Ты мне не указ! - Каролина Дэй

самые хитрые, как всегда, сторожили его у черного выхода, как и вся его команда. Час ушел на то, чтобы сесть в автобус (машину сдали обратно в прокат), еще час, чтобы добраться до следующего города, полчаса, чтобы заселиться в отеле.

Парень ужасно устал, но был счастлив как никогда ранее. Лишь одно НО омрачало его душу. Оля.

Они сидели рядом в автобусе, обменивались парочкой слов, держались за руки, но так ничего существенного друг другу и не сказали. Оля не ответила на его признание в любви, не прокомментировала выступление. Сидела себе спокойно и глядела в окно. Некоторые умудрились поспать за час езды, а наши Коляны смотрели в одну сторону и думали о… на самом деле неизвестно о чем.

Они разошлись по номерам. Коля поднялся в свой пентхаус, который почему-то выделили именно в этом городе, открыл новую бутылку воды и выпил все до дна. В горле пересохло. Слюна не выделялась. Это нормально после такого эмоционального концерта. И после пения. Может, коньяка выпить? Вон бутылка стоит. Хотя нет, не надо. А то проснется завтра как бомж после запоя. Зрители сразу заметят.

И как они еще не увидели его синяки под глазами и усталость? Неизвестно.

Внезапно раздался стук в дверь. Сильный, громкий, требовательный. Словно к нему из ФСБ ломились. На часах давно за полночь, вся команда спит, только Коля никак не мог сомкнуть глаза, вспоминая прошедший концерт в Новороссийске. И песню, которую он спел. И восторженную толпу.

И этот сверкающий взгляд бледно-голубых глаз, который никак из головы не выходил…

Подошел к двери, открыл. Думаю, не стоит говорить, что на пороге стояла Оля, переминаясь с ноги на ногу. Как тогда, за кулисами. Не сразу увидела возле себя еще одну пару ног в мягких гостиничных тапочках. Медленно подняла голову, цепляясь взглядом за обнаженный торс. За кубики пресса, которые еще недавно скрывались под майкой, за грудь с маленькими, едва заметными светлыми волосками, за шею, на которой отчетливо видна пульсирующая венка.

И за чуть полноватые губы, которые дарили невероятные поцелуи…

Не ожидая от Коли ответа, девушка привстала на носочки и впилась в губы парня, обнимая его за шею. Точнее, не так – цепляясь. Как за спасательный круг. Как за самое дорогое и ценное в жизни.

– Люби меня, – прошептали ее губы. – Прошу…

Оля снова припала к его губам, но уже более дерзко. Чувственно. Поглаживая твердую грудь ладонями, выпирающие прямоугольники на животе. И маленькую полоску волос, скрывающуюся за поясом джинсов.

Он поцеловал нежные податливые губы, обнял за хрупкую талию. Притянул к себе, заставил покориться. Коля понес девушку к кровати, сел, сам устроил ее сверху, не переставая целовать податливые губы. Острые скулы. Нежную шею. Спускался все ниже и ниже, оттягивая свободный топик и лямку лифчика.

– Моя…

– Твоя…

Его прикосновения, его близость, его жаркие поцелуи. Девушка только этого и ждала. Ждала этого момента. Не признавалась самой себе, отнекивалась, сопротивлялась. Но поздно. Черта пройдена. Ее нога уже в люксе Коли, а ее попа чувствует под собой выпуклость. Закрыли они дверь? Вроде да. Но это не важно. Сейчас все спят. Кто к ним заглянет?

Вот и парень об этом не подумал, когда сбрасывал одежду с девушки. Обнажая ее прекрасное тело. Прижимаясь к нему. Кожа к коже. Жар к жару.

Сейчас ничего не имело значения. Новизна. Между ними новизна. Раньше Коля не церемонился и сразу же приступал к делу, но сейчас, когда в объятьях желанная Оля, хотелось изучить ее тело, вслушаться в порывистое дыхание. В биение ее сердца. И ощущать, как маленькие ноготочки оставляют на нем отметины. И вглядываться в кристально чистые небесные глаза, которые горели ярким синим пламенем.

Они исчезли. Утонули. Растворились в своем мире. Их больше не существует ни для кого вокруг. Изолированы. Пока…

– Это… – Оля оторвалась от губ своего парня и нерешительно продолжила: – Это мой первый… первый раз.

«Она не шутит? Серьезно? Об этом нужно было говорить сейчас?»

Снова она удивила парня, снова заставила взметнуть светлые брови вверх и взглянуть на нее внимательно. Точнее, в ее глаза, которые сейчас не врали. Она смотрела в ответ, ожидала, что же Коля скажет. Потому что эта неприятная тишина ужасно давила и нервировала.

– Ты веришь мне? – спросил он, аккуратно спрятав маленькую рыжую прядь за ухо.

– Да.

– Тогда тебе нечего бояться.

– Не буду, – в подтверждение замотала головой из стороны в сторону, пока ее лицо не поймали пальцы блондина, а губы снова не накрыли ее. Уже не так требовательно, как раньше. Нежнее. Чувственнее. Дав опору. Поддержку. Надежду. И гарантию, что эту ночь она никогда не забудет.

Боль сопровождала близость только в самом начале. Причем обоих. Физическая и моральная. Однако она быстро испарилась. Прошла под наплывом эмоций. Из-за понимания, что сейчас происходит между ними. Это не просто физическая близость, не просто удовольствие. Нечто большее. То, что не возникало ни с кем другим.

Доверие…

Сколько сейчас времени? Какой день? Время суток? Неизвестно. За окном может моментально наступить рассвет, пойти дождь, да и вообще, третья мировая случиться. Им будет плевать.

Только они вдвоем имели друг для друга значение, только прикосновения кожи к коже, плавные поцелуи и размеренные движения тел являлись важными. Они говорили громче слов, кричали во всю глотку о главном чувстве, в котором эти двое никогда бы не признались еще месяц назад.

О всепоглощающей, бешеной любви…

Я стану для тебя вселенной,

Другом, героем, компасом,

Твоим солнцем, мечтою, победой.

Лишь бы ты была моим воздухом.

______________________________________

* Все те же стихи в соавторстве с Оксаной Волконской.

Глава 28. Люби меня, люби

Они снова не спали всю ночь. Снова провели ее вместе, не задумываясь о том, как сегодня выйдут на сцену. Как они еще не свалились в обморок после напряженных дней без сна? Черт его знает. Кофе не всегда спасал. И сейчас не спасет. Хотя