Жена на выход (СИ) - Лесневская Вероника

Чувствуя себя потенциальным клиентом психиатра, все же переступила порог здания. Изумленно осмотрелась и, не обнаружив охранника, подошла к лифту. Зажала кнопку, но в ответ тишина. Нехорошее предчувствие начало медленно пробираться в душу и подгрызать меня изнутри.

Сорвалась с места и ринулась к лестнице. Словно в каком-то тумане, преодолела несколько пролетов, повернула в коридор и замерла у приемной, услышав тихие голоса.

— Олежка, ну он же меня уволит, — с придыханием шептал знакомый женский голос. — И так всю неделю нервный, шмонают его так, перетрясли все вверх дном…

— Не переживай, цыпочка, я быстро. Мне только одну папку заменить, и все, — уговаривал мужской баритон, и у меня не было сомнений, кому он принадлежит. — Ну, иди давай, постой на стреме, — характерный звук шлепка заставил меня скривиться от отвращения.

Услышав стремительно приближающийся цокот каблучков, я нырнула в первый попавшийся кабинет и прикрыла дверь, оставив небольшую щель. Сквозь нее увидела очертания девушки — и сразу узнала секретаршу Макса. Все это очень странно!

Как только та скрылась из виду, я направилась в сторону приемной, однако по дороге все же включила здравый смысл — и шустро набрала смс Стравинскому: «Вернись в свой офис! Немедленно!». Думаю, достаточно убедительно получилось.

Осторожно прошмыгнув через приемную, нерешительно остановилась у двери в кабинет, нервно закусив губу. Надеюсь, Макс не успел далеко уехать… Долго оставаться наедине с Олегом, а я не сомневалась, что внутри находился именно он, — ох как не хотелось.

Сделала глубокий вдох и, резко распахнув дверь, невозмутимо вошла в кабинет.

— Олег, привет! — как ни в чем не бывало, звонко поздоровалась я. — А где Максимилиан, не знаешь?

Олег дернулся при виде меня, выронил из рук какие-то папки, и листы разлетелись по всему полу. Мужчина принялся судорожно их собирать. Помедлив немного, я положила свои документы на развод на стол и подошла ближе к Олегу, якобы чтобы помочь. На самом же деле мельком заглянула в сами бумаги: какие-то цифры, расчеты… Прокрутила в руках пару листов, но так ничего не поняла.

Внезапно Олег грубо вырвал у меня бумаги, оставляя в зажатых пальцах белые обрывки, и смерил меня раздраженным и, кажется, одурманенным взглядом. Потом вдруг схватил за плечи и поднял вверх, не преминув при этом встряхнуть хорошенько.

Я зажмурилась, когда он гавкнул прямо мне в лицо, обдав своим мерзким дыханием:

— Какого хрена ты здесь делаешь? — и впечатал меня спиной в стену, заставив вскрикнуть от страха и боли.

Рядом с этим психом я рисковала элементарно не дожить до прихода Макса. Медленно открыла глаза и встретилась с мутным взглядом Олега: зрачки расширены, белки усеяны мелкими сосудами, отчего глаза кажутся красными, как у зверя в темноте.

— Ты принял что-то? — ахнула я, все больше убеждаясь в своей догадке.

Олег криво улыбнулся и приблизился ко мне, выдохнув прямо в ухо и заставив меня поежиться от отвращения.

— О да. То же, что и ты тогда — в клубе «77», — просипел мужчина, вводя меня в полное недоумение. — Помнишь нашу случайную встречу там более двух лет назад? Я помню, — от его приторного тона я невольно вздрогнула. — Явилась одна, без Максимилиана, танцевала так откровенно, что я сразу для себя все решил. А дальше дело техники. Ребята четко тебя опоили, ты и не заметила. И если бы ты тогда не позвонила своему Максимилиану, то мы бы с тобой отличненько провели ночь…

— Какая же ты мразь, Олег, — всхлипнула я, осознав, наконец, что он имеет ввиду: тот инцидент в клубе, когда мне что-то подмешали в коктейль, а наутро я проснулась у Макса в квартире. А ведь если бы он не приехал за мной, то… Какая мерзость!

— Не пойму, чем Стравинский всех красивых баб берет? Что вы даже на автопилоте к нему тянетесь? — зло выплюнул Олег и, отпустив мои плечи, схватил рукой за горло, при этом больно ударив затылком об стену. — Сначала Катерина, потом ты… И Олеся эта тоже дура! Должна была просто втереться в доверие, а сама в постель к нему запрыгнула, Герман в шоке был, когда узнал о ее внезапной «влюбленности», — продолжал откровенничать мужчина, подстегиваемый принятыми препаратами.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Олеся? — просипела я, зацепившись за интересующую меня информацию, и почувствовала, как ледяные пальцы Олега сильнее впиваются в мое горло.

— Да, — тут же повелся он. — Вообще шикарная баба, только тупая. Кстати, как прошло ваше знакомство? Понравился тебе мой сюрприз? — прищурил свои болезненные глаза.

— Это ты все подстроил? — мне все сложнее было говорить и дышать.

Олег лишь кивнул в ответ, криво улыбнулся и, погладив меня взглядом, противно облизнулся…

Глава 6

— Максимилиан Анатольевич, вы что-то забыли? — нарочито громко завизжала секретарша, видимо, пытаясь таким образом предупредить Олега.

Мужчина поспешно отпустил меня и, грозно шепнув: «пикнешь — убью», отошел подальше. Я получила возможность сделать вдох и тут же сильно закашлялась, непроизвольно приложив руку к горлу, которое горело после хватки Олега.

В этот момент в кабинет вихрем ворвался Макс, хмуро обвел нас взглядом, подольше задержавшись на мне.

— Вот, копалась в твоих документах, — сходу заявил Олег, указывая на меня. — А ты меня уволил. Это она тебя предала.

Я даже дар речи потеряла на мгновение: он серьезно думает, что его вранье возымеет должный эффект? Как можно вообще быть таким козлом!

Посмотрела на Макса — и его реакция заставила меня насторожиться. Он стремительно приблизился ко мне, убрал руку, которую я все еще держала у горла, и тут его глаза начали наливаться кровью. Я невольно вжала голову в плечи от накатившего страха. Я видела, что Макс сейчас очень зол, просто на грани. Неужели на меня рассердился?..

Но тут Стравинский резко развернулся и, в два шага оказавшись напротив Олега, без лишних слов со всей силы врезал ему в челюсть. Тот отлетел на внушительное расстояние и шлепнулся на пол. Макс тут же оказался рядом и, нависнув над распластавшимся телом, начал нещадно наносить все новые удары.

— Мразь… Я же… предупреждал… голову… оторву… за нее… — на каждом слове кулак Макса с глухим звуком обрушивался на Олега, обещая превратить его лицо в кровавое месиво.

Я пораженно, будто издалека, наблюдала всю эту страшную картину. Оправившись от шока, вдруг поняла, что пора спасать… нет, не Олега… а Макса — от грозящего ему срока за убийство бывшего друга. Потому что сам Стравинский не в состоянии остановиться…

Ринулась к мужу, надеясь пробудить в нем здравый рассудок.

— Макс, остановись! — вскрикнула я, но он не реагировал.

Прищурив глаза от страха, попыталась перехватить его руку, но так, чтобы при этом удар не прилетел и мне. Почувствовав мое прикосновение, Макс все же успел импульсивно занести кулак, но вовремя остановился, не зацепив меня. Я облегченно выдохнула.

— С ума сошла? — прорычал Стравинский. — А если бы я тебя…

— Успокойся, Макс, — как можно убедительней произнесла я, отодвигая моего разъяренного мужчину от Олега.

Положила руки Стравинскому на плечи, провела вверх по шее и обхватила его лицо, смотря при этом прямо в горящие гневом глаза. Мы сидели на полу, возле еле живого Олега, и не разрывали зрительного контакта. Казалось, что стоит лишь мне моргнуть, как Макс опять потеряет контроль и обратится в безжалостного зверя.

— Дыши, милый, все хорошо, — шепнула ему, заметив, как он встрепенулся на моих словах и смягчился в лице, словно кто-то перезагрузил его программу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Макс послушался и шумно выдохнул, а потом обхватил мои запястья руками. Боковым зрением я заметила кровь на его костяшках и, судорожно сглотнув, прильнула к нему так близко, что чувствовала жар его дыхания на своих губах. И, наверно, я бы поцеловала Макса, если бы в этот момент на весь кабинет не прогремел сумасшедший хохот Олега.

Стравинский мгновенно подскочил и, не дав мне даже возможности опомниться, схватил бывшего друга за грудки и легко поднял его на ноги, словно марионетку. Хотя нет, скорее, как куклу Чакки, вот на кого он больше похож, такой же мерзкий, подлый и опасный.