Муж моей сестры (СИ) - Стоун Милана

— Я рожу тебе! — кричит, и я сглатываю ком, когда Артур наклонятся к ней ближе.

Удерживает за плечо, вглядывается в ее глаза, что-то обдумывая, пока мой мир трещит по швам.

Заминка длится слишком долго.

И она добавляет уже тише:

— Клянусь, буду паинькой, примерной женой, буду ползать у твоих ног, как ты того и хочешь. Я не хуже неё. Эта дурочка с тобой не справится, — она касается его грубого лица, трогает и смотрит с такой страстью, что у меня подгибаются колени. — Мы совершили много ошибок, но можно все исправить…

Последнее произносит жалобно, дальше слушать это я не могу и просто разворачиваюсь, и ухожу с огромным страхом в душе, по поводу того, что он решит дать ей шанс.

Глава 61

Я помню, как надеялась на то, что Минаев оставит меня в покое и все же вернётся к жене. Но сейчас я готова просто выть от отчаянья, лишь бы этого не произошло. Лишь бы мы с маленьким не остались без него.

Мне нельзя волноваться, я теперь не одна, у меня есть маленькая крошечка новой жизни под сердцем, я не имею право его потерять. Мой сыночек или доченька. Мне просто необходимо отгородиться от этого стресса. Не думать, не прокручивать в голове…

Нужно отвлечься, именно поэтому я иду купать грязного с лап до головы Барона, что, между прочим, оказывается не самой лёгкой задачей.

Через десять минут я уже вся мокрая, зато через двадцать мой пёс чистый, только вот сушиться при помощи фена отказался. Даже залаял!

Я невольно подумала о том, а в безопасности ли я с ним, не укусит ли он меня, но сомнения развеялись, когда мой дорогой друг толкнул меня носом в живот и при первом удобном случае облизнул лицо.

Захожу, чтобы переодеться, но в комнате уже ждет Артур, как и обычно немного уставший взгляд, только когда он оглядывает мое тело, то он начинает стремительно темнеть.

Ну, конечно, я же вся мокрая.

Вижу его настрой, но сейчас мне точно не до секса, поэтому переодеваюсь как можно скорее, а он так и продолжает буравить своими похотливыми глазенками.

— Подслушивать не хорошо, я же тебе уже говорил, — хмыкает, давая понять, что заметил меня.

Даже хорошо, что он знает.

— Я не подслушивала, всего лишь гуляла с собакой, — фыркаю в его сторону, стараюсь не смотреть в лицо, которое, по-честному, после разлуки в несколько часов хочется уже расцеловать. — Ты говорил, что не общаешься с Алисой.

— Так оно и есть, — он хочет подойти, но я выкидываю руки вперёд, давая понять, что этого делать не нужно. — У нас не решённый вопрос, я пытаюсь сгладить углы, ради тебя, между прочим. В другой ситуации она бы давно отсюда вылетела.

— И как, получается? — не могу не съязвить.

И меня накрывает. Какой-то эмоциональный всплеск. Глаза увлажняются, губы дрожат.

— Я не люблю слёзы, живо перестань.

Он рядом и встряхивает за плечи. Но меня уже не остановить. Обида и ревность выливаются наружу.

— Вы так мило общались, ты к ней прикасался…

Почему он молчит и не отвечает сразу, что ему она не интересна. Что это вообще значит?

— Что ты несёшь, Ева? Ты себя слышишь?!

Артур раздражается, напрягается, но я же видела это все! Все слышала. Начинаю нервничать, дрожать.

— Уйди, я хочу побыть одна, — машу головой. — Пожалуйста…

Минаев смотрит недоверчиво, дёргано трепет свои волосы и все же разворачивается и уходит. Как я и просила.

А я подхожу к окну и вскоре вижу, как он стремительно идет к машине, садится в нее и уезжает, отчего мне становится ещё хуже.

Я понимаю, что зря на него выплеснула свою глупую ревность, расстроила, может, разозлила и в итоге он не стал терпеть, а просто уехал от меня подальше. Уехал от истерички.

Кусок еды в горло не лезет, потому что ни через час, ни через два он не возвращается, хотя мы обычно ужинаем вдвоём.

Я, правда, дура, как и сказала Алиса. Устроила скандал на ровном месте, не из-за чего. Но мне сложно понять все тонкости отношений, а совета попросить не у кого. Приходится набивать шишки. И я уже пожалела, что попросила его уйти, я же так и не сказала ему о беременности…

Время полночь, я так и не могу уснуть, ворочаюсь, словно уж на сковороде, не могу найти себе места, но когда до меня доносится звук тихо открывающейся двери в спальню, то я моментально вскакиваю с места.

Включаю светильник и вижу Минаева, он стоит с грустной улыбкой, потерянный такой, помятый, чего обычно не бывает. Начинаю переживать, слежу за тем, как он скидывает с себя одежду, слегка пошатываясь.

— Думала, что ты не придёшь… — шепчу пересохшими губами.

Оставаясь в одних боксерах, он присаживается рядом на край нашей кровати. Удерживает мое лицо за подбородок, вглядывается, и в этот момент я чувствую стойкий запах алкоголя.

— Ты зараза мелкая, знаешь об этом? В мозг въелась, я без тебя и ночевать в другом месте не могу. Жрать не могу. И бабы другие мне не интересны, — говорит с жаром, впиваясь жёсткими губами, даря больной поцелуй. Отрывается, задыхаясь вместе со мной. — Скажи, что ты сделала со мной?

А что ты со мной сделал? Превратил в свою рабыню, причем, я сама этого желаю. Желаю быть с тобой. Сегодня, завтра, всегда!

— Прости меня за срыв, Артур, была не права… — сама льну к нему, устраиваюсь на коленях, ощущая твёрдый стояк. — И чувствую себя неважно.

— Что-то случилось?

Сейчас самое время сказать, сейчас, когда его взгляд так пылает, когда руки уже ласкают тело, возбуждают, оставляя невидимые следы.

— Артур… — дышу ему в губы, считая стуки сердца, — я все же беременна. И немного не в настроении.

Он молчит. Переваривает информацию. По его недоуменному лицу понимаю, как много мыслей у него в голове, он открывает рот, желая что-то сказать, но закрывает его.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Чувствую, как его руки сжали меня крепче. А следом я уже лежу на спине, а он целует мою шею, ключицы…

— Я рад, что у нас получилось. Ты большая молодец. Я все же обязательно попробую мирно договориться с Алисой, чтобы она в скором времени съехала, — говорит быстро, страстно, между поцелуями. — Тебе будет легче?

— Это неправильно… — из горла вырывается непроизвольный хрип.

— Не думай ни о чем, что не связано с моим малышом. Завтра поедем в клинику вместе, хочу знать наверняка.

Неожиданно он хмурится и отстраняется. Укладывает меня под одеяло, поворачивает к себе спиной, упираясь членом мне в попу.

Эй, что это за смена локации?

Переворачиваюсь в его руках и целую сама, желая получить своего мужчину, желая в который раз раствориться в нем.

— Что ты делаешь? — останавливает он мою руку, что следовала прямо по твердому торсу и вниз.

— Ммм? — непонимающе.

Он снова меня отворачивает, удерживая крепче, пока я в неверии хлопаю ресницами. Какого фига?

Дёргаюсь, но все бесполезно.

— Ев, нет, сначала в больницу. Время позднее, тебе нужно выспаться. Да и я пьян, не думаю, что это лучшая идея.

Ох, я даже не подумала, что он может об этом переживать. Осознание этого почему-то очень греет душу. И я успокаиваюсь.

Он прав, сегодня лучше не мучить мой организм, я устала, перенервничала. Даже странно, что не подумала об этом сама.

— Бука… — щипаю его за бок, получая в ответ лёгкий шлепок по попе. Улыбаюсь чуть ли не до ушей. 

Артур достаточно быстро засыпает, уже так привычно сопя мне в шею, а я не могу поверить своему счастью. Он со мной, во мне наш ребёнок, он почти признался в чувствах!

А я? Что чувствую я? Любовь.

Глава 62

Ммм… как я обожаю мятный чай, так же сильно, как и сладкое желе, что в последнее время ем все больше. Я стараюсь не переедать, но если начну то, от сладостей меня не оторвать. Благо на кухне готовят очень вкусно, и их тортики заходят на ура, они очень нравятся нам с малышом.