Мажорский залет (СИ) - Жукова Вика

Больная тут только одна.

***

— Да, документы у нотариуса.

Мама покрутила кольца на пальцах. Те слегка дрожат, поэтому она сжимает их и накладывает одну ладонь на сжатый кулак. Смешно как она нервничает, и при этом с невозмутимым видом гадит родному сыну.

— Почему такая спешка? Ты же не хотел? К тому же, для малыша перелет может плохо сказаться.

— Я просто хочу уехать из города. Ты была права, мне потребуется твоя помощь. Так что прошу тебя лететь с нами. — Выдыхаю. — Боюсь она передумает. Захочет вернться…А я не сдержусь и прощу ее, — не глядя соврал, состроив страдальческий вид убиенного.

Единственное чего я хочу, что бы Зоя меня простила.

Кажется, мама купилась.

— Означает ли это, что ты снимаешь свой дурацкий запрет? — мягко произносит она.

С того дня, как я привез ребенка, мать так и не смогла даже подержать Женю. Он либо со мной, либо у Светы, нянечки. Даже отец косится, когда мать подходит к малышу.

— Конечно. Как только приедем в отель, пожалуй, встречусь с Соней, — задумчиво произношу я. — Ты же справишься?

Глаза матери загорелись. Даже руки расжала.

— Ох, Яся, — подошла, обняла и поцеловала в лоб. — Наконец-то ты понял, что я тебе не враг.

Через шесть часов вещи мамы загрузили в машину, приготовившись к отправке.

Я курил. Несколько подряд. Так нервничаю. Внутри все скутило. Под ложечкой сосет.

Волнуюсь, будто у нас первое свидание и я боюсь облажаться.

Хотя уже куда хуже? Залет на залете.

— Перестань. Ты к ребенку потом с этим ужасным запахом полезешь, — поморщилась мама. — А где Света и Женя?

— Вы готовы? — как бы неожиданно рядом появился отец.

— Ты с нами? — удивилась та.

— Света сейчас спустится. Малой наложил, — выдавил я улыбку.

— Яся, что за выражения? Прекрати. Он же ребенок.

Спиной ощущаю взгляд.

Она приехала. Наверняка зла на меня. Но я готов от нее принять даже кирпич в лицо, лишь бы простила. Лишь бы поверила

Отец пригласил маму в машину. — А они как же?

— Я уже вызвал. Мы за вами поедем.

Поедем, мамочка. Только ты в психушку, а не в Москву. А мы с Зоей и ребенком к нам домой. Больше нам бояться будет нечего.

Глава 46

Зоя

Уже не могу. Кажется с ума начала сходить и я.

Мне снится плач. Просыпаюсь и ищу рядом с собой ребенка. Моего сына. Хотя знаю, что Яр бессовестно забрал его у меня.

Грудь тут же реагирует. Снова течет. Сцеживаю остатки. Иду под душ, переодеваюсь, возвращаюсь на кровать.

Я ведь даже в окно закричать не могу. Боюсь, что Тамара действительно воспользуется записью в своих черных целях.

Невминяемая психопатка. Тамара. Но. На записях я, орущая и ведущая себя неадекватно.

Можно было накрыть ее чем-нибудь и сломать. А вдруг они тут повсюду? Хотя я уже все стены проглядела.

Паникую от своей беспомощности.

И тогда ни один суд мне не поможет.

Молча смотрю в одну точку. Час или два.

И на долго меня хватит? Находясь здесь я к сыну не приближусь. Его увезут. Но пока я не подписала документы, у меня есть шанс.

Замкнутый круг.

Подписать чтобы выйти.

Я даже никак не могу узнать если у меня шанс потом все это дело обжаловать и отменить.

Без денег это будет не реально.

Кто-то зашел в палату. Не обращаю уже внимание.

— Зоя?

— Мм? — нехотя поднимаю глаза на незнакомку. Вся в белом, типичная медсестра. Только что-то отличает ее от остальных.

Внимательные зоркие глаза. Обеспокоенные.

— Что, паршиво выгляжу? — справшиваю.

— Вообще-то, если честно да, но я за тобой.

Это очередная подлянка от несостоявшейся свекрови?

— Куда? Клизма? Мамолог? Гинеколог? Меня и тут осматривают. Пусть сами приходят. Мне лень, — а в голове мигает маячок. Девушка не за этим.

— Я за тобой, совсем. От Антона. Я его…Дочь.

Меня как водой холодной облили. И весь мир вдруг очнулся. Темноту и холод начали прорезать солнечные лучики, исходившие из взгляда незнакомки.

— Ты это серьезно?

— Прости что так долго. Тамара же перевезла тебя. Пока выследили, пока узнали с кем твоя мать договорилась. Сама понимаешь, — стянула маску на подбородок. Достала шприц. — Я тебе типа укол сделаю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Наклонилась, заслонив обзор для камеры. Убрала шприц на поднос.

— Не понимаю! — вдруг возмутилась я. Сама на камеру поглядываю. — Что происходит? Почему Евгений Юрьевич снова все спустил с рук своей жене? Ах, забыла. Им же плевать на меня. Я всего лишь инкубатор. Яр, подонок. Уж от него не ожидала.

Все внутри кипит. Сейчас схвачу этот шприц и…

Стоп. Не уподобайся мамаше Яра.

— Нет. Евгений Юрьевич все узнал. Мы не могли сразу тебя забрать. Вломиться? Главрач из перинатального узнал правду о враче, с которым Тамара имела дело, пригрозил расскрыть правду. Это уничтожило бы репутацию Лукьяновых.

— Мне плевать. Я человек. У меня ребенка забрали. Меня дерьмом каким-то качали, чтоб спала все время. Спасать меня пришла? Так спасай.

Ожидание сродни пыткам иглами под ногти.

Девушка посмотрела на меня. Улыбнулась.

— Мда, а я думала ты плакать о счастья начнешь.

— Как-то настроения нет. И ты не принц. А Яр предатель. Предатель, — подскочила, вставляя ноги в тапки.

— Яру Тамара сказала, что ты сама ушла. Бросила их. Ему кольцо передали.

А я подумала его кто-то свистнул.

Меня оказывается перевезли в другую клинику. Вот это надо спать.

А думала просто палату поменяли, чтобы меньше беспокойства создавала.

Надеюсь это не спихушка.

— Я не сумасшедшая, чтобы ребенка бросать.

— Кстати. — Посмотрела на часы на руке. — Теперь притворись что тебе плохо.

— Зачем?

— Надо. Домой хочешь или нет?

Что за цирк? Может действительно это подстава. Сейчас довезут до выхода, а там Тамара с цветами, или без цветов. Ржет, хлопая в ладоши моей наивности. Да уже пофиг.

Сгибаюсь пополам и начинаю кричать.

— Ааа, живот. Врача. Врача, — оседаю на пол. Тут же влетает санитар с креслом на колесиках.

Мужчина подхватил меня на руки и усадил в кресло.

— Привет, красавица, под маской не видно, но голос…

Антон.

Теперь я уже заплакала по-настоящему. Спасение. Оно так близко. Черт. Меня переполняет благодарность и ощущения счастья.

— Я думала, меня все предали, — закрыло лицо рукой.

— Прости, Зоя. Сестра с катушек слетела. Все из-за выкидышей. Она очень хотела ребенка, но не хотела лишнюю мамочку рядом.

— Твоя сестра сука, — огрызнулась я.

— Согласен, — меня выкатили в главный коридор. Почти пустой. Пациенты в пижамах болтают между собой, здоровенные санитары и низкорослые медсестры с капельницами. На нас начали обращать внимание.

— Это психушка? — захотелось уточнить мне.

— Нет, — усмехается Антон. — Просто клиника для тех, кому нужно откосить за деньги. Лечить то, чего нет.

— А Яр…А ребенок. Они где?

Боялась услышать, что они уехали или вообще улетели.

— Ждут тебя.

— А твоя дочь…Кстати, как тебя?

— Ксюша.

— Сказала, что я якобы отказалась от ребенка и свалила из перинатального сама. Так ведь ему передали?

— Яр вкурсе, что это глупая ложь.

Выдохнула.

Он не считает меня предательницей.

И возможно, через час я смогу видеть своего малыша.

На сердце отлегло. Одним беспокойством меньше.

— А как вы узнали что Тамара задумала.

— Ты сбежала, а в бабушкину квартиру не вернулась. Куда ты без денег? Без документов? Да и видели все, как ты с Яром друг на друга смотрели-любовались. Любовь так быстро не проходит. Даже после дурацкой занозы остается временный след.

Заболтав охранника, Ксюша дала нам фору. Антон так осторожно катил коляску, что яне вытерпела.

— Может уже можно ногами?

— Пожалуй, ты права.

Серая лада без номеров.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Конспирация, — Антон слабо улыбнулся. Нас нагнала Ксюша.

— Вообще-то я на нее сама заработала.

— Поехали уже, — не терпелось мне. Ни минуты. Я хочу видеть ребенка. И Яра. Я ведь так его люблю.