Наумовна. Начало - Нина Юрьевна Князькова

- Тебя. Как моя невеста, ты должна говорить «тебя», - поправил он её. – И чего ты не понимаешь?

Ксюша поджала губы.

- Я не понимаю, зачем ты хочешь на мне жениться.

Мужчина завернул на улицу, ведущую к дому.

- Я не вижу ни одной причины, чтобы этого не делать, - пояснил он, нажав на кнопку открывания ворот.

- А любовь как же? – Спросила она его.

Аристарх промолчал. Так же молча проводил её в дом, помог снять куртку и отвел в гостиную, где стояла ёлка, а в углу полыхал вполне изящный камин. На столике у мягкого дивана стояла тарелка закусок и бутылка вина с двумя бокалами.

- Ну, мама, - вздохнул мужчина. – Садись на диван, - он усадил Ксению и сам сел рядом с девушкой. Открыл вино, разлил по бокалам. – Ксюш, а ты знаешь, что такое любовь? – Вдруг спросил он.

Ксения покачала головой.

- Это сложно так сразу объяснить, - вздохнула она, принимая от него бокал с вином.

Он кивнул, принимая такой ответ.

- Вот и я о том же, - он посмотрел ей в глаза. – Но я уверен в том, что это чувство создают вдвоем. Так вот, я не вижу причин отказываться от возможности создать её с тобой. Тем более, что ты мне так нравишься, что у меня пальцы на ногах поджимаются и сердце в горле стучит, когда я на тебя смотрю.

Девушка поставила бокал с нетронутым вином на стол.

- Ты обещал полтора часа поцелуев, - напомнила она ему, даже не скрывая своего волнения.

Арик улыбнулся и потянулся к девушке. Или она к нему? Сегодня это не имело никакого значения. Вот только с ветки наряженной ёлки незаметно исчезла фигурка яркого снегиря, сделавшего свое дело.

Этот новый год для Ксюши оказался особенным. Она никогда еще не видела, чтобы Люська с таким удовольствием потрошила подарки, чтобы мысли о будущем приносили только спокойствие и уверенность, чтобы она чувствовала себя снова частью семьи. И, кажется, девушка снова начала верить в Деда Мороза. А как в него не верить, если за такое короткое время её жизнь поменялась таким чудесным образом? И, кажется, она теперь узнала о любви что-то особенное…. Например, то, что она есть.

***

Наумовна смотрела на нахохлившегося снегиря, сидящего на жердочке за окном. Погипнотизировав его взглядом с минуту, она все же отворила створку.

- И чего прилетел? – Вопросила она, глядя на него. Тот радостно замахал крыльями и принялся что-то объяснять на своем, на птичьем. – Стой-стой…. То есть ты выдал замуж ту девочку, которую я тебе зимой поручила? – Она сама удивилась тому, что поняла эту птичью пантомиму.

- Грипка, ты чего тут? – На кухню вошла Макаровна и уставилась на птицу. – Откуда у тебя снегирь в конце апреля? – Удивилась она.

- Много будешь знать, быстро прибьют, - хмыкнула Агриппина. – А ты молодец у меня. Ну лети, нечего тебе тут делать. Рано еще. – Птица тут же взмыла в небо и исчезла в вышине.

- Так подруга, ты не заболела часом? – Макаровна подозрительно смотрела на Шмелёву. – Ты меня вообще чего позвала-то?

- Не заболела, - Наумовна закрыла окно и села за стол, на котором лежал увесистый блокнот. – Кажется, я вывела формулу подходящих друг другу людей. Смотри, я их тут на категории разделила. Вот. Только-то и надо сводить друг с другом похожих.

- У тебя тут шестнадцать категорий и в каждой по одному человеку. Как их сводить-то? – Марька поправила очки.

- А это уже жизнь пусть решает. Судьба же гораздо умнее нас. Гораздо. А мы всего лишь её скромные помощницы, - Агриппина подвинула блокнот ближе к себе. – Эх, если бы еще люди сами знали, чего хотят, жить было бы гораздо проще.

- Ишь ты, захотела. Они свои желания сформулировать правильно не могут. Вот чего мне Петька полгода назад сказал? «Хочу новую машину». Ну, и в старую грузовик въехал так, что не отремонтировать. Вот и новая машина появилась неочевидным путем, - посетовала Макаровна на судьбинушку. – Может быть, нас вообще инопланетяне подслушивают и желания исполняют, а?

- С ума сошла? – Наумовна скептически посмотрела на подругу. – Вообще не наше дело знать, кто людские желания исполняет. Наше дело помогать.

- А помрём, кто этим слепым людям помогать будет? – Прищурилась Марька.

- Что у нас старушки в стране перевелись? Обучим, привлечем в свои ряды, заставим, в конце концов, - хмыкнула Агриппина и поправила платочек на голове. – Самое главное теперь нам самим эту формулу опробовать, да потом в массы запустить. Хотя бы в нашем дворе. Или районе. Или городе….

- Или области, - поддакнула её подруга.

- Или, - кивнула Наумовна. – А теперь нам нужно переписать одинокое и несчастное население двора с новыми данными и соединить с другими подходящими категориями. И помни, Марька, эта работа у нас точно никогда не закончится. Кстати, я тут заметила, что у нас получается лучше сводить пары перед какими-нибудь праздниками. Как ты думаешь, что это значит?

Эпилог

Несколько лет спустя…

Наумовна без восторга смотрела на подругу. Та упрямо отводила взгляд и делала вид, что следит за дорогой. Мишка, сидящий за рулём, насвистывал какую-то веселую песенку.

- Так, вы же знаете, что я не люблю сюрпризы. А ну, говорите, чего задумали, ироды! – Агриппина определенно злилась.

- Ба, ничего мы не задумали. Мы везем тебя отмечать твой юбилей ко мне в дом. В твою квартирку даже после ремонта никто не влезет, - отозвался Михаил.

Старушка скривилась.

- А ты, Марька, чего так подозрительно молчишь? – Не отступилась она.

- Яжык прикушила, - вздохнула её подруга. – Сижу, молшу вот. Может пройжет?

Наумовне показалось, что её разыгрывают, ибо Макаровна высунула язык и скосила глаза, пытаясь его рассмотреть.

- Ну вас, ироды, - проворчала она и придвинула к себе ближе клюку.

У забора рядом с домом Михаила творился бедлам. Машины стояли вереницей до самого перекрестка.

- Выходи, заходи, - Миша помог старушкам выбраться из машины и открыл калитку.

- С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ!!! – Наумовну чуть не снесло звуковой волной.

- Ё-мое! – Воскликнула Макаровна, картинно хватаясь за сердце.

Агриппина зашла на участок