. И искал меня, зачем. Глупая, зачем мужчина ищет женщину. Неужели я ему нужна.

Скидываю свою одежду и шагаю в душ. Делаю воду горячей, в попытки согреться. Живот опять урчит. Краснею от стыда, вспоминая, как этот предатель, подал голос в самый неподходящий момент. Краснею ещё больше, понимая, чем там всё могло закончиться на диване.

Слегка трясусь, расслабляя мышцы и мозги. Мы делали это уже много раз, это тот же самый человек, мой Волк, по которому я так скучала. Почему же у меня стойкое ощущение, что сейчас мне предстоит секс с совершенно чужим мужчиной. Это уже не Волк, человек без настоящего и будущего, это Дмитрий Алексеевич, мой начальник и отец моего ребёнка.

Опускаю руку на живот. Он немного выпирает, малыш подрос, и я слегка округлилась. Ещё и грудь подросла размера на два, точно. Он заметит, это трудно не заметить. Надо ему сказать, признаться. Может тогда, перестану нервничать. А если решит, что специально, если не захочет меня и ребёнка.

Господи, искал свободную, легкую девушку, а нашёл только обязанности и проблемы. Непрошенные слёзы льются под стать струям воды. Я плаксива, это он тоже заметил. Кожа раскраснелась, немного отогревшись, но напряжение не спало. Никаких нервов. Я уже приняла решение, и нравиться это кому-то или нет, но ребёнку быть. Я сильная, за эти пять месяцев я поняла, насколько могу