Я заберу у тебя сына - Юлия Шевченко

на меня. На кого я похожа? Ты посмотри на этот живот. Он с каждым днем он все больше, — губы надувает, изображая из себя великую мученицу. Противно смотреть. — А ведь я модель. Модель мирового масштаба, — разводит руки в стороны и начинает кружиться, чуть ли не падая из-за длинного подола халата. — Рожу его, и конец моей карьере, — прикладывает палец к посиневшим губам. — Только тссс, но мне обещали показ у самого… Кому ты звонишь? — откупоривает крышку и делает огромный глоток. — Ай! — выбиваю бутылку из рук и себе прижимаю, чтобы еще чего не натворила. — Вкусно, но… куда-то все пропало.

— Да, здравствуйте, — приветствую медсестру на том конце трубки. — Срочно скорую на Сиреневую 18, - Марьяна дергается, что-то кричит о моем гребаном предательстве. — Беременная девушка нуждается в помощи.

— Ты, урод! — бьет ладонью по лицу, пытаясь укусить. — Ни в какую клинику я не поеду. Не дождешься.

Рывок, и она вырывается. Успеваю схватить ее за халат. Брыкается как сумасшедшая, проклинает меня, орет матом. Усаживаю ее на диван и нависаю сверху. Хочет сбежать, но я блокирую все ее попытки.

— Сиди, мля, на месте! — замирает от громкого крика. — Иначе я тебя свяжу до приезда скорой.

— Ооооо, ролевые игры, — тянется к моей ширинке. — Обожаю тебя таким.

Хватаю обе ее руки и прижимаю к спинке дивана над ее головой. Цежу сквозь сжатые зубы:

— Ты будешь лежать в больнице весь оставшийся срок, — фыркает, явно мне не веря. — Я не позволю тебе угробить моего ребенка, Марьяна.

— Надо было избавиться от него, когда была такая возможность. Этот гаденыш превращает меня в толстую страшилищу.

— Замолчи, — сжимаю двумя пальцами ее подбородок. — Просто заткнись.

— Ненавижу ребенка. Не хочу его. Он мне мешает. Я ведь была худая, стройная. А теперь не влезаю в вещи.

Слышим шаги в коридоре. Через пару минут в комнату заходит бригада скорой помощи. Тут же забирают сопротивляющуюся Марьяну в больницу. На весь дом стоит ее жуткий вопль, что она мечтает вернуть себе стройность и беззаботность. А малыш ей на хрен не нужен.

— Рус, — Петр хлопает меня по плечу. Даже и не заметил его среди приехавших. — В нашей клинике за ней проследят. Там лучшие специалисты.

— Спасибо, — тяжко вздыхаю, прикрыв на миг глаза.

Гребаная усталость берет верх. Все тело ломит. Прилечь бы сейчас и вырубиться на пару дней.

Марьяна теперь будет под постоянный наблюдением. Ребенку ничего не грозит. Он или она точно не пострадает. Я надеюсь на это.

Глава 48

Дарина

— Руслан снова к ней поехал? — выгибает вопросительно бровь мама, когда мы располагаемся в гостиной квартиры Руслана.

— Да, ему необходимо с врачом обсудить какой-то вопрос.

Что именно я не могу ответить маме, потому что и сама не знаю. В последнее время Руслан не слишком посвящает меня в происходящее с Марьяной. Старается меня оградить от всего.

Не рассказывает о ее состоянии, не поднимает тему их ребенка. Да я и не настаиваю, не закидываю его вопросами. Он сказал, верить ему, и я от этой веры ни за что не откажусь. Как бы не было тяжело.

— Ты такая сильная девочка у меня, дочка, — мама сжимает мою руку в своей и мило улыбается. — Не каждая примет ребенка любимого мужчины от другой женщины.

Молчу. Не знаю, что ей сказать на это.

Внутри борьба происходит. Способная привести к еще большим терзаниям и тяжелым последствиям.

Да, я приняла, что у Руслана будет еще один сын. Или дочка, о которой мы вместе мечтали. Но подарю ему ее не я. Чужая девушка будет мамой для крохи, что Руслан может забрать после рождения.

А я… не представляю, какого мне будет, если ребенок появится в нашем семейном гнездышке. Как себя буду ощущать, видя на руках Руса сверточек, маленький живой комочек.

Сложно. Все очень сложно.

Словно я каждый день стою где-то на перепутье и не могу выбрать верную дорогу. То ли принять с распростертыми объятьями чужого ребенка, то ли отказаться от него.

Может кто-то назовет меня глупой из-за первого варианта. А кому-то покажется, что я эгоистка, не способная взять к себе малыша или малышку от своего мужчины.

Ведь берут же детей из дома малютки. Здоровых, больных. От которых отказываются родные мама и папа.

А я не знаю. Не могу что-то для себе решить. От этого тяжело. И не только мне.

Руслан.

Хоть он и не говорит ничего, но я вижу, как его все это гложет. Но Савельев делает все, чтобы мы с Денисом были счастливы.

И мы правда счастливы.

Но Рус разрывается между нами и еще не рожденным ребенком Марьяны.

Как бы ему хотелось, чтобы она не была беременна.

Чтобы мы были только втроем.

— Папа! — слышу топот Дениса из комнаты.

— Денис, будь осторожен, — порой сын бежит, не разбирая дороги, снося все на своем пути.

Буквально пару дней назад ударился об игрушечный подъёмный кран, а сейчас понеся как ни в чем не бывало к своему отцу. Непоседа еще тот.

— Здравствуйте, Тамара Игоревна, — Руслан проходит в гостиную с сыном на руках.

— Добрый день, Руслан, — мама принимает внука, который располагается на ее коленях и вертит перед нами карамелькой на палочке. — Ух-ты, какая у тебя вкусняшка. Кто тебе ее дал? — наигранно хочет отобрать, но Денис ловко уворачивается.

— Папочка принес, — довольный, грудь колесом, глаза горят.

— Этот папочка словно не знает, что перед ужином нельзя сладкое детям давать, — грозно смотрю на склонившегося ко мне Руслана. — Привет, дорогой, — позволяю поцеловать себя в щеку.

— Привет, милая, — голос поникший, уставший.

Вижу, как его всего потрясывает. Как будто всех сил лишился.

Старается выглядеть веселым, увлеченным разговором с тещей и сыном. Но мысли его явно где-то далеко. Рус решает сложную, неприятную задачу с Марьяной и ее беременностью.

Ест как робот. Наверняка, не чувствуя вкуса еды. Как в прочем и я.

Да только мне кажется, что скоро все это его уничтожит. Морально. А может и физически.

— Ну-ка, Дениска, идем-ка купаться и готовиться ко сну, — мама забирает у малыша пустую тарелку и отправляет ее в посудомоечную машину. — Оставим маму и папу с их… взрослыми разговорами.

— Да целоваться они будут. Сто процентов, — усмехается Денис, поглядывая на нас с хитрым прищуром.

— Денис, — у меня щеки пылают насыщенного ярко-красного цвета, а Руслан еле смех сдерживает.

— Так, пошли с бабушкой. Я тебе сказку на ночь почитаю. И не одну.

Сегодня они вместе ночуют. В одной комнате. Сынок очень