Дамир. Любой ценой (СИ) - Бонд Юлия

– Есть няня. Её услуги уже оплачены.

– И?.. – развожу руки в стороны. – Какая нафиг разница?

– Мир, – поджимает губы, включая маленькую капризную девочку. – Ну, пожалуйста. Пожалуйста! Мы нигде не бываем. Тем более, там будет брат. Я же его не видела целых два года.

Я напрягаюсь. Брат! Не виделись они!

Засунув руки в карманы брюк, сжимаю кулаки. Глубокий вдох. Выдох. Всё в порядке. Рано или поздно нам бы пришлось увидеться, но...

Блядь. Я не хочу видеть его счастливую рожу! Не хочу дышать одним воздухом. Один Эрнест чего только стоит, а если добавить к нему ещё младшую копию, то...

Пиздец. Одним словом.

– Да-мир, – тянет по слогам, берёт меня за руку и смотрит таким жалостливым взглядом, что я невольно улыбаюсь.

– Ты действительно думаешь, что без меня будет хреново?

Согласно кивает головой:

– Меня не поймут, если я появлюсь без мужа.

– Неужели?!

– Шагаев! Ну хватит уже. Не заставляй тебя упрашивать.

Я сдаюсь. И совсем не потому, что Анита так захотела. Так захотел я.

Хочу. Увидеть её. Пусть мельком. Одним глазом. Услышать голос, смех.

Будет больно?

Нет.

Хуёво будет. Мне. А ей?

Походу, посрать.

Глава 94

Дина

Наш мерседес тормозит возле ресторана. Давид глушит мотор, но выходить из машины не спешит. Я бросаю в его сторону вопросительный взгляд, а он устало улыбается, поворачиваясь ко мне лицом.

Мы молчим. Просто смотрим друг на друга и не говорим ни слова. В сердце странно щемит. У него, кажется, тоже не всё в порядке. На интуитивном уровне я ощущаю тревогу. Давид волнуется? Неужели? На него это явно не похоже. Он же такой уверенный в себе, уравновешенный. Эмоции на грани – не про него. Да я даже ни разу не слышала как он кричит! Кажется, совсем никогда не орал.

– Хотел тебя предупредить, – заходит издалека. Медлит. Обдумывает. – Анита...

– Вернулась. Я в курсе.

– Да. Ты же понимаешь, что она тоже приглашена.

– Более чем.

– Тогда ты знаешь, что она придёт не одна.

– Знаю, – произношу через силу. – Всё в порядке, – тянусь к его руке и перекрещиваю наши пальцы в замок, – я готова.

– Уверена?

– Да.

– Если тебе захочется уйти, то мы уйдём.

– Всё нормально, Давид, – я пытаюсь предать себе безмятежный вид и внушить мужу, что спокойная, как удав.

– Прости, что заставляю тебя, но иначе никак.

– Всё в порядке, – улыбаюсь, целую мужа в щеку, а он перехватывает инициативу и впивается в мой рот с особой жадностью.

Большая ладонь зарывается на моём затылке. Давид притягивает к себе, сжимая меня в объятиях так крепко, будто я могу куда-то улизнуть.

– М-м, – мычу ему в губы. Упираюсь руками в мощную грудь, отстраняюсь. – Красная помада. Забыл?

Давид улыбается. Бросает взгляд в зеркало заднего вида и проводит пальцем по своей губе.

Я тоже смотрю в зеркало. Достав из сумочки пудру, укоризненно качаю головой и влажной салфеткой стираю с кожи следы помады.

Мы выходим из мерседеса спустя пять минут. Давид обнимает меня за талию, а я беру его под руку и, натянув на лицо равнодушную маску, иду с высоко поднятой головой.

Каждый шаг – испытание. Каждый вздох – ноющая боль в груди. У меня потеют ладони и учащается пульс. Ещё ничего не произошло, а я уже сплошной комок нервов. Боязно. Трусливо. Встретиться с прошлым – непросто. А с другой стороны, я же знала наперёд, что когда-нибудь этот момент наступит. Готовилась заранее, обдумывая и планируя фразы:

«Здравствуйте, Эрнест Юсупович»,

«Привет, Анита».

И просто... Кивок головы. Не больше.

Перед самим входом в ресторан Давид замедляет шаг, а затем и вовсе останавливается.

Склоняется надо мной и шепчет на ухо:

– Я люблю тебя. Помни это, хорошо?

Я стараюсь улыбаться, но губы предательски дрожат. Я же не дура. Не слепая. Всё вижу. Понимаю. Он боится.

А я...

Боюсь ещё больше. Но посеять зёрна сомнения в моей душе не позволяю. Киваю на вход и тяну мужа за руку.

Время тянется нарочно медленно. И почему зал ресторана такой огромный?! Чтобы подойти к виновнику торжества – приходится сделать шестьдесят шагов. Я посчитала. А затем, когда Эрнест Юсупович бросил в мою сторону беглый взгляд, снова принялась считать, но уже не шаги, а секунды.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Два года я не видела этого человека. Два года не разговоривала с ним. Кажется, стоило стать сильнее, смелее, наглее, но...

Я сжимаю руку мужа ещё крепче и опускаю взгляд вниз.

– Здравствуйте, Диночка! – нарочито вежливо, будто он действительно рад меня видеть.

– Здравствуйте, – отвечаю сдержано. – С днём рождения.

Он широко улыбается, а затем неожиданно обнимает меня и целует в обе щеки. Так по-родственному, по-отечески. Я теряюсь. Руки так и зависли в воздухе.

– Как твои успехи? Давид говорил, ты восстановилась в университете? – спрашивает, а я бросаю беглый взгляд в сторону мужа, пытаясь понять, насколько сильно осведомлён Эрнест Юсупович о моих «успехах».

– Да. Снова учусь.

– Я рад. Очень рад. Медик в семье – это хорошо, – произносит спокойно и ровно, а глазами так и блуждает по моей фигуре, задерживаясь на талии.

Этот взгляд мне неприятен. Непонятен. Что он хочет найти? Округлившийся живот или взрывчатку, которую я прихватила с собой и спрятала под платьем?!

– Давид, на пять минут, – Эрнест перестаёт на меня смотреть и уводит мужа в сторону.

– Не скучай, – читаю по одним губам.

Остаюсь одна среди толпы чужих людей.

Я не двигаюсь с места. Сжимаю клатч до беления пальцев, а когда мимо меня проходит официант, хватаю с подноса бокал с шампанским. Жадно пью. Выпиваю залпом ровно половину.

Немного расслабляюсь. Ловлю на себе взгляд мужа. Он улыбается. Подмигивает, а затем становится хмурым. Мрачнеет с каждой секундой. Смотрит куда-то за мою спину и щурит глаза.

Мне хватает нескольких секунд, чтобы понять, что происходит. Да и что понимать, когда мой затылок прожигает взгляд, ровняет с дорогим паркетом, а то и ниже, если так возможно.

– Привет, – не голос, а електрошок.

Вздрагиваю. На один короткий миг теряю баланс. Сглатываю ком, а потом медленно оборачиваюсь.

Она на шпильках. Я – тоже.

Она задирает подбородок вверх, чтобы смотреть на меня с высока, но не получается.

Я расправляю плечи. Делаю осанку ровной.

– Привет, – выдавливаю из себя улыбку. Кривую, фальшивую – какую есть!

– Рада тебя видеть, – ухмыляется.

– А я... – пауза, – нет.

Она в ступоре. Не ожидает, а потому искусно ведёт бровью.

– Неужели?

– Лет сто тебя бы не видела.

Смеётся. Громко. Задорно.

Притворяется?

– Я тоже от тебя без ума. Медсестра! – меняется в лице за одну секунду.

– Вот и отлично. Не будем портить друг другу вечер.

– Вечер? – хмыкает. – Наверное, ты хотела сказать – жизнь.

– Её. Тоже. Не. Будем. Портить.

Круто разворачиваюсь и ухожу, а она цепляется рукой за моё плечо.

Оборачиваюсь.

– Руку. Убери, – выдавливаю из себя с натянутой улыбкой.

– Хочу тебя предупредить, – начинает говорить, но я делаю шаг назад, качаю головой.

– Не утруждайся. Я не страдаю краткосрочной памятью.

– Серьезно? – очередная ухмылка. – Но я всё же скажу. У нас ребёнок, поэтому на этот раз я не посмотрю ни на что.

– Ну так иди, – киваю головой, – и воспитывай своего ребёнка. Ко мне какие претензии?

– На будущее.

– Я не люблю давать советы, но раз ты сама на них напрашиваешься, то... – делаю глубокий вдох, – лучше смотри за собой. А за мной муж посмотрит.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Глава 95

Дамир

Хочу сделать глубоких вдох, но… Задыхаюсь. Давит за грудиной. В сердце острая, колющая боль. Смотрю перед собой и молчу, хотя очень хочется кричать. Орать хочется. Громко. На надрыв.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})