Моя 24/7 (СИ) - Евгения Чащина

с твоим теперешним графиком ребенок не входит в твои планы?

— Дуралей, — качаю головой и возвращаюсь таки в его объятия. Удобно укладываюсь на его теле и поворачиваю голову, бросая взгляд на его густую аккуратную бороду.

— Я отказалась от всех проектов, чтобы вернуться сюда. Эта работа была частью терапии. Я разобралась в себе, и больше не испытываю в ней нужды.

Я накрыла его напряженную ладонь своей. И добавила:

— Я так же проработала страх детей и больше не боюсь рожать. Хочешь ораву — купим фургон и будем в нем возить их в школу.

Утрирую, конечно, но даже эта мысль вызвала у меня скорее не страх, а улыбку.

— Сейчас я уже ни в чем не уверен.

— Ты сказал что любишь меня. В этом-то ты уверен?

— Да, потому что это навсегда, теперь уверен.

— Я тоже тебя люблю. И больше никуда не бегу. Как ты сказал у машинки, время бесить друг друга вместе, — я чмокнула его бороду.

Руки скользнули к его бедрам, погладили их. А я все взгляд от бороды не могу оторвать.

— Твоя борода мой новый фетиш, — бросаю словно между прочим.

— Когда мы сможем узнать точно? — он пропускает мимо ушей информацию о бороде.

— Не сегодня, — я поворачиваюсь к нему, укладываюсь грудью на его живот. Хочу видеть его лицо. Целую бороду, спускаюсь к шее, груди. Слышу, как его сердце участило сердцебиение. Улыбаюсь.

— Сегодня мы займемся любовью.

— Я хочу знать сегодня, что если нам нельзя? — упирается.

— Да с чего бы? — фыркаю возмущенно. И вслух сокрушаюсь. — Дура, дура я. Надо было после секса сказать.

— Если он есть, я не хочу его потерять.

— Я, кажется, понимаю в кого наша Поля такая королева драмы, — говорю ядовито.

Выбираюсь из ванной, закутываюсь в полотенце, и начинаю открывать один за другим ящички, при этом соображая.

Задержка в три дня. По идее, тест уже можно делать? Или рано еще? Разбираться бы в этом.

Впрочем, теста я не нахожу. Опять устало выдыхаю и поворачиваюсь к Артуру.

— В аптеку съезжу. Кайфолом.

— Можем это завтра у доктора сделать. Только сегодня без секса.

Артур смывает пену, изучая меня.

Я испепеляю его недовольным взглядом.

— Может все же пмс? Мне прям необъяснимо хочется тебя сейчас ударить, — хмыкаю саркастично.

— Мы же не практиковали БДСМ, у дамы вкус поменялся? — удивлённо приподнимает бровь.

— Боишься? — флиртую и делаю шаг вперед.

— Почему же, практиковался, — улыбается надменно.

Я непроизвольно сжимаю кулаки. А затем заставляю себя разжать их. Не превратиться в ту истеричку, которая вышла на арену в той злополучной командировке. Выдыхаю, как учили на медитациях. И говорю уже гораздо более спокойно.

— Спокойной ночи, Артур.

— Ты не хочешь поспать со мной? — его огромная фигура вновь вырастает перед дверью.

— И слушать всю ночь о твоих подвигах? Я пас. Ты должен помнить, что я плохо справляюсь с ревностью.

— Не нужно было уезжать, я бы сделал тебя счастливой, — говорит напряжено.

Мне хочется сказать многое. Но говорю одно.

— Прости меня.

— Это нелегко, потому что когда ты уехала, жизнь потеряла смысл.

Я сделала шаг к нему и обняла его.

— Я здесь теперь. Ты можешь снова обнимать меня, а я не улетаю на облака от злости от рассказов о твоих похождениях. Хотя хочется. Очень хочется, — хмыкнула негромко и посмотрела в его глаза. — Давай отпустим прошлое и начнем с начала? Как тебе такое предложение?

— А что ещё ты согласна мне предложить? — улыбнулся едва едва.

— Торгуешься? — улыбнулась в ответ. — Все, что захочешь. Ну что? Поладим?

— Чувствую себя в песочнице. Ты главное меня лопаткой не стукни по голове, — в этот раз смеётся искренне.

Как я люблю его смех.

— Лопаткой по голове тебя возможно стучать буду не я, — усмехаюсь. — Пойдем спать? Если ты думаешь, что у нас для этого вся ночь впереди — огорчу. Твоя внучка очень громкая дама.

— Тогда может быть я тебя украду за город?

— Заманчиво, — соглашаюсь. — Но если мы не собираемся заниматься сексом и хотим утром поехать в клинику, можно поспать и тут. Если я буду скулить в подушку, не обращай внимания. Мы уже с неделю нормально не спали все. Одна Поля хитрая, собрала манатки и свалила к подружке, — улыбаюсь ему.

— Я забываю, прости.

Кутает меня в халат и целует в висок. И только потом надевает на бедра полотенце.

— Можем поспать внизу, а родители пусть несут свой крест самостоятельно. Я, как примерный дедуля, в первые недели их подменял. Посмотрим, как они отработают это у нас, — комментирует последнее и подталкивает меня к выходу, прежде вытащив пробку из ванной.

— Если честно, то внизу я и собиралась лечь. Я люблю эту булочку, но больше не в состоянии слушать, как она распевается по ночам.

Мы идем в спальню. Я откидываю плед, собираю его и перекладываю на кресло, затем снимаю халат и забираюсь под одеяло. Пижамы у меня с собой нет, придется спать голой. Удачи ему с таким соседством.

— Я знаю один твой маленький грязный секрет, босс, — бросаю ему уже из постели, пока он что-то смотрит в шкафу.

— Не имею секретов потому что идеальный, — старается на меня не смотреть, но я то вот-вот видела, как Артур смотрел на меня, думая, что я не вижу. Он тоже ложится рядом, но ко мне пока не придвигается.

— Хорошо. Раз у тебя нет секретов, мистер идеальный, скажи, что стоит у тебя на заставке на рабочем столе в твоем пользователе? — поворачиваю к нему голову и кусаю. — Дай угадаю… Наверное телочки.

— Аааа, ты об этом, — иронизирует, — да была одна, чем-то на тебя похожа. А что?

— Если они у тебя все были такие, на меня похожие, то я могу выдохнуть. Надеюсь, твои бдсм практики были в том, что ты бил себя по рукам, чтоб не рукоблудить под взглядом этих прекрасных глаз, — насмехаюсь откровенно.

— Когда это ты успела стать такой дерзкой? — игнорирует мои наезды.

— У меня хороший учитель, — скольжу под одеялом рукой к нему и сжимаю его пальцы.

— Кстати, у меня новая помощница. Тебе не донесли ещё? — наконец-то ближе скатывается ко мне и целует плечо.

— Нет, — нахмурилась я. И предположила. — Берегли мои нервы? Давай, кайся. Обещаю, бить не буду. Или не обещаю?

— Когда-то приедешь и собственными глазами увидишь, — держит интригу.

— Нет. Рассказывай давай. Что, если мне нельзя нервничать? А эта история начинает меня нервировать, — присаживаюсь на кровать и смотрю на него сверху вниз.

— Она толковая, даже слишком. Понимает меня с полуслова. Вообще у нас отличный